Доктор НИКОЛАЙ ТЯПУГИН

Ординатор   1-й   Московской  Городской Психиатрической больницы.

 

 

НАРОДНЫЕ ЗАБЛУЖДЕНИЯ И НАУЧНАЯ ПРАВДА ОБ АЛКОГОЛЕ

                       

 

Издательство НАРКОМЗДРАВА РСФСР

Москва 1926

 

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

Предисловие.    ..................... …………………………………………..6

 

I. Распространение алкоголя.

1.        Исторические сведения о спиртных напитках и современное их распространение         …………………………………………………………………... 7

2.  История потребления спиртных напитков в России ……………………….11

3.  Современный алкоголизм   в СССР……………………………………….…18

а) до выпуска 40° очищенного вина.        ......   …………………………………18

б) после выпуска 40° очищенного вина………………………………………21

П. Добывание алкоголя.

1.  Дрожжи и спиртовое брожение    ………………………………………..….24

2.  Современное промышленное   производство  алкоголя и изготовление

спиртных напитков ……………………………………………………………25

3 Самогонка………………………………………………………………….…27

III. Алкогольяд.

  Отравляющее действие  алкоголя  на клетки  растений, животных и

Человека…………………………………………………………………………27

2   Отравляющее действие алкоголя на мозг и нервы человека………….  29

а) острое опьянение……………………………………………………………29

б) хроническое отравление……………………………………………………33

в) алкогольные душевные и нервные болезни ………………… …………  35

3.  Отравляющее действие алкоголя на внутренние органы человека  ……... 37

4.  Алкоголь сокращает жизнь человека……………………………………..…41

5.  Вред умеренного потребления  спиртных напитков        ………………….…..43

6.  Вред так называемых слабых напитков……………………….………….    46

7.  Самогонный яд…………………………………………………..  ……….….47

8.  Другие суррогаты водки……………………………………………….……..48

9.  Влияние алкоголя на потомство……………………………………………...49

10.Отравляющее действие алкоголя на утробного и грудного младенца

(через мать)……………………………………………………………………..50        

Особенно губительное действие алкоголя на детей и подростков ………..51

IV. Общераспространенные народные заблуждения в суждениях об алкоголе. …………………………………………..…………………………………52

1. Неверно, что алкоголь согревает…………………………………………..…52

2. Неверно, что алкоголь питает …………………………………………..……53

3. Неверно, что алкоголь прибавляет силы…………………………………….55

4          Прочие ошибочные возражения против вреда алкоголя, которые наиболее часто встречаются……………………………………………………………...59

5.   Народные пословицы и поговорки об алкоголе…………………………61

 

 

V. Алкоголизм—социальное зло.

1.        Пагубное значение  алкоголя  для здоровья,   культуры и хозяйства

народа……………………………………………………….………………….64

2. Алкоголь ведет народ к вымиранию и  вырождению……………………65

а) заболеваемость населения от алкоголя ……………………………………65

б) смертность от алкоголя……………………………………………………..68

в) вырождение народа от алкоголя…………………………………….……..71

г) преступность и алкоголь ……………….73

д) проституция, венерические болезни и алкоголь…………………………..79      

3. Алкоголь разоряет  страну   ………………………………………….……79

а) алкоголь уничтожает продукты народного питания ……………….……79

б) алкоголь отнимает у народа деньги………………………………….. …..82

в) алкоголь понижает производительность народного труда      ………………..85

г) алкоголь и пожары ………90

д) общие итоги разорительного   влияния   алкоголя   на народное

хозяйство……………………………………………………………………..…92

4. Алкоголь и трудящиеся……………………………………………….……94

VI. Причины народного алкоголизма……………………………….……96

1. Причины алкоголизма среди рабочих и крестьян…………………….…….96

2. Причины алкоголизма среди образованных и состоятельных классов …...98   

3    Питейные нравы, обычаи и предрассудки………………………………..…99     

4    Алкоголизация подрастающего  поколения  ……………………………….100

5    Алкоголизм—болезнь……………………………………………………….102

6    Общие выводы о причинах алкоголизма………………………………….. 103

VII. Борьба с алкоголизмом…………………………………………………104

1.  Необходимость борьбы с алкоголизмом…………………………….……..104    

2.  Методы борьбы с алкоголем в разных странах……………………………105

3.  Борьба с алкоголем в царской России…………………………….………106

4.   Опыты запретительной системы………………………………...………       108

5.  Методы коренной борьбы с алкоголем…………………………………. 112

6.  Значение советского строительства для дела трезвости………….……..114

VIII. Борьба за трезвость в Советском Союзе…………………………….115

1.     Необходимость борьбы  за полную народную трезвость в Советском

Союзе и задачи этой борьбы………………………………………..……….115

2. Препятствия на путях к трезвости в Советском Союзе:…………………120      

а) жилищный кризис………………………………………………………….120

б) культурная отсталость, питейные обычаи и предрассудки      ………………120

в) винодельческий характер  наших южных   земледельческих хо­зяйств..121      

3. Пути к трезвости в Советском Союзе……………………………………121

а) хозяйственные………………………………………………………………121

б) культурно-просветительные мероприятия    ………………………………123

в) нервно-психиатрические и специальные наркоманические дис­пансеры 124 

г) противоалкогольное воспитание подрастающего поколения………….127

д) законодательные и административно-судебные мероприятия…………128

е) профессиональные союзы в борьбе за трезвость………………………..132       

ж) женщина в борьбе за трезвость……………………………………………132     

з) молодежь в борьбе за трезвость……………………………………………135                                          

Заключение……………………………………………………………………136                                                                                             

 

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Алкоголизм тяжелой гирей прошлого повис на ногах строяще­гося нового общества. Тысячами корней заблуждений, предрассуд­ков, обычаев «ветхого Адама» цепко держится он и в современном быту. Борьба с алкоголизмом потребуется длительная и упорная. В этой борьбе успех предопределяется в первую очередь целым рядом факторов экономического и культурного свойства. В ряду этих последних едва ли не первое место принадлежит делу создания твердого, убежденного противоалкогольного общественного мнения. Выковать последнее можно только путем систематической, основан­ной на науке и фактах современности, широкой и разветвленной пропаганды. Такая пропаганда может быть осуществлена при на­личии достаточного кадра сознательных борцов против алкоголизма. Этот кадр может быть создан, прежде всего, путем распространения соответствующей литературы.

Предлагаемая сейчас вниманию читателя книга т. Тяпугина «Народные  заблуждения и научная правда об алкоголе», первое издание которой широко разошлось и встретило самый благожела­тельный отклик со стороны  читателей  и  критики, является  значи­тельным вкладом в противоалкогольную литературу, а, следовательно, новым  орудием в деле подготовки  армии  борцов  на  противоалко­гольном фронте. Эта книга достаточно полно освещает все стороны многоликой алкогольной проблемы и базируется на целом ряде новых и свежих  фактов   современности.   Если  добавить  к этому живость и простоту  изложения, то станут  ясными те достоинства,  которые,   не только сделают настоящую книгу нужным пособием для каждого работника по борьбе с алкоголизмом — врача, учителя, политпросветработника, но и помогут ей проникнуть в широкие читательские ряды сознательной молодежи, женщин и рабочих.

И.  Страшун.

23 июня 1926 г.

 

 

«Развить, укрепить, организовать, до­вести до конца антиалкогольный режим в стране возрождающегося труда — такова на­ша задача. И хозяйственные, и культурные наши успехи будут идти параллельно с уменьшением числа «градусов» Тут уступок быть не может». Л. Троцкий. («Вопросы быта», 1923 г.).

I.

Распространение алкоголя.

1. Исторические  сведения  о  спиртных  напитках и современное их

распространение.

 

Люди давно, еще со времен глубокой древности, знают и употребляют средства, которые, опьяняя человека, веселят его, заставляют как бы забыть на время горе и заботы жизни, вызывают кажущийся подъем сил и энергии и т. д. Тяжелые материальные условия и все лишения жизни, вызванные борьбой за существование, бесправное положение, непосильный труд, умственная темнота одних классов или безделье, пресыщенность и пустота жизни других заставляли и заставляют людей искать забвения и радости в опья­нении. Однообразное и скучное существование среди повседневного и подневольного труда или среди обеспеченной праздности требуют возбуждения притупившихся чувств, которое люди и стараются по­лучить в опьянении. Но люди обычно не знали и не знают или не хотят верить, что этот приятный дурман опьянения и кажущийся прилив сил получается вследствие отравления мозга, потому что эти опьяняющие или так называемые наркотические средства являются ядами.

Наиболее распространенным и доступным во всех странах средством опьянения служил и служит алкоголь, который в виде этилового спирта входит в состав спиртных напитков.

Искусство приготовлять спиртные напитки, опьяняющие чело­века, человечество знает с незапамятных времен. Самый древний из них — виноградное вино. Еще во времена седой древности людьми было замечено свойство виноградного сока подвергаться брожению, то есть разлагаться, терять свой сладкий вкус и превращаться в опьяняющий  напиток (благодаря появлению в нем спирта).

Исторические исследования и исторические памятники в виде сохранившихся рисунков, документов и т д. свидетельствуют, что древние китайцы, египтяне, индусы и прочие народы, жившие за много тысячелетий до нашего времени, уже предавались пьянству.

Но и тогда, в глубине отдаленных от нас времен, сознавалось зло алкоголизма и делались попытки оказывать ему противодействие. Так, еще за три тысячи лет до нашего периода в Китае был издан правительственный приказ, в котором указывалось на распростра­нение пьянства среди китайцев и на те гибельные последствия, ко­торые от этого получались. В Британском Музее хранится египетский папирус, относящийся к еще более древним временам, в котором также говорится о том зле, которое получается от алкоголя. Греки и римляне, позднее вступившие на арену истории, тоже потребляли вино. В Греции и Риме ежегодно после сбора винограда устраива­лись празднества в честь бога вина Вакха (он же назывался и Бахус и Дионис), которые сопровождались диким разгулом и на­зывались вакханалиями[1]).

Лучшие народные умы этих стран также видели и понимали то зло, которое происходит от спиртных напитков. Поэтому в зако­нах страны они проводили суровые меры против пьянства.

Древние греки и римляне строго наказывали пьяных. В Гре­ции существовал закон, который увеличивал вину преступления, если оно было сделано в состоянии опьянения. Неисправимых пьяниц там наказывали по этому закону смертью. В Риме не разрешали пить бедным и женщинам. Плебеев (простолюдинов), замеченных в пьянстве, обращали там из свободного состояния в рабство. Все эти законы имели целью сохранить живую силу рабочих рук, а   также оградить общество от несчастий и преступлений пьянства.

В средние века тоже боролись с пьянством, применяя к пьяницам меры строгого наказания: им отсекали уши, сажали их в тюрьмы, ссылали в ссылку и т. д.

Но все подобного рода отдельные меры были, конечно, ничто в сравнении с соблазном и покоряющей силою алкоголя. В продолжение тысячелетий алкоголь неустанно продолжал вести свою разрушительную работу, в которой он неизменно поддерживался заблуждениями людей, обманутых коварными свойствами вина. Много сказаний существует об алкоголе, много песен сложено в честь вина. Поэты посвящали ему свои творения. Вино называли даром богов человеку. Но губительная работа алкоголя, однако, не обрушивалась тогда на головы всего населения, ибо народ в своей массе все-таки был трезв. Алкоголь быль доступен только богатым и знатным, так как он дорогим способом получался из винограда, а поэтому виноградное вино было дорого и почти недоступно для широких масс народа. Народ пил очень редко, в особых случаях, и пьянство­вать, конечно, не мог. Упивались вином только «избранные». Вино появлялось в изобилии только на пирах царей, вельмож и богачей. Да и действовало оно слабее, так как иначе приготовлялось, и ко­личество спирта было в нем меньше, чем теперь. Искусство приго­товлять крепкие напитки тогда людям еще не было известно. Люди не знали тогда также и дешевых способов хранения и перевозки виноградного вина, почему потребление виноградного вина было распространено, главным образом, только в тех местностях, где произрастал виноград: в теплых странах, расположенных около Средиземного и Черного морей, в жарких странах Востока и пр. В северных странах — в Германии, в древней Руси, на Скандинавском полуострове и др. спиртные напитки готовили из меда или из хлебных продуктов, получая хмельные напитки — мед, пиво, брагу. Алкоголь содержался в них тоже в небольшом количестве и получался от брожения меда или хлебного сусла.

Искусство приготовлять крепкие спиртные напитки, то есть содержащие большое количество спирта, а потому быстро и сильно опьяняющие, стало известно людям только в средние века, в 15-м столетии по нашему летоисчислению. Тогда алхимики[2]) искали спо­собы искусственного получения золота (философский камень). Конечно, искусственного золота они не получили, но в своих работах они попутно, подчас совершенно случайно, сделали много ценных и важных открытий из области физики и химии. Так был открыт и способ перегонки жидкостей. Это открытие, обогатив науку, в то же время принесло с собою в жизнь человечества источник новых бесчисленных и величайших бед и несчастий. Слезы, горе, смерть и разорение принесло оно с собою, так как с этим открытием появи­лась возможность путем перегонки получать чистый спирт и приго­товлять из него крепкие спиртные напитки, прежде человечеству неизвестные. (До этого люди умели приготовлять только слабые напитки: вино, пиво, мед). Способ перегонки спирта заключается в том, что при нагревании жидкости, содержащей спирт в небольшом проценте, напр., перебродившего виноградного сока или хлебного сусла, спирт в виде паров отделяется и поступает в холодильник (змеевик), где он, охлаждаясь вместе с парами воды, вновь превра­щается в жидкость, которая содержит теперь значительно больший процент спирта. Благодаря этому стало возможным приготовлять крепкие спиртные напитки не только из виноградного сока, но, глав­ным образом, и из дешевых, имевшихся повсюду хлебных продук­тов, почему с 15 века стала входить в употребление хлебная водка, содержавшая 40 — 50% спирта. Она готовилась из перегнанного спирта забродившего хлебного сусла, дешево стоила, везде и легко ее можно было приготовить и для опьянения было достаточно уже сравнительно небольшое количество водки; поэтому пьянство стало распространяться повсеместно, приняв неслыханные до того разме­ры. Водку назвали «водою жизни». Эта «вода жизни» погубила впоследствии столько жизней, сколько не погубили все войны и эпидемии, вместе взятые.

В дальнейшем были сделаны усовершенствования в добывании водки, виноградных вин и других спиртных напитков, которые стали еще дешевле обходиться. Особенно много было достигнуто в 19 веке (после открытия Л. Пастером сущности спиртового брожения). Поэто­му спиртные напитки сделались доступными для самых широких масс населения: пьянство росло, захватывая все страны и все классы. Алкоголь стали добывать потом и из картофеля и выпускать его в продажу в виде картофельной водки, которая, понятно, еще де­шевле стоила, и к которой потянулись теперь самые беднейшие слои населения.

Алкогольная промышленность стала чрезвычайно выгодным делом: в предприятия по добыванию и продаже спиртных напитков всюду были вложены большие капиталы. Владельцы земель отдали свои земли под винокуренные заводы. Капиталисты всех стран, заинтересованные в получении наибольших доходов от народного потребления спиртных напитков, начали принимать все меры к поощрению и распространению народного пьянства. Конкуренция и борьба за рынок заставляли и заставляют их изощряться в дальнейшем удешевлении, а также в способах приготовления и распро­странения своих изделий. Поэтому появились потом в продаже спиртные напитки всевозможных наименований, разнообразные по вкусу, аромату, содержанию спирта и цене, — коньяки, ликеры, водки, наливки, настойки, вина, пиво и пр. Места продажи спиртных напитков — рестораны, трактиры, кабачки, пивные и т. д. — стали привлекать в свои стены и вербовать новые кадры пьющих уютной обстановкой, музыкой, развлечениями, хорошей кухней и т. п. На службу капиталу пришла реклама во всех ее видах. Потребле­ние алкоголя в виде всевозможных и разнообразных его изготовлений продолжало расти и глубоко проникать в быт народов.

В настоящее время спиртные напитки имеют повсюду, во всех странах, среди всех классов и состояний, самое широкое распространение. И богач, и бедняк, и каждый по своему достатку услужливо получают от алкогольного капитала средства опьянения. Богач покупает для своего стола дорогие, изысканные вина или пьет их в богатых ресторанах, где гремит музыка, а для бедняка имеется дешевая, быстро одуряющая водка, которую он несет к себе в дом после трудового дня или распивает ее с своими друзьями в дешевых кабаках. Спиртные напитки стали потребностью почти всех. Из них общеупотребительны: водка, содержащая обычно 30 — 40° («гра­дусов») и больше хлебного или другого спирта; наливки, содер­жащие от 20° и больше того же спирта с прибавлением разных фруктовых или ягодных соков; виноградные вина, содержащие от 10 до 16° спирта, и пиво— от З до 5° спирта из ячменя. Коньяк содержит до 70° спирта и ликеры — до 60°(см. рис. 1). Больше всего вы­пивают алкоголя во Фран­ции и Италии, среднее ме­сто занимают Англия и Германия; меньше всего выпивают алкоголя в России и в странах Скандинавского полуострова — Швеции и Норвегии (см. рис. 2). Во Франции и Италии пьют почти исклю­чительно виноградное вино, в Англии больше пьют пиво[3]), в Германии одинаково распространены пиво и водка (шнапс). Из крепких напитков

 

 

Рис. 1. Состав наиболее употребительных спиртных

напитков (на 100 частей напитка)

 

в Англии пользуется распространением ячменная водка или виски, а во Франции — полынная водка и полынный ликер — абсент.

Во время войны всюду сократилось потребление спиртных на­питков. Но, как только окончилась война, потребление алкоголя в Европе стало быстро расти и принимать еще большие размеры, чем было до войны. В Англии, например, до войны расходовалось на алкоголь 32 руб. на душу населения, а в 1923 г. было израсходовано уже 70 руб. В Соединенных Штатах Северной Америки про­изошло, однако, явление другого порядка: там, после долгой борьбы в январе 1920 года законодательным актом совершенно запрещены во всех Штатах производство, продажа и ввоз спиртных напитков. Сев. Америка стала, как говорят, «сухая». В Финляндии и Турции тоже состоялось запрещение производства, ввоза и продажи спиртных напитков.

 

2. История потребления спиртных напитков в России.

У нас, в России, широкие массы народа до 16-го века были еще слабо затронуты алкоголем; народ был трезв, и ему разрешалось только по большим праздникам варить хмельные напитки — брагу, мед. При­возное виноградное вино, которое пили князья, бояре и купцы, народу было совершенно недоступно, так как оно стоило очень дорого.

Но с 16-го века стала распространяться в на­роде проникшая в Россию из-за границы дешевая хлебная водка; в это время были устроены царем Борисом Го­дуновым казенные царе­вы кабаки[4]). В России также научились добывать чистый спирт и приготовлять водку. С тех пор все русские пра­вительства насаждали пьянство с целью получения прибылей. Спиртные напитки сделались крупной статьей государственных доходов, так как народ в широком размере и необузданно стал потреблять водку. В 16-м и 17-м в.в. правительство имело свои кабаки. Поставленные  

 

 

Рис. 2. Потребление спиртных напитков в разных

странах (в литрах чистого алкоголя на душу населения в год).

 

правительством продавцы обязывались выручать от продажи водки определенные, назначенные им суммы. В подкрепление своих обязательств они приносили при­сягу целованием предметов культа — креста и евангелия, почему их и называли «целовальниками» (это название удержалось за содержате­лями питейных заведений и до самого последнего времени). Если они не выручали нужные суммы, то их ставили на «правеж», то есть били их на площади батогами по ногам.

Впоследствии право продажи спиртных напитков правительства стали сдавать за большие деньги частным лицам, которые назывались откупщиками, или правительства устанавливали на продавцов спиртных напитков особые налоги  (патент и  акциз). Откупщики и кабатчики, жадные до своих барышей, еще более усердствовали в спаивании народа и наживали на народном пьянстве  громадные капиталы. Распространившись во всей народной массе, алкоголь стал угрожать теперь уже не отдельным семьям князей, бояр и купцов, а всему народу. Раньше вино было доступно только богатым, теперь дешевая водка стала доступна всем. Потребление народом алкоголя скоро приняло форму алкоголизма, т.-е. привычного потребления народом спиртных напитков  (главным образом, водки), и стало носить характер народной болезни, характер величайшего народного бедствия. Алкоголизм имел корни в условиях   существовавшего тогда общественного порядка. Нищета, ярмо тяжелого труда, духовная темнота, бесправное  положение народных масс, созданные сначала крепостничеством, а потом капиталистической эксплуатацией, предста­вляли как раз те условия, в которых наиболее процветало пьянство. Народ постоянно   искал   всякого случая, чтобы напиться и чтобы в дешевой водке — сивухе —потопить все лишения, обиды, горе и гнёт жизни, порождаемые рабством и эксплуатацией. Классы дворянские и буржуазные пили тоже  не мало:  одни из них проводили жизнь в попойках и кутежах, пропивая  средства, которые доставлялись им из их имений и предприятий; другие, хотя пили как будто регу­лярно  и  умеренно, а напивались только в особых случаях (напри­мер, в гостях), тоже в общем  уничтожали громадное количество алкоголя. Ведь потребность в опьянении одинаково была свойственна и этим классам, так как в опьянении они получали  острое  и  при­ятное возбуждение, которое было для них развлечением. Но классы богатые имели и другие способы развлечения, позволявшие им разно­образить свою, полную однообразного безделья и излишеств жизнь (напр., охота, путешествия, театр и т. д.), тогда как нищий, темный,, бесправный и невежественный народ не знал и не имел других путей забвения от своей горькой доли, кроме тяжелого дурмана спиртных напитков. Поэт Некрасов, изобразивший в своих стихотворениях тяжелую и беспросветно-горемычную жизнь крепостного народа-раба, в своем стихотворении «Пьяница» пишет:

Но мгла отовсюду черная...

Навстречу бедняку

Одна открыта торная

Дорога—к кабаку.

В другом стихотворении он говорит про крестьянина:

До смерти работает,

До полусмерти пьян...

После отмены крепостного права крестьянство, гонимое из деревни безземельем и голодом, пошло в город продавать свой труд фабрикантам. Появился городской пролетариат. Тогда городские кабаки наполнились новыми посетителями — рабочим людом, который в дни получки, в предпраздничные и праздничные дни валом валил сюда и в пьяном чаду находил здесь забвение от своих беспросвет­ных будней.

Улицы города особенно шумно оглашались теперь пьяной пес­ней, непристойной руганью, дикими криками, драки и поножовщины. В рабочих каморках и казармах тоже шел «дым коромыслом». Тяж­ким дыханием отравленных сивухой, плачем избитых женщин, всхли­пыванием притихших и испуганных детей оканчивался «праздничный день» трудового люда.

Наши русские поэты и писатели не сочиняли хвалебных произ­ведений в честь вина, а описывали народное горе и народные не­счастия, происходящие от пьянства.

Поэт Алексей Толстой в своих стихах так изображает то пьяное время:

По нашему русскому царству,

На кляче разбито» верхом,

Один богатырь разъезжает

И взад, и вперед, и кругом-

Покрыт он дырявой рогожей,

Мочалы вокруг сапогов,

На брови надвинута шапка,

За пазухой пеннику штоф

«Ко мне, горемычные люди!

Ко мне, молодцы, поскорей!

Ко мне, молодицы и девки—

Отведайте водки моей»!

Красив ли он, стар, или молод—

Никто не заметил того

Но ссоры, болезни и голод

Плетутся за клячей его.

И кто его водки отведал

От ней не отстанет никак,

И всадник его провожает

Услужливо в ближний кабак.

Стучат и расходятся чарки.

Рекою бушует вино.

Уносит деревни и села

И Русь затопляет оно;

Дерутся и режутся братья

И мать дочерей продает

Плач, песни   и вой, и проклятья

Питейное дело растет. Пьянство вошло в быт народа, стало обычаем и неизменным спутником народного быта. Рождение человека, все события его жизни (солдатчина, женитьба, окончание учения, поступление на работу и пр.), смерть человека сопровождались водкой и пьян­ством. Пили от горя и пили с   радости, пили от  нечего делать и пили «с устатка» (при усталости), пили при встрече, пили при расставании. «Годовые», «храмовые», «престольные», «местные» и про­чие праздники проходили в пьяном угаре. Именины, новоселье, вы­боры, сходка, покупка и т. д., и т.д., — все это были поводы и слу­чаи для выпивки. Покупку надо было «обмыть», удачу «вспрыснуть», горе — «залить»... Особенно пьяно гуляли «у праздника»:

Не ветры веют буйные,

Не мать-земля колышется

Шумит, поет, ругается.

Катается, валяется,

Дерется и целуется

У праздника народ!.

А вот едут «от праздника»:

Скрипят телеги грязные,

И, как телячьи головы,

Качаются, мотаются

Победные головушки

Уснувших мужиков.

Умны крестьяне русские, Одно не хорошо: Что пьют до одурения, Во рвы, канавы  валятся — Обидно поглядеть.

Л. Некрасов.

Народное пьянство с каждым годом росло  и принимало угро­жающие размеры.

С 1894 г. русское правительство, по проекту бывшего тогда у власти министра финансов Витте, стало вводить государственную винную монополию, т.е. продажу водки правительство брало в свои руки, и все доходы от этого дела стали поступать в казну. До этого питейные доходы правительства получались от государствен­ного акциза на спиртные напитки и от сбора за патенты на право их продажи. Производство спирта, а также право торговли вино­градными винами и пивом и после введения винной монополии оста­юсь за частными лицами, которые платили за это правительству большие налоги. Введение винной монополии делалось якобы с целью сокращения народного пьянства, но на самом деле оно не только не сокращалось, но с каждым годом количество потребляв­шегося в России спирта продолжало расти. Так, в 1892 г. народом было выпито 60 миллионов ведер 40° водки, в 1902 г. — 68 мил­лионов ведер, в 1907 году — 85 миллионов, а в 1912 г. народ выпил уже 96 миллионов  ведер той же 40° водки.

В 1914 г. в России было около 30.000 казенных винных лавок. Если в 1912 году на одну душу населения падало 12 бутылок водки, то в 1913 году было  уже   15  бутылок.   В   этом   расчете   душевого потребления водки принято во внимание все население, т.е. наравне с пьющими водку и непьющие: дети, больные, старики, большинство женщин, трезвенники, сектанты, непьющие народности (напр., маго­метане, евреи) и т. д. Поэтому количество потреблявшейся каждым пьющим человеком водки в России было в действительности еще больше (считается, что каждый пьющий выпивал в действи­тельности в три раза больше, чем это падало на каждую душу на­селения). Если бы все выпитые русским народом в 1912 году бутылки водки можно было сложить вдоль, одна за другой, то они заняли бы расстояние около 500.000 верст: это расстояние почти в полтора раза больше расстояния от земли до луны. Если бы уставить их рядом, то они четыре раза обогнули бы земной шар. Но ведь, кроме водки, русский народ пил еще пиво и виноградные вина. Капита­листы и у нас вложили большие капиталы в дело добывания спирта и пива и в дело алкогольной торговли, наживая на этом громадные деньги. Помещики тоже очень выгодно для себя пустили свои земли под винокуренные заводы, для которых потребовалось много хлеба и картофеля.

Благодаря развитию железных дорог, удешевлению способов перевозки, капиталистической рекламе и т. д., спиртные напитки проникли в самые глухие углы нашей страны. Кто из народа не хотел пить водку, тому капитал услужливо предлагал разные сорта так называемого красного вина, а также пива. Стали пить женщины, стали пить дети.

Пива приходилось в среднем 10 бутылок на каждую душу на­селения, а вина — 3 бутылки (считая опять-таки всех без исключе­ния). Чистого, т.-е. 100% - го, неразведенного водою спирта во всех этих напитках—водке, вине и пиве — содержалось почти 6 бутылок. Так было в 1912 г., а в 1913 г. народами России было выпито еще больше спирта.

Правда, количество спирта, которое выпивалось тогда в России, в общем, было меньше, чем в других странах: например, в России выпивалось спирта почти в 7 раз меньше, чем во Франции, и в 3 раза меньше, чем в Англии (см. рис. 2). Но надо отличать русский алко­голизм от заграничного. Дело в том, что за границей,

во - 1-х, пили и пьют, главным образом, слабые напитки—виноградные вина и пиво, у нас же пили почти исключительно водку;

во - 2-х, за границей обычно пили и пьют за сытным обедом, закусывая хорошей едой, у нас—обычно натощак, закусывая скудной едой, подчас просто кус­ком селедки или огурцом;

в - 3-х, за границей народ более равно­мерно распределяет потребление вина, пьет хотя и ежедневно, но понемногу, до бесчувствия не напивается; у нас же, в России, по­требление водки выражалось по преимуществу в пьянстве, т. - е в сильном опьянении, нередко до безобразно бесчувственного состоя­ния, до потери человеческого образа. Такой способ потребления алкоголя массой русского народа особенно тяжело и пагубно отзы­вался на его здоровье. Несмотря на то, что у нас спирта выпивалось в общем меньше, чем за границей, однако, смертность от алко­голизма у нас в несколько раз превышала смертность от алкоголизма за границей. Пьянство разрушало у нас благосостояние рабочей и крестьянской семьи, разоряло их хозяйство. «Ныне натощак, завтра натощак — глядишь, и корову со двора тащат», «водку пить — под оконьем бродить» — говорят народные пословицы:

Ой ты, горюшко великое,

Разудалый добрый молодец,

Забубённая головушка.            

Беззаботный горький пьяница!

Уж на что же ты, крестьянский сын,

Полагаешься, надеешься?

На полях трава не скошена,

Борона, соха заброшена-..

На тебе шапченка рваная

И худой кафтан с заплатами,

Из лаптей торчат онученьки,

Все мочалами опутаны,

Да и лыком изукрашены...

Выйдешь ты на сходку пьяненький,

С головой своей повинною.

Мир галдит, а ты словечушка

Им не выскажешь разумного.

С. Дрожокин.

 Много бессильных и горьких женских и детских слез пролива­лось ежедневно по лицу нашей страны. Несчастия и болезни,   люд­ское горе и смятение в народной жизни несла  с  собою водка.   Ни одно темное дело не обходилось  без ее участия.

Больше всего пила Москва и Московская губ. Правительство было заинтересовано в пьянстве народа, так как,

Во - 1-х, это позво­ляло ему держать народ в невежестве и бесправии, ибо пьяный на­род не сознавал своих прав и не имел воли к борьбе, а

Во - 2х, пьянство давало правительству большие доходы, служившие основой бюджета, который поэтому и назывался тогда в стране «пьяным» бюджетом. Доход от продажи спиртных напитков составлял тогда около 1/3 всех доходов правительства. В последние годы пред войной народы России тратили на спиртные напитки более одного мил­лиарда рублей, при чем около 900 миллионов рублей из них ухо­дило только на водку. Эти 900 миллионов рублей, которые получала казенная винная монополия, и которые почти в 4 раза более совре­менного единого сельскохозяйственного налога [5]), как бы в виде Дополнительного налога вносили почти исключительно рабочие и крестьяне, так как они были тогда главными потребителями деше­вой водки. Как известно, 16 июля 1914 года, лишь только послышались первые раскаты грозы надвигавшейся войны, была запрещена продажа водки, так как в связи с объявленной мобилизацией пра­вительство опасалось беспорядков. Вскоре последовало запрещение продажи виноградных вин и пива. Наступила трезвость, хотя и принудительно вызванная. Плоды этой трезвости народ не мог пожать в полной мере, так как он нес в это время неисчислимые кровавые и материальные жертвы войны. Так как народ втянулся в пьянство и не мог быстро расстаться с алкоголем, то появились в тайной продаже всевозможные суррогаты водки (денатурированный спирт, древесный спирт, политура, одеколон, а впоследствии само­гонка и пр.), от которых пьющие теряли зрение, лежали в бесчув­ствии, бились в приступах судорог и невыносимых болей и от кото­рых умирали при явлениях тяжелого отравления. Свершившаяся революция пробудила гражданское сознание, развернула пред рус­ским народом поле творческой работы по строительству новой жизни, захватила в порыве гражданской войны за советскую власть, открыла пути просвещения, и трезвость не по принуждению, а трезвость, продиктованная революционным сознанием и революционной дисци­плиной, начала входить в быт народа. Пьянство, которое иногда кое-где и прорывалось, встречало тогда всеобщее гневное осуждение и сурово каралось законом. Отсутствие у крестьян излишков хлеба для самогоноварения, временный захват винодельческих районов, револю­ционный запрет на спиртные напитки, — все это поддерживало народ­ную трезвость.

3. Современный алкоголизм в СССР.

а) До  выпуска 40°  очищенного  вина.

Когда умолкли грозы гражданской войны, ушли лишения голод­ного и холодного существования, народ вздохнул легче, и он опять потянулся к тому соблазнительному дурману, с которым он сжился на протяжении долгих лет и который он не успел забыть.   Возвра­тились в СССР южные винодельческие районы, которые были отторг­нуты, появились  хлебные  излишки на самогон, снят  запрет,  были допущены в продажу виноградные вина, слабые наливки и пиво, по­явился НЭП... И алкоголь — льстивый, коварный —стал опять забирать народ в свой плен. Под знакомыми всем желто-зелеными вывесками гостеприимно открыли свои двери  рестораны,  трактиры,  пивные.. В окнах магазинов заиграли разноцветными красками стройные ряды бутылок с «слабыми» напитками. На улицах появились пьяные — шатающиеся, с мутным взглядом, с бессвязной речью... Дети  вначале смотрели на них с изумлением и спрашивали взрослых: «что с ними». Потому что дети, выросшие среди лишений войны и в обстановке революционного подвига народа, дети, не видавшие в своей жизни пьяных не знали, что такое пьяный.  Теперь   дети   это   узнали.   В  винных магазинах стали устанавливаться  очереди  за  получением спиртных напитков. Особенно «отличилась» Москва в пасхальные дни 1925 г., когда было продано здесь около 2 миллионов бутылок разных спирт­ных напитков:

«На улицах появилось много пьяных. Милиция штрафовала за появление в нетрезвом виде на улице и для   протрезвления  увозила  пьяных  в  милицей­ские участки. За воскресный и понедельничный дни во всех  отделениях  мили­ции перебывало около 3.000   пьяных.   Наложено штрафов  на  несколько  тысяч рублей за дебош, пьянство и хулиганство.

Милиция зарегистрировала несколько десятков пьяных избиений, драк, несколько отравлений алкоголем. Несколько детей, оставшись без присмотра ро­дителей, сильно пострадали от падения из окон, с лестниц. Более 20 человек умерло от злоупотребления спиртными напитками. Зарегистрировано несколько десятков случаев острых желудочных заболеваний». («Рабоч. Газ.», № 90 — 1925 г.). В дни получек пивные и трактиры стали заполняться трудя­щимися. В газетах описывались и описываются бытовые сценки, где плачут женщины, поджидающие из пивных своих мужей, нередко оставляющих там всю свою получку.

«Визжит гармоника, хлопают пробки. Пьянка идет целыми цехами. В одном углу гуляет «котельная», в другом — «мартеновский». Шум, драки. А на улице две очереди. Одна - мужская — ждет освобождения столиков, другая женская — ждет выхода пьяных мужей» («Рабочая Газета», № 280—1924 г.).

Или корреспондент с Кольчугинского завода сообщает:

«В те дни, когда производится дачка (так называют кольчугинцы получку), в Кольчугине буйно. На базарной площади густо насели «Азвин», «Конкордия», «Винсиндикат» — пять-шесть винных лавок.

— Куда ни плюнь, — везде вывеска с летящей на крыльях бочкой. — Так на этих крыльях вся «дачка» в трубу и вылетает, — жалуются  жены  кольчугинцев.

Вечером по улице пройти нельзя: драки и поножовщина».

(«Рабочая Газета», № 283—1925 г.).

 Пьянство растет и расползается по всему необъятному простору нашего Союза. «Спиртной поток грозит затопить ростки новой жизни». Из деревень и городов, с рудников и промыслов, с фабрик и заводов идут тревожные вести о грозном нашествии «зеленого змия». Напри­мер, рабкор Дулевского завода, Московской губернии, сообщает:

«Здорово  работает завод:  в  некоторых  цехах производительность труда

выше довоенной. Несколько отстает зарплата, но все же двигается вперед: теперь первый  разряд получает 12 р. 60 к.,   а  раньше  8  р.- Материальное   положение рабочего также улучшается. То же и на культурном фронте: и клуб есть, и театр, библиотека-читальня, и кино, и спортплощадка, и парк, и... да разве все перечтешь!

Через все эти учреждения жадно впитывает в себя рабочий новые знания.

только в одном месте старое заедает, большой прорыв культурного фронта чувствуется: «зеленый змий» расширяет свои владения на нашем заводе. Бойко торгует наш кооператив этим «змием», редко, но все же бывает, что и в кредит отпускает - парк превращается в открытую пивную, подчас и в столовке нелегально «осушают»,

А от него, «зеленого змия», и все качества: драки стали вещью обыденной-

повседневной, хулиганство сильно развивается, иногда дело доходит до поножовщины и т. д. Появились опять и профессиональные пьяницы. Тащат все из дома и пропивают.  Хуже всего, конечно, это явление отражается на матери-работнице и семье.

Необходимо ячейкам РКП (б) и РЛКСМ, а также ФЗУ взяться по-настоящему за изживание этого   явления, а то как бы «зеленый  змий»  не  захлестнул

молодые побеги нового быта».      («Правда», № 141- 1925 г.).

Из деревни  пишут,   что  там  «на почве поголовного пьянства происходят безнаказанное хулиганство, поножовщина, убийства «по пьяному делу».

Доктор Мендельсон сообщает  следующие цифры роста алкоголизма в Ленинграде:

«В течение 1922 года арестовано было милицией 2058 пьяных, а в 1923 г. — уже 6001 человек, т.- е. почти в 3 раза больше. Мест изготовления самогона обнаружено было в 1922 г. — 598, а 1923 г.— 4186, т.- е. в 7 раз больше. Питейных заведений в Ленинграде было в 1922 г.—480, а в 1923 г.—758 (сюда входят пивные лавки, рестораны, трактиры и виноторговли). Пива приходилось на душу город­ского населения в 1921 г. 36,5 бутылок, а в 1923 г.—65,7 бутыл.». («Вестник Современной Медицины», № 3—1925 г.).

В Москве  за   1924  г. было   арестовано 30.000 граждан за по­явление в нетрезвом виде в общественных местах.

Государственные винокуренные заводы выпустили с   1  октября 1924  г.  по   1   октября   1925 г. спирта в 20 раз меньше, чем выпускалось  в последние довоенные годы. Поэтому пьянство теперь шло и росло, главным образом, за счет пива и особенно самогонки. Пивоваренные заводы продолжают увеличивать с каждым годом ко­личество выпускаемого пива. Например, Московский Хамовнический, пивоваренный  завод перешагнул уже довоенную выработку. Всюду пиво, пиво  и  пиво... Оно считается в народе полезным напитком,  «квасом», но   от этого «кваса» пьяный гул   стоит в пивных;   в  ве­черние часы и до самого закрытия торговли ни один столик в пив­ной не бывает свободным.

«Пивные растут, как грибы после хорошего теплого дождя, — говорит в своей  корреспонденции В. А. Поссе. — Библиотекам, избам-читальням  и   другим  куль­турно-просветительным учреждениям за ними не угнаться. Больше всего пивных в столицах, но и провинция  старается  не  отставать.   Взять  хотя бы скромную на вид  Кострому... Зашел  я  как-то вечером, в будни, в ресторан «Ялта». Зала была полна рабочими. Решительно все пьют пиво, и как пьют! За столик рядом со мной уселись двое юношей и  сразу потребовали полдюжины пива. Половой раскупорил 6 бутылок.

Качай! — молодцевато говорит один из юношей. Другой залпом выпивает 1/3  стакана и, отставляя пустую бутылку, гордо заявляет:

Раз - готово!

Через 10 минут все шесть бутылок были «готовы»   Половой откупоривает новую полдюжину, к выкачиванию  которой  приглашается  девица в  платочке похожая   на   фабричную  работницу.  За  другим  столиком,  сзади  меня,  кто-то «давится».

Выхожу из ресторана. На улице пусто, но в окна многочисленных пивных  видны фуражки, шапки и платочки вокруг пивных батарей...

От деревенских женщин и девушек постоянно приходится слышать жалобы,  что нет житья от озорства пьяных парней  и  подростков.   Неправильно  винить один самогон. Самогон иногда вытесняется пивом, иногда вызывается пивом.

          Не было у нас  самогона, — говорили  мне в  одном  рабочем  поселке,— а появились пивные и винные лавки — потребовался и самогон».

(«Известия СССР и ВЦИК», № 288    1923 г.).

 

Пивное пьянство всюду растет. Недаром рабочие многих горо­дов недавно выносили резолюции о закрытии пивных в своих райо­нах. В Москве при выборах в Совет на многих фабриках и заво­дах рабочими давались   наказы своим депутатам о борьбе с пивом.

Пиво появилось даже и там, где ему совершенно не должно быть места. Например, в буфетах рабочих клубов нередко продают пиво. «Бывает и так, что пивная иной раз приходит в клуб... и украшает статистику клубной посещаемости» (из речи т. Троцкого на совещании клубных работников 17 июня 1924 г.). Случается слышать и читать даже о дебошах и пьянках, иногда происходящих в клубах, где производится продажа пива. В рабочих столовых также всюду имеется пиво, и, например, один корреспондент с большой подмосковной фабрики даже жалуется, что в столовой ничего, кроме пива, нельзя получить («Рабочая Москва», № 189—1923 г.), «а в клубе, — пишет он,— пьянство, ругань». «Вечерами рабочая столовая превращается в кабак»—жалуется другой рабкор («Рабочая Газета», № 280—1924 г.).

«В последнее время из столовой Московского Союза Потребительских Обществ, по ул. Толстого, стали частенько выводить пьяных под руки. Все это потому, что в столовой пиво подается в неограниченном количестве, а некоторые приносят  с  собой «русскую горькую»

(«Рабочая Москва», № 213—1925 г.).

Но все побивает самогон. Самогонное море широкой волной разливается в нашей стране, зеленый туман самогонных паров оку­тывает наши города и особенно деревни.

«Самогонный потоп

Заливает—льет, Льет потоп

И не хочет кончиться».

(В. Маяковский).

Ядовитые  и  смрадные  потоки  самогонного  потопа  поголовно захлестывают  наши  деревни.   В  деревне варят самогон чуть ли не в каждой  хате,   а уж  пьют-то его в каждой хате. Если не варят самогон сами, то всегда его можно получить у «тайного» торговца-самогонщика, который тоже имеется в каждой деревне. Самогонные заводы даже кое-где образовывают объединения.   Например, в Том­ской губернии 17% деревень образовали нечто в роде «трестов». Способ приготовления самогонки несложен, в деревне теперь его каждый знает. «Мы теперь все стали инженерами...  хотя бы и на винный завод»,   шутливо говорил мне один крестьянин. Из 1 пуда муки и ½ ф. дрожжей (можно взять и хмель) получается около 1-го ведра самогонной  сивухи  крепостью приблизительно в 25 градусов. Первые порции перегоняемой  из  перебродившего  хлебного сусла алкогольной жидкости дают самый   крепкий  спирт — «первач»   или «горючка»  (горит),   вторая  порция — «вторяк» — послабее   и   третья — «третьяк» — еще слабее, так что общая смесь составляет алкогольный напиток крепостью в 25 градусов.

 

Бутылка такой сивухи обходится самогонщику в 15—20 коп., а в некоторых случаях и дешевле. Понятно, что в деревне, где особенно глубоко засели корни пьянства, где пьяным разгулом сопровождаются свадьбы, «престолы» и пр., где выпивка считается вообще делом необходимым и в работе полезным, — там упиваются этим дешевым напитком и восторгаются его «градусами».

Деревня поставляет дешевый самогон и на фабрики и в город.

б)   После   выпуска   40°  очищенного   вина.

Несмотря на то, что органы Управления в СССР ведут энергичную борьбу с самогонщиной, ищут самогонщиков, следят за ними, делают  обыски, составляют протоколы, несмотря на то, что закон строго  карает самогонщиков, несмотря на то,   что   всюду   ведется, противосамогонная агитация — самогонщина растет и ширится.

В 1923-м году было отобрано по СССР при обысках 54000 самогонных аппаратов, а в 1924 г. — 74.000 аппаратов (а всех обнаруженных случаев самогонокурения было в 1924 году 275.000). Самогон гонят не только дома, в риге, на гумне, но и в лесах, чтобы укрыться от любопытного глаза соседа или от зоркого глаза милиции. Предпо­лагается, что в 1925 году в работе находилось не менее одного миллиона аппаратов. Когда Председателя Совнаркома СССР т. Рыкова спросили на учительском съезде в Москве, в январе 1925 г.: «Почему правительство продает спиртные напитки»? т. Рыков ответил:

«Что мы сейчас имеем? Деревня в целом ряде мест превращается в винокуренные заводы, снабжающие самогоном города. У меня здесь имеется ряд за­писок, спрашивающих,  как  можно  назвать  крестьянина,  не  имеющего ни ло­шади, ни хозяйства, а только один самогонный  аппарат. Я думаю, что он дол­жен называться фабрикантом или заводчиком.  Для  того, чтобы этого не было, пока мы не можем искоренить всякое   потребление   водки,  лучше  давать ее от государства. Думать, что крестьянин с его суевериями, предрассудками, безграмотностью и проч. сам откажется от потребления   самогона,  это значит не счи­таться с действительностью.   Для   того,   чтобы   добиться  полного   искоренения алкоголя при культурной отсталости населения, при первобытных формах самого хозяйства, необходима громадная борьба   с   потреблением   водки   в  течение очень длительного периода. И лучше иметь «русскую  горькую», чем нарождающуюся буржуазию в деревнях, которая, безобразно нарушая законы, истребляя гигантское количество хлеба, удовлетворяет нужду  в  водке.   Когда мы издавали закон, допускающий продажу горькой, то здесь  играли роль не столько доход­ные соображения, сколько  невозможность  при   настоящих   условиях  побороть самогонщика исключительно одними административными мерами».

Поэтому правительство СССР выпустило в продажу с 1 октября 1925 г. 40° хлебное очищенное вино, чтобы вытеснить им самогон.

Москва давно не видела такого разгула и «разливанного моря» пьянства, как это было в первые дни после выпуска 40° водки. Отде­ления милиции были переполнены «пострадавшими». В Бюро Скорой Медицинской Помощи беспрерывно звонили с требованием оказать помощь. Газеты печатали грустные списки погибших от отравления.

А в очередях, которые устанавливались за получением 40° водки, шли «веселые» разговоры:

 11 лет ее, подлую, ждали. В этакий день да не разговеться!

Постоим... За хлебом стояли, за картошкой стояли, а за
ней, матушкой, да не постоять!

Уж и хороша: так и обжигает...
В провинции — та же картина.

Но, как и следовало ожидать, через несколько дней эта волна массового опьянения схлынула. Хотя очереди у винных магазинов и остались, но они уже были меньше, да и состав их стал другой: тут стояли и стоят по преимуществу шинкари, которые перепродают потом 40° водку по 3 р. — 3 р. 50 к. за бутылку.

Всего в 1925 — 1926-м бюджетном году, т.- е. с 1 октября 1925 г. по 1 октября 1926 г., государственные винокуренные заводы выпу­скают около 20 миллионов ведер водки, что составляет 1/5 часть того количества водки, которое выпускалось в последние довоенные годы. Доход от них ожидается в 350 миллионов рублей, что рав­няется 1/10 части всех доходных поступлений нашего бюджета. Кроме того, пивоваренные заводы выпускают в том же году 20 миллионов ведер пива. На рынок поступает еще виноградное вино из винодельческих районов. Так как нельзя ожидать быстрого сокращения самогонокурения, то в прибавок к этим «градусам» в народном по­треблении остаются пока еще те многие миллионы ведер самогон­ной сивухи,  которые не поддаются точному учёту.

Правда, пьют теперь в общем меньше, чем пили раньше, в до­революционные годы. Современное пьянство, особенно в городах, не имеет того массового и повального характера, каким оно было в царской России. Условия новой жизни и нового быта, сознатель­ный, разумный труд, нормальный отдых, интересы общественной работы, просвещение и доступность культурных развлечений, появившееся чувство собственного достоинства и сознание граждан­ского долга оттолкнули от алкоголя известную часть трудящихся. Однако, надо сознаться, что потребление у нас спиртных на­питков в настоящее время не уменьшается, а растет.

Д-р   А.   С.   Шоломович   докладывал   18-го  мая   1926 г. в Секции Здравоохранения Моссовета, что в Москве за первые месяцы этого года отмечено уже 38 тысяч алкоголиков, требующих серьез­ного лечения  (больше чем за весь 1924 год); 75% рабочих пропивают   13%   своего  жалованья;   16%   рабочих пропивают все жалованье.   Алкоголизм   развивается  и  среди детей:  60% школьников знают крепкие напитки. Были случаи, когда школьники приходили на уроки  опьяненными. В других местах дело обстоит не веселей; напротив, в провинции еще больше пьют.

Поэтому, каждый трудящийся, каждый рабочий и крестьянин,
каждый честный гражданин Республики должен рассмотреть истинное лицо алкоголя и должен знать, что он несет народу. Особенно должно знать об этом подрастающее поколение, ибо оно, вступив на смену, будет продолжать и совершенствовать дело своих отцов. Оно должно знать и умело отличать — где его враги и где друзья. Поэтому нам надо посмотреть — что такое алкоголь, как и из чего он добывается, как он действует на человека и на человеческое по­томство, какое значение он имеет в жизни народа, и как можно его побороть. Этими вопросами мы и займемся в следующих главах.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

II.

Добывание алкоголя.

1. Дрожжи и спиртовое брожение.

Современное промышленное производство алкоголя всюду, где его потребляют, достигло колоссальных размеров. Успехи алкоголь­ной промышленности обязаны завоеваниям науки, особенно сделанным в 19-м веке, а именно: во второй половине 19-го века великий француз­ский ученый Луи Пастер доказал, что получение спирта при брожении сахаристых жидкостей (виноградного и фруктового соков, меда, хлеб­ного сусла и пр.) происходит под влиянием дрожжей, которые попа­дают туда из воздуха и разлагают содержащийся в них сахар на спирт и углекислоту. Дрожжи являются одним из видов многочисленных микробов, которые населяют мир. Микробы суть простейшие существа, которые совершенно недоступны нашему зрению. Мы окружены ими, но мы их не видим, потому что они ничтожно малы, их можно видеть только под микроскопом при увеличении в несколько сот раз. Микробы выде­ляют, как продукт своей жизнедеятельности, особые вещества, свой­ственные тому или другому виду микробов. Одни из микробов выде­ляют ядовитые вещества — токсины — и являются опасными для нас, потому что, попадая в организм человека, они быстро в нем размножа­ются и отравляют его своими токсинами. От этого человек и заболе­вает. Все заразные болезни происходят от микробов, причем для ка­ждой болезни есть свой микроб. Поэтому болезнетворные микробы назы­ваются невидимыми врагами человека. Бороться с заразными болез­нями—значит бороться прежде всего с распространением болезнетвор­ных микробов. В последнее время наука в этом отношении сделала очень много.

Другие микробы выделяют другого рода вещества, называемые ферментами, которые разлагают сложные по своему химическому со­ставу выделения животных и растений, а также их умершие тела, на более простые. Напр., гнилостные микробы производят гниение, т.-е. Разложение умерших животных и растений на ряд простейших веществ - перегной, из которого в конце концов получаются минеральные соли.

Без гнилостных микробов нет гниения. Таким образом, они очищают поверхность земного шара от животной и растительной падали и превращают  эту падаль в необходимые для построения растений вещества - минеральные  соли.  Растения всасывают их своими  корнями и употребляют их в числе прочих материалов для созидания своего тела. Следовательно, при посредстве микробов мертвое вновь превращается в живое. Таким образом, среди микробов имеются не только наши невидимые враги, но и невидимые друзья. По существу точно  так же, как гнилостные микробы, действуют и дрожжи, то есть они выделяют вещества — ферменты, которые разлагают сахар на более простые вещества и превращают его в спирт и углекислый газ. Эту работу дрожжи могут свершать только при отсутствии доступа воздуха. Дрожжи - микробы представляются под микроскопом существами круглой или овальной формы. Они всегда содержатся в воздухе и ко времени поспевания ягод  или фруктов размножаются  в  огромном количестве. Они находятся на поверхности груш, яблок, винограда и других плодов и ягод. В настоящее время их искусственно разводят на особых заводах и выпускают в продажу. Раньше, когда не только не добывали дрожжей, но и существование их людям не было известно, дрожжи попадали в сахаристые массы и жидкости (виноградный сок, хлебное сусло и пр.) из воздуха и производили брожение; этим путем и приготовляли тогда спиртные напитки —вино,  алкогольный мед, пиво,  брагу.

2. Современное промышленное производство алкоголя и изготовление

спиртных напитков.

После открытия Л. Пастера — для   добывания  спирта дрожжи стали вводить искусственно в жидкости, предназначенные для броже­ния. Благодаря этому стало возможным особенно широкое промыш­ленное производство алкоголя, который готовится в настоящее время из продуктов, содержащих сахар или крахмал. Спирт добывают из сахара, имеющегося в ягодах, плодах, винограде, а также и из крахмала хлебных злаков и картофеля. Так как спирт получается   только из сахара, то для добывания его из крахмала необходимо последний предварительно переработать в сахар. Добывание спирта из крахмалистых продуктов называется винокурением. На винокуренных заводах из семян хлебных растений и из картофеля вырабатывают водки и наливки. Содержащийся в хлебе и картофеле крахмал на заводе благодаря особой обработке и под влиянием солода,   превращается в сахар (точно так же получается, например, сладкое народное кушанье — кулага, которая приготовляется из муки и солода).   А   из   сахара путем брожения, то есть разложения его, происходящего под влиянием дрожжей,   получается   спиртовая жидкость   и  углекислота   (газ)[6])!

Полученная при брожении спиртовая жидкость представляете из себя собственно смесь из нескольких видов спирта; из них один который получается в наибольшем количестве и который называется этиловым или винным спиртом, искусственно отделяется от других спиртов и идет на приготовление продаваемых спиртных напитков — водки, наливок, ликеров. Этиловый спирт является наименее вредным сравнительно с другими спиртами, получаемыми при винокурении. Эти остальные спирты в 2—4—8—16—32 и более раз ядовитее, чем этиловый спирт. Они вместе с другими примесями, полученными при винокурении, составляют так называемое сивушное масло. Остатки перебродившего сусла, после того, как из него выделили спиртовую смесь, называются бардой. Она идет на корм скоту.

Водка приготовляется путем 40% раствора в воде полученного таким образом этилового спирта; наливки приготовляются из того же спирта: 20% - ный и больший раствор спирта в воде с прибавлением ягодного или фруктового сока, сахара и других примесей. Ликеры тоже приготовляются из спирта, воды, сахара, ягодного и фруктового соков и различных ароматических масел, при чем содержание спирта в ликерах доходит до 60%.

Получение чистого этилового (винного) спирта из спиртовой смеси, добытой при винокурении, называется очисткой. Поэтому водка, приготовленная из чистого этилового спирта, называется очи­щенной. Напротив, все дешевые сорта водки, приготовленные из плохо очищенного спирта с примесями сивушного масла, назывались и называются просто «сивуха». Бутылка чистого этилового спирта получается приблизительно из 5 фунтов ржи.

В последние годы пред войной в России было около 3.000 вино­куренных заводов; в настоящее время число их, конечно, значи­тельно уменьшилось, так как производство спирта стало теперь значительно  меньше.

Этиловый спирт получается также путем брожения сока, ягод и фруктов, содержащих сахар. Содержащийся в них сахар—под влия­нием действия дрожжей—также разлагается на спирт и углекислоту, отчего сразу получается готовое вино. Виноград, содержащий 12% сахара, со времен глубокой древности служит материалом для изго­товления вина. Наиболее чистый этиловый спирт, то есть свободный от сивушного масла, получается при брожении виноградного сока и, следовательно, содержится в виноградном вине. Спирт, полученный при брожении виноградного сока, после перегонки служит также для приготовления коньяка (50—70% раствор). Производство виноградного вина называется виноделием, и оно имеется в тех местах, где произрастает виноград. У нас, в СССР, занимаются виноделием, главным образом, на Кавказе и в Крыму, а также в Донской и Кубан­ской  областях.

Пиво готовится на пивоваренных заводах из проросшего ячменя—

ячменного солода, который содержит в себе сахар. Этот сахар получается при  помощи особой обработки крахмала зерен ячменя. Солод варят с водой и хмелем, прибавляют дрожжей, отчего происходит при пониженной температуре брожение, и сахар солода разлагается на углекислоту и спирт, которые содержатся в пиве.

В дальнейшем изложении   о  действии   спиртных напитков мы не будем говорить в отдельности о водке, вине и пиве, а будем гово­рить вообще о действии алкоголя, потому что все эти опьяняющие напитки   содержат  хотя и в разных пропорциях, но всегда   одно и то же вещество—спирт или алкоголь, действие которого всегда оди­наково и не зависит от того, каким путем он добыт. Получены ли эти напитки  из  винограда  в  виде  всевозможных   сортов   виноградного вина, получены   ли   они из картофеля или из хлебных   продуктов в виде очищенной   от сивушного масла водки, получены ли из фрук­тов или ягод в виде фруктовых и ягодных вин, получены ли, нако­нец, из ячменя в виде пива,—все равно, в них всегда имеется один и тот же этиловый спирт, действие которого опьяняет и привлекает к себе пьющего человека.   Прекрасные дары земли—хлеб, фрукты, виноград и пр.— превращаются рукой человека в спирт, всегда одинаковый по своему химическому составу и всегда с одинаковой силой действующий на человека. Чем крепче напиток, то есть чем больше в нем спирта, тем сильнее он действует.

 

 

3. Самогонка.

Особняком стоит напиток, получаемый у нас при домашнем вино­курении—самогонка; она приготовляется по существу теми же самыми приемами, какими приготовляется и спирт на винокуренном заводе: из содержащих крахмал или сахар продуктов, благодаря действию дрожжей, получается спирт, который домашним способом перегоняется; для приготовления самогонки обычно берется в деревне рожь, в городе — сахар. От способа приготовления самогонки и происходит ее народное название: самогонка — «сам гоню». Но самогонка, кроме этилового спирта, содержит в себе в большом количестве описанное сивушное масло, гораздо более ядовитое и одуряющее средство чем этиловый спирт. Самогонщик, во - 1-х, не умеет очищать полученный им из своего аппарата спирт, а, во -2-х, ему и невыгодно это делать: чем больше алкогольной жидкости он выпустит в продажу, и чем сильнее она одурманит—тем больше наживы для него и тем больше «славы»,  его «крепкому» напитку. Он еще постарается прибавить туда какое-нибудь другое оглушающее средство, чтобы сильнее было опьянение. При выгонке самогонки из сахара—сивушного масла получается в ней меньше, чем при выгонке самогона из хлеба. Самогонку гонят еще из свеклы: сахар, имеющийся в ней, при брожении превращается в спирт. На юге готовят самогонку из содержащих сахар сухих фруктов.

 

III.

Алкоголь—яд.

1. Отравляющее действие алкоголя на клетки растений, животных

и человека.

Все живые существа — растения и животные — состоят из клеток. Каждая клетка есть комочек живой слизи (протоплазмы) с ядром и ядрышком в середине. Клетка так мала, что видеть и изучать ее можно только под микроскопом. Хотя в ней и нет отдельных орга­нов дыхания, питания и размножения, но в ней происходят все основ­ные явления жизни: она дышит, питается и размножается. Необходи­мый ей воздух и питательный материал клетка захватывает массой своего тельца, а размножается—путем деления. Одни существа, на­зываемые простейшими, Напр., микробы, амебы, состоят из одной клетки; поэтому их можно видеть только при сильном увеличении. Другие—многоклеточные—состоят из организованного скопления кле­ток, которые разделяют между собою работу в организме. Семена растений, цветок, деревья, червь, птица, зверь... и человек состоят из скопления таких клеток. Клетки имеют в организме разную форму и вид, так как в силу разделения труда они исполняют разную работу. Одни из них, например, служат делу пищеварения (клетки кишеч­ника), другие выполняют движения (мышечные клетки), третьи слу­жат для размножения (половые клетки) и т. д. Клетки объединяются в ткани и органы. Например, органы движения—мышцы—построены из мышечной ткани, клетки которой имеют форму волоконца; органы нервной системы—мозг и нервы—имеют иную форму. Всюду, во всех органах, имеется соединительная ткань, которая скрепляет и соеди­няет между собою клетки основной ткани органов.

Наукой давно доказано и опытом жизни подтверждается, что спирт или алкоголь есть яд, разрушительно действующий на всякую клетку. От Действия алкоголя жизнедеятельность растительных и животных клеток замед­ляется и ослабляется, а от более сильных доз может наступить полное пре­кращение жизнедеятельности клеток, т.е. их смерть.

Отчего это происходит? Чистый винный (этиловый) 100% спирт, неразведенный водой, представляет из себя прозрачную   жидкость с сильным своеобразным запахом и острым вкусом, так что при приеме на язык спирт обжигает.  Поэтому чистый   100%  спирт не пьют   так как   он  обжигает   слизистую  оболочку   рта,   пищевода и желудка. Даже грубая кожа руки при соприкосновении с спиртом испытывает чувство жжения. Спирт может гореть, давая горячее синее пламя; он несколько легче воды;  он замерзает только при холоде в 130° (поэтому   спирт,  например, в подкрашенном виде   употребляется  при  изготовлении наружных градусников). При действии на вещества, содержащие воду, он жадно отнимает ее из этих веществ и жадно ее удерживает.  Так,   если в   спирт опустить  кусочек мяса, то последний сморщивается и делается плотным, потому что в нем остается меньше воды. На этом свойстве спирта отнимать   воду из тканей и основывается его ядовитое действие на живую клетку. На  самом деле, нормальная работа всякой клетки совершается только тогда, когда в ней находится   в   числе   других   составных  частей достаточное количество воды; тогда  клетка находится в разбухшем состоянии,   необходимом для её жизнедеятельности.   Алкоголь   извлекает воду из клетки,  отчего она сморщивается и не может по­этому правильно продолжать свою жизнедеятельность, ослабевает и  может умереть. Спирт, кроме того, отнимает у клетки и кислород,  что  ускоряет ее  гибель.

Например, если мы будем наблюдать под микроскопом амебу,— одноклеточный организм,—то мы увидим, как этот комочек живой слизи передвигается, захватывает и переваривает попадающиеся частицы питательного материала, чрез известные промежутки времени  размножается путем простого деления пополам. Но если мы подей­ствуем на амебу весьма слабым раствором алкоголя, то сейчас же заметим, как амеба сморщивается, движения ее приостанавливаются, она уже не размножается... Амеба больна, она отравлена алкоголем... Если подействовать на нее более сильным раствором, то амеба умирает.

В   присутствии   алкоголя    семена  растений  не  произрастают. Например, если в стакан с водой бросить какие-нибудь семена, хотя бы ржи, то они дадут обычные ростки; если в другой такой же стакан воды с зернышками ржи прибавить чайную ложку спирта, то полу­чаются хилые ростки, а если еще прибавить 2—3 чайных ложки спирта и бросить тоже семена ржи, то ростков не будет, потому что  спирт ослабит и убьет жизнедеятельность, появляющуюся в зерне в при­сутствии влаги и тепла, то есть при его произрастании. Гниение, как уже сказано,  происходит от действия особых живых существ—гни­лостных микробов, которые и разлагают гниющие вещества. В при­сутствии спирта гниения не бывает, так как спирт убивает жизне­деятельность   микробов,   производящих   гниение;  поэтому  мертвые органы могут сохраняться в спирту, не подвергаясь  гниению. Сами, дрожжевые грибки, производящие   брожение, по   мере   накопления спирта в бродящей жидкости ослабевают. Когда содержание спирта в ней доходит до   20%, то брожение прекращается, так как деятельность   дрожжей   под   влиянием   отравляющего   действия   полученного спирта прекращается. Поэтому при брожении никогда нельзя получить напиток крепче 20 «градусов». Получение же чистого спирта дает перегонка этой жидкости на специальных аппаратах.

Насекомые, светящиеся в темноте, в парах алкоголя перестают светиться и кажутся совершенно темными, так как прекращается вследствие отравления алкоголем работа их клеток, выделяющих свет. Всем знакомы опыты с петухом, которому в шутку дают поклевать хлеб смоченный алкоголем. Такой петух вскоре совершенно изменяет свой вид: перья опускаются, мышцы его ослабевают, он шатается и падает, он уже не отзывается на обычный зов и т. д. Вся эта картина тяжелого болезненного состояния происходит, конечно, от алкоголя.

Алкоголь парализует все жизненные явления. Он отравляет и может убить животных.

Поэтому  алкоголь ядовито действует и на все клетки и органы человеческого тела, так как человеческое тело состоит тоже из клеток и живет по тем же самым основным законам, как и остальные живые существа. Но человек в еще большей мере подвергается отравлению алкоголем, так как клетки его тела наиболее совершенно устроены и наиболее  чувствительны  к   алкоголю.   Однако,   алкоголь   является ядом настолько коварным, что люди обычно до сих пор об этом или не знают, или не хотят этому верить. Правда, все соглашаются с тем, что злоупотреблять спиртными напитками нельзя, потому что явные алкоголики дают окружающим поучительный и печальный пример губительного действия алкоголя, но так называемое «умеренное» потре­бление алкоголя обычно не считается вредным, а, к несчастью, иногда считается даже и полезным. Происходит это, главным образом, вот почему: всякие другие яды, например, карболовая кислота, сулема и пр., людям известны, как яды, потому что они после приема внутрь вызывают боль, тяжелое самочувствие и общее расстройство организма, которое может окончиться смертью в зависимости от принятого коли­чества яда, алкоголь же, отравляя и разрушая организм,  вначале не толь­ко не вызывает болей или других неприятных ощущений, но, напротив, прият­но одурманивает человека, создает для  него впечатление прилива сил, т.е., иначе говоря, обманывает пьющего человека. Люди назвали этот яд «во­дою жизни» и продолжают называть его разными другими нежны­ми и ласкательно-смешливыми именами, в придумывании   которых обычно изощряется  пьющая   компания,   а  также   и   алкогольная реклама  («несравненная»,   «друг  здоровья»,   «спотыкач» и т. д.).

Какие же последствия   получаются  от алкоголя  в  организме человека?

2. Отравляющее действие алкоголя на мозг и нервы человека.

а) Острое   опьянение.    Алкоголь,   отравляя   клетки   человеческого тела, вносит неправильность и разлад в его работу, ослабляет и извращает деятельность  его  составных   частей—органов—и ставит человеческий   организм   под   угрозу   полного   прекращения явлений жизни в нем, т.- е. под угрозу смерти.

Выпитый алкоголь быстро всасывается из кишечника в кровь. Через 1—2 минуты после произведенного глотка спиртного напитка алкоголь уже находится в крови и с током крови несется и скоро  проникает во все тайники человеческого организма (кровь очень быстро обращается в теле взрослого: почти три раза в минуту она обегает тело человека). Ни один уголок человеческого тела не остается не­затронутым алкоголем, его вредоносное действие захватывает все клетки и органы пьющего человека. Алкоголь особенно опасен потому; что он не щадит ни одного органа тела. Что алкоголь отравляет чело­века—это мы видим прежде всего из того, что на наших глазах меняется поведение выпившего человека. Такая всем известная пере­мена в поведении опьяневшего человека происходит от того, что ал­коголь прежде всего и особенно сильно ослабляет жизнедеятельность самых нежных и особо тонко устроенных клеток, составляющих нервную систему человека. Первым попадает под удар головной мозг: человек пьянеет потому, что алкоголь отравляет его мозг. На самом деле, как известно, всеми нашими словами, поступками и вообще всем нашим поведением управляет наш мозг, как орган нашего сознания, мысли, чувств и воли; поэтому понятно, что при его отравлении в случае приема алкоголя, т.-е. при опьянении, изменяются мысли, слова, чувства, поступки и все поведение выпив­шего человека.

Русские  пословицы — «что у трезвого на уме, то у пьяного на языке» и «пьяному море по колено» совершенно верно  определяют действие алкоголя на мозг. Алкоголь парализует (ослабляет) прежде всего клетки мозга, составляющие его высшие центры, где происходят самоконтроль и поверка собственного поведения человека,   откуда идут, в случае надобности, задерживающие влияния и где вообще совершается  вся  мыслительная   работа.   Поэтому  пьяный   человек, вследствие паралича этих задерживающих центров, и не может сдерживать себя: его мысль и речь как бы срываются с тормоза, он делается болтлив,   говорит и делает много   лишнего и ненужного, подчас во вред себе. Так как его мысли и слова текут теперь особенно легко, без задержек, то у него появляются поэтому чувство приятной самоуверенности,   приподнятое   настроение  и   общая  возбужденность.   Способность запоминания, соображения и критики у выпившего человека! ослабляется, он недостаточно оценивает и понимает собственное положение. Хотя ему и кажется, что он стал умнее и ловчее, на самом же деле он стал глупее, и движения его стали менее точны. В доказательстве этого было произведено учеными не мало опытов, да и сама жизни всегда это подтверждает. Известно, что алкоголь—плохой советчик! Выпивший человек говорит больше, но соображает меньше; он не взвешивает того,, что высказывает в своей болтовне, которая кажется ему остроумной, но на самом деле она утомляет трезвого слушателя и в ее смысле подчас бывает трудно разобраться.

Знаменитый немецкий психиатр профессор Крепелин определяет опьянение как «общее понижение процессов мышления, уменьшение мускульной силы и расстройство способности более тонкого управле­ния движениями. Одновременно появляется веселое, приподнятое, а позднее раздражительное состояние». Опыты, которые делали про­фессор Крепелин и другие ученые, показывают, что выпитая 1 бутылка пива уже весьма заметно понижает силу памяти и быстроту сообра­жения у выпившего человека. Ряд простых задач, с которыми он легко справляется в трезвом состоянии, он теперь решает гораздо медлен­нее и с ошибками. Наборщики в состоянии легкого опьянения рабо­тают гораздо медленнее и делают больше ошибок, чем в трезвом со­стоянии. Сами выпившие, однако, этого не замечают, и им кажется, что они лучше соображают и лучше работают. Но ведь бутылка пива по количеству чистого спирта равна 1 стакану легкого виноград­ного вина, или 4-м рюмкам 20% наливки, или 2-м рюмкам 40- градус­ной водки. Следовательно, каждый из этих напитков уже в указан­ных количествах, которые в житейском обиходе нередко считаются даже и полезными, производит такое же отравляющее действие, как и 1 бутылка пива, то есть понижают способность памяти и критики. Но и меньшие дозы алкоголя, даже 1/4 бутылки пива, на опыте заметно притупляют внимание и соображение.

Состояние опьянения хорошо рисует, например, следующая картинка («Правда», № 208—1925 г.):

«П ь я н ч в а н с т во».

«В мае текущего года председатель сельсовета Кубарев сидел за «парой чая» в местной чайнушке. Был он, под влиянием только что распитого самогона, в «малахольном» состоянии и потому всеми доступными пьяному человеку способами изъявлял свое недовольство собой, служебной нагрузкой, «инстанциями» и прочим. Разглагольствования Кубарева были прерваны появлением в чайной его заместителя, Мухина, после чего произошел следующий диалог:

       Кто ты такой есть?
- Твой заместитель.

Так. А я твой председатель и потому приказываю тебе сейчас же принять должность председателя по моим семейным обстоятельствам.

На каком основании?—справился Мухин.

- На очень обыкновенном: надоело это мне и вообще за 30 коп. я не намерен работать...

Мухин заявил Кубареву, что «в пьяном виде, тем более в чайной, такие дела не делаются, на передачу же ему дел по должности предсельсовета нужно предписание вика.

Кто есть вик? — чванился  Кубарев.—Я тебе приказываю — исполняй, не исполнишь — в ГПУ направлю.

Пьяную угрозу Кубарев привел в исполнение. Вызвав в чайную сельских

исполнителей  он  приказал   им отвести Мухина к уполномоченному ГПУ с бумажкой,   в   которой   значилось:  «Мною   препровождается   гр.   Мухин   по   делу гр. Кубарева, 17 мая 1925 г.».

Губернский суд признал Кубарева виновным в преступлении, предусмотренное 159 ст. Уг. Кодекса (насильственное  незаконное  лишение  кого-либо  свободы совершенное путем  задержания или помещения его в каком-либо месте),  почему Кубарев понес соответствующее наказание.

 В этом живом случае мы видим и повышенное настроение, и болтливость, и самодовольство, и легкомыслие, и понижение способности соображения у опьяневшего человека.

Благодаря ослаблению критики, выпивший человек недостаточно оценивает и понимает происходящее вокруг него и поэтому не предвидит, например, опасностей, которые ему могут встретиться. Известно, что несчастные случаи с человеком относятся, главным образом, к предпраздничным, праздничным и послепраздничным дням, т.-е. к дням особой выпивки и похмелья. Вследствие того же ослабле­ния критики и тормозящих влияний выпивший человек не может, когда это нужно, сдерживать свои желания, влечения и чувства, которые особенно легко у него теперь вспыхивают. От этого происхо­дят всякие неожиданные, подчас нелепые выходки опьяневшего чело­века: то он начнет плакать, то ни к делу смеяться, то гневно бра­нится, а то делается необычно добрый...

Статистика преступлений, несчастных случаев и  телесных  повреждений тоже показывает, что число их резко возрастает в воскрес­ные и вообще праздничные дни: в эти дни их происходит в 6—7—9 раз больше, чем в будние дни. Понятно, что это печальное обстоятельство находится в связи с массовым опьянением.

Опьяневший человек теряет способность  правильно    и   точно управлять  своими  движениями.

Например, если дать стреляющему в цель немного алкоголя, то он начинает делать гораздо больше промахов.  Но, что всего опас­нее, выпившие машинисты, ведущие поезд, выпившие шоферы, выпив­шие летчики и прочие лица, в руках которых находится управление машиной, в состоянии хотя бы легкого, незаметного для окружающих опьянения в гораздо большей  степени, чем трезвые, подвергают свою машину опасности крушения, а пассажиров—опасности телесных повреждений и смерти. Недавно в Москве был такой случай: подвыпивший шофер,  который  вел автобус, сшиб своей машиной столб с трамвайными часами, ранил двух граждан, потому что несся беспоря­дочно по улице. Он остановился только тогда, когда уперся где-то в сте­ну. (Пассажиры  автобуса, к счастью, отделались только испугом).

Спортсмен под влиянием алкоголя менее удачно, ловко, легко и успешно производит свои даже привычные упражнения. Если опьяневший человек продолжает пить, то есть продолжает еще дальше отравлять свой мозг и вообще нервную систему то тогда опьянение нарастает. Это значит, что возбуждение увеличивается, способность соображать падает все больше и больше, чувствительность притупляется, движения еще сильнее расстраиваются. В таком состоянии нарастающего опьянения человек делается бестолково шумным (то пляшет, то стучит кулаком по столу и т. д.) говорит заплетающимся языком, пошатывается... Потом сознание его постепенно  затуманивается, возбуждение сменяется  угнетением       мысль слабеет, он уже тупо воспринимает окружающее, смотрит «осовелыми» глазами, слабо чувствует боль и другие раздраже­ния хуже видит и т. д. В дальнейшем наступает сонливость, пьяный бессвязно бормочет, и, наконец, наступает полное бесчувствие. В со­стоянии глубокого -отравления алкоголем человек падает без сознания и лежит без движения; наконец, может наступить и смерть от паралича клеток дыхательного центра в продолговатом мозгу. Смертельной дозой для человека, непривычного к спиртным напиткам, может слу­жить 1 бут. чистого (100%-го) спирта или 2,5 бут. водки. Хотя люди обычно и не напиваются до полного паралича всех отпра­влений тела, а тем более до смертельного исхода, но все-таки известно, что в дореволюционном Петербурге больше одной трети всех случаев скоропостижной смерти наступало от острого отра­вления алкоголем, а во всей России ежегодно умирало от опоя около 5000 человек.

б) Хроническое отравление. Действие даже и не­больших количеств алкоголя продолжается гораздо дольше, чем обык­новенно думают. Человек как будто протрезвился после выпивки, но алкоголь еще продолжает в течение некоторого времени (более суток) быть в организме и отравлять клетки мозга. Поэтому, если человек часто выпивает, то мозг его почти не освобождается от алкоголь­ного яда.

Под влиянием постоянного потребления алкоголя постепенно наступают стойкие болезненные изменения в клетках мозга, который резко тогда отличается от мозга человека не пившего. Мозговые оболоч­ки его мутны, внутри мозга много воды, мозговые извилины уже обык­новенных и пр. Поэтому умственные способности пьющего человека по­степенно понижаются, воля ослабляется, характер его болезненно изменяется к худшему. Человек делается раздражительным, подозрительным, слабовольным, черствым, у него притупляются и теряются чувства долга, чести и собственного достоинства. Он совершенно не считается с интересами близких ему людей, делается жестоким в своей семье, неприятным и опасным членом в обществе. Благодаря нравственному падению личности, ослаблению ума и воли, пьющий человек может встать и на преступный путь. Не даром говорят — «вино вину творит». И действительно, алкоголь наполняет тюрьмы, так как подавляющее большинство преступлений обязаны своим про­исхождением алкоголю.

У постоянно   пьющего   человека появляется потом  непреодолимое влечение к алкоголю, так как нервная система привыкает  к отравлению и требует все новых и новых раздражений. Оп пьет и в то же время никогда не считает себя виновным в своем пьяном поведении, а обыкновенно обвиняет в этом или жену, или еще кого-нибудь (детей, сослуживцев и пр.), или свою профессию, или какие-нибудь иные обстоятельства и т. д. Как же не пить: ведь раздражают! — жалуется один.

В нашем деле без этого нельзя, — говорит другой в оправ­дание своих частых выпивок.

Единственно в чем он иногда и сознается после особенно большой выпивки и скандала, так это только в том, что «вчера, пожалуй, пе­реложил». У таких людей не только нет сознания собственной вины но, напротив, у них развивается особое бахвальство и самомнение.

Несчастные жены пьяниц нередко подвергаются со стороны  своих мужей самым грубым и жестоким оскорблениям, так как под влиянием длительного отравления мозга спиртными напитками у них развивается неосновательная ревность. Они тогда без всякого повода подозревают своих жен в супружеской неверности, не дают им ступить свободно шага, не церемонятся в выражениях, устраивают скандалы уличая их в измене, очевидцами которой они будто бы были, и т. д.

Такие   больные — с   понижением  и   притуплением   умственных способностей, нравственного чувства и вообще с болезненным йзменением характера, с постоянным влечением к алкоголю — называются хроническими алкоголиками. Они считаются в общежитии обыкновенно порочными и распущенными людьми и обходятся без больницы. Но если поведение больного принимает особенно бурный и скандальный характер, то в таких случаях обращаются и в больницу (психиатрическую).

Например: Гражд. 46 л., стекольщик. Был на излечении в 1 Моск. Гор. психбольнице, начиная с 1922 г., всего 7 раз (дело № 1519—1925 г.).

Пить начал с молодых лет. Сначала пил умеренно, но в последнее время стал пить особенно много. Несколько раз у больного от пьянства бывали видения, видел мышей, чертей,   лез в петлю... В трезвом виде  был  угрюм,   скучен.

Перед первым поступлением в больницу (в ноябре 1922 г.) больной начал тащить из дому последние вещи, по ночам не спал, память стала плохая, буянил дома, выбивал окна в квартире. За буйство был назначен к выселению через суд.   Судья направил его в психиатрическую больницу.

В виду улучшения состояния — больной после 4,5 месячного пребывания в больнице был выписан. Но потом он еще не один раз поступал в нашу больницу: то доставляет его домоуправление, то поступает он на принудительной лечение по приговору суда. Причина всегда одна — буйство и скандалы. Вот как например, рассказывает он о себе в одно из своих поступлений: «30-го октября я выписался из больницы, был спокоен. 31-го утром поссорился с женою, пришел в сильное возбуждение, бросил в жену самовар, но попал в дверь. После этого немного выпил водки и пива. На другой день пошел в народный суд хлопотать о разводе, так как решил, что жить с женою больше не могу. Там случилось у меня с кем-то какое-то столкновение, вследствие чего я был арестован».

Точно и подробно рассказать об этом столкновении больной не может, так как плохо помнит. Пришел он в себя только в комиссариате милиции когда увидел себя связанным и лежащим на полу.

В тот же день больной был доставлен в больницу. В последнее поступление (в сентябре 1925 г.) больной сразу обратил на себя наше внимание своим необычным видом: он был истощен, с землистой окраской лица, слабым голосом. Причина этого сейчас же обнаружилась, так как больной заявил: «У меня болит под ложечкой. Я не могу глотать твердую  пищу,   проходит только жидкая.  Ясно было, что у больного развился рак пищевода [7]),   почему он был вскоре  переведен   в   Красносоветскую   больницу,   где   он   и   погиб   от этой болезни.

По поводу другого, находящегося в 1 Гор. Псих, больнице алко­голика X. (дело № 2097/1925 г.), правление жилтоварищества доли, в котором он живет, обратилось в больницу с таким заявлением (при­водится без изменений):

«Настоящим правление просит вас в том, что находящийся у вас на выдержке гражд. X. от алкоголя, мы просим его не выпускать, в виду того, что от него жильцам квартиры нет возможности жить, как то: все ломает, лезет драться на всех, всем угрожает, жене также не дает никакого покоя, гоняется с ножом, почему и просим вас за­держать».

в) Алкогольные душевные и нервные болезни. Дело отравления мозга и вообще нервной системы может закончиться выраженным душевным или нервным заболеванием. Самая частая форма острой алкогольной душевной болезни есть белая горячка, ко­торая выражается в том, что заболевший перестает спать, видит мно­жество мелких животных, неприятных и устрашающих, которых в действительности нет пред его глазами (зрительные галлюцинации). Он видит, например, крыс, мышей, змей, «чертей», насекомых, кото­рых даже обирает с себя, щелкает по ним и т. д. К зрительным галлю­цинациям присоединяются слуховые: он слышит свист паровоза, пу­шечную пальбу, топот лошадей, бег крыс, голоса, самые страшные угрозы и т. д. Сознание его — под наплывом этих галлюцинаций — помра­чено, он не понимает окружающего, он беспокоен, подчас буен. Рус­ское выражение «допился до чертиков» как раз и выражает такое со­стояние; русское название алкоголя «зеленый змий», вероятно, тоже происходит от содержания галлюцинаций алкоголь — видений змей. Больные белой горячкой, поступившие в 1 Гор. Псих, больницу после рождественских праздников, рассказывали: один все время видел, как дрались за него (кому он должен достаться) два «чёрта», — один зеленый, другой черный, но оба с красными глазами; другого возили на расстрел, лежал он и под поездом, летал и на аэроплане, был и «на том свете»... Третий — на вопрос, где он находится, отвечает: «В Бутырках» (т.-е. в тюрьме). Он стремится выбежать из палаты, пугливо озирается, лезет под кровать (от кого-то прячется)... И т. д.

Характерно, что многие больные стараются в смешном и веселом виде представить свои переживания и вообще относятся к своему состоянию с известной долей юмора.

Один больной так, например, рассказывал о своих галлюцинациях: «Просыпаюсь  я ночью и вижу:   сидит  на  животе  маленький   зелененький   зверек, с красными глазками, грозит лапою  и   поддразнивает   языком. Вглядываюсь — чёртик. Ах, ты, каналья, думаю: меня не проведешь, цап-царап! — схватил его за хвост и сунул в чулок, околевай, мол, там. Гляжу, а на его месте сидит уже другой такой же; я и этого туда же. Затем вижу: набралось их у меня на брюхе штук 12, все скачут, прыгают, поддразнивают... Только я хотел их зацапать, глядь, — а они уже перескочили на окно. Тут я не вытерпел, схватил ведро из умывальника и облил всю эту нечисть помоями. Намокли все, а все-таки прыгают»...

Интересно, однако, что в настоящее время, по наблюдениям психиатров, значительно меньший процент заболевших алкоголиков видит «чертей». По-видимому, это находится в связи с тем обстоятельством, что «чёрт» в сознании большинства населения, особенно городского, освободившегося от суеверий, перестал существовать. Я, например, наблюдал и таких больных, которые видели в белой горячке кого угодно, даже поросят, но только не «чертей».

Белая горячка может через несколько дней закончиться выздоровлением, но нередко бывает, что заболевший белой горячкой умирает от паралича сердца или дыхания. Иногда болезнь переходит] в затяжное течение, и тогда развивается другая форма алкогольного душевного заболевания — затяжной алкогольный бред. Зрительные гал­люцинации у больного исчезают, выступают на первый план слуховые галлюцинации: больной слышит голоса, которых нет в действительности; ему кажется, что его всюду преследуют, ругают его, угро­жают ему и т. д. Называют «негодяем», «сифилитиком», «пьяницей», обещают «дать по морде» и пр. Иногда голоса переговариваются: «этого мерзавца надо убить», «конечно, таких негодяев надо уничтожать»...! Преследуемый такими галлюцинациями больной делается подозрительным, замкнутым, он всегда тревожно настроен, хотя иногда и не прочь с известным юмором рассказать о своих переживаниях. Один такой больной, например, рассказывал мне, что даже его корова по утрам, когда он уезжал на службу (он жил на даче), как-то подозрительно мычала. Он был склонен думать, что и корова над ним как будто подсмеивается: «хозяин-то  опять, мол, нахлещется».

Вот, например, один из таких больных в 1-й Городской Псих, больнице:

Гражд. Ф. (истор. бол. № 1183—1925 г.), пекарь, 37 л. Поступает в больницу в 1-й раз.

Пьет с 17 лет. Пил всегда много.   Часто во время пьянства бывали видения (крысы, змеи, черти  и  т.  д.), и  слышат   голоса.   В  пьяном виде делается чувствительным и любит поплакать.

В последние 4 года пьет особенно сильно. На больного напал теперь] страх: он слышит голоса, что его хотят убить, зарезать и т. д.; в течение недели не был дома, хотел  утопиться.

В отделении больницы настроев тревожно, жалуется  на  тоску, по ночам! не спит. Говорит, что  на  него  лезут  с  ножами,  хотят  убить, слышит голоса, которые  ругают  его,  грозят  ему   «поставить   к  стенке»  и  т.  д.    Больной  не понимает,   что   это — болезнь.   Просит:  «лучше  сразу  кончите,  чем так  издеваться».

Однажды встречает врача словами:

— Ну, все кончено. Владимир Львович сообщил, что меня здесь казнят. А за что — я так и не знаю. Кто такой Владимир Львович—больной тоже не знает.

Больной принимает эти голоса за действительность и поэтому, понятно, настроен крайне тяжело и требует особого надзора со стороны персонала.

После двухмесячного пребывания и лечения состояние его улучшилось, него появилось сознание болезни, галлюцинации исчезли, но подозрительность еще осталась.

Другой такой же больной, Р., доведенный голосами, которые он принимает за чистую монету, до отчаяния, подал следующее за­явление (приводится без изменений):

«В Президиум Московского Совета.

Прошу Президиум Моссовета дать мне правосудие. В настоящее время я нахожусь в Преображенском сумасшедшем доме. Меня взяли насильно и дают мне смертельные пытки. Прошу я Моссовет избавить меня от смерти. Все время я работал в наемных руках, а сейчас инвалид V группы. Так что я за собой только что и замечаю, что в пьяном виде делаюсь ненормальным и говорил бес­сознательные слова. Это я делал неумышленно. Еще раз прошу Моссовет защи­тить рабочего бедного человека».

Другие болезни нервной системы — воспаление нервов (боли, слабость мышц, параличи), понижение слуха, зрения, падучая бо­лезнь (эпилепсия) и пр. — составляют удел многих и многих алкого­ликов. Алкоголик хуже видит, хуже слышит, пальцы его рук дрожат... В особенности часто болеют пьющие падучей болезнью, когда у них бывают припадки с полной потерей сознания, с судорогами. Больной вне­запно падает, где попало, и нередко при этом расшибается, лежит в беспамятстве, бьется в судорогах, с пеной у рта... После припадка наступает сон. Проснувшись, больной ничего не помнит о припадке.

Врачи знают, что в пьющих странах на каждых 100 душевнобольных, поступающих в больницы, до 40 заболевают от алкоголя т.-е., иначе говоря, если бы не было алкоголя, то число душевноболь­ных сократилось бы почти на половину.

Вот что писал в 1908 г. русский психиатр П. П. Викторов: «Алко­голики и больные в частности алкогольными психозами переполняют Кувшиновскую Психиатрическую лечебницу (в Вологде). Если бы лечебница принимала без отказа всех подобного рода больных, то по­ловина ее многочисленного населения и теперь состояла бы из них, а в недалеком будущем они вытеснили бы всех остальных больных, не алкогольного происхождения». Такая картина наблюдалась тогда по  всей   России.

Отравляющее действие алкоголя на внутренние органы человека.

Но,  как сказано,   алкоголь проникает всюду в организм. Он отравляет и поражает не только нервную систему, но все органы человеческого тела, и вносит расстройство в их работу.

Желудок и кишки соками  своих  желез  переваривают  пищу, то есть  превращают ее в кровь, которая служит источником нашей энергии  и питает все  клетки   тела.  Под   влиянием   потребления спиртных напитков  развивается   катарр   желудка,    потому   что   спирт раздражает его слизистую оболочку и вызывает воспаление. От острого воспаления желудка «мутит» опьяневшего, от этого у него бывает и рвота[8]), а на другой день — боль под ложечкой и отсутствие аппетита. От хронического катарра желудка, который развивается от пьянства, расстраивается пищеварение, развивается поэтому малокровие, питание и силы у человека тогда падают. У него появляются отрыжка, тошнота, иногда рвота по утрам, упадок аппетита, боли после еды и т. д. К катарру желудка присоединяется потом катарр кишек, отчего наступают поносы, питание и силы человека еще больше падают.

Алкоголь способствует также  развитию рака пищеварительных органов.

 

 

 

 

 

Кровь из кишечника идет сначала в печень, откуда с венозным потоком попадает в сердце. Поэтому печень первой из внутренних органов принимает на себя удары алкогольного яда, находящегося в крови, и отвечает на эти удары болезненными изменениями. Сначала она увеличивается от разрастания так называемой соединительной ткани, а потом сморщивается вследствие сокращения этой ткани (см. рис. 3), почему сдавливаются и суживаются проходящие в ней кровеносные сосуды, происходит застой крови и водянка живота (по этому поводу существует во Франции пословица: «кто живет с вином—умирает с водой»). Количество и качество желчи, которую выделяет печень и которая тоже необходима для пищеварения, резко тогда падает, отчего питание  тоже   расстраивается,  человек  слабеет. Печень   не   может тогда очищать кровь от ядов, что она делает в нормальном состоянии. Эта болезнь, которая называется циррозом печени,  очень тягостна   и неизлечима. Она сопровождается болями в правом боку, желтухой,  рвотами, одышкой и т. д. Больные иногда очень быстро погибают от этой мучительной болезни.

Кровеносные сосуды, по которым течет кровь в теле человека,  от алкоголя делаются жесткими, так как в них отлагается известь! Эта    болезнь    называется    артериосклероз.    Кровеносные    сосуды   становятся тогда неспособными в полной мере выполнять свою работу по снабжению организма питательным материалом. Кровообращение замедляется, появляются застои крови[9]), почему ткани не получают ее в достаточном количестве. От этого понижается жизнедеятельность клеток организма, потому что они меньше получают необходимой им питательной крови. На почве склероза кровеносных сосудов может произойти и омертвение тканей (гангрена, «антонов огонь»), что и бы­вает у алкоголиков; например, после случайного ушиба пальца ноги может произойти разрыв сосудов пальца и кровоизлияние, наступает омертвение пальца, которое может распространиться на стопу и на всю ногу; больной тогда нередко и погибает. Склерозированные сосуды вообще делаются очень ломки и легко разрываются, отчего не­редко бывает кровоизлияние в мозг,—мозговой удар, или апоплексия,—часто приводящее к смерти.

В головном мозгу имеются центры, управляющие произволь­ными движениями нашего тела: они передают по особым провод­никам—нервам—раздражения к мышцам, производящим то или иное так называемое произвольное движение.

Кровь, которая выливается из лопнувшего сосуда при апоплек­сии, разрушает мозговое вещество; при этом, обычно, бывают разру­шены центры, которые передают раздражения, вызывающие движе­ния нашего тела, или разрываются те нервы, по которым проходят эти раздражения к мышцам. Если человек остается жив, то он не мо­жет тогда произвести те или другие произвольные движения: человек делается парализованным. Вследствие разрушения и прекращения деятельности центральной станции в мозгу—отсутствуют тогда необхо­димые для этого раздражения, или вследствие разрушения нервных проводников, эти раздражения не могут дойти до мышц, производящих движение (как, например, при перерезке телеграфной проволоки те­леграмма из центра не может дойти до того города, куда она посы­лается, если этот город находится дальше места перерезки). Поэтому у человека и наступает паралич, так как мышцы не получают нужных раздражений.

В зависимости от места нахождения разрушенного участка мозга происходит паралич соответственной части тела, например, пра­вой или левой его половины или же, что бывает реже, какой-либо одной конечности. В случае кровоизлияния в дыхательный центр наступает паралич дыхания и смерть.

Алкоголь является главной причиной мозговых кровоизлияний, следовательно, параличей, инвалидности и скоропостижных смертей.

Сердце человека есть  механически работающий орган, который накачивает и прогоняет  кровь  по кровеносным сосудам. В течение суток оно совершает колоссальную работу:    проталкивает  в общей сложности    более    600    пудов   крови [10]).   Под влиянием   алкоголя рабочая мышца сердца перерождается, часть ее заменяется жиром (см. рис. 4), поэтому сердце  становится дряблым  и слабым, неспособным в  достаточной степени производить необходимую для организма работу, отчего пьющий человек страдает сердцебиениями, слабостью, одышкой, отеками и т. д.

Выпитый человеком алкоголь выделяется из организма двумя путями:

1) небольшая часть выделяется через дыхательные пути, при выдыхании (от выпившего человека несет на другой день
«перегаром» или «как из бочки»);

2) тоже небольшая часть выделяется   из организма через почки (в моче).

 

 

Но главная часть поступившего в организм алкоголя сгорает в организме.

Поэтому при потреблении спиртных напитков развивается от раздражения алкоголем катарр дыхательного горла и гортани, пьющий человек нередко говорит с охриплостью в голосе; появляется бронхит с кашлем, с густой слизистой мокротой, с одышкой; легкие тоже страдают от алкоголя, они теряют свою обычную упругость, в них появляется застой крови и т. д. Поэтому у алкоголиков создается серьезное предрасположение к легочным болезням и особенно к туберкулезу.

Почки выделяют из организма ядовитые и ненужные отбросы отработанной крови в виде мочи.

От действия алкоголя, подобно печени, почки тоже сморщиваются          (см. рис. 5), и понижается их деятельность, отчего в организме задерживаются и отравляют человека яды, которые нормальные почки полностью выделяют. Человек слабеет, у него появляются отеки, и в  конце концов наступает  смерть от самоотравления мочою.

Организму необходим кислород для того, чтобы сгорала кровь в организме, как он необходим при всяком горении. От этого сгорания крови выделяется тепло, которое поддерживает постоянную температуру тела, и получается энергия, которая производит работу человеческой машины. Необходимый организму кислород доставляют красные, кровяные шарики, которые захватывают его в легких при вдыхании. Под влиянием алкоголя красные кровяные шарики захватывают в легких меньше кислорода, при чем часть его они должны отдавать на сгорание самого алкоголя, почему общие явления горения в организме понижаются и совершаются вяло и недостаточно. Поэтому случается, что пьющий (в особенности пиво) человек становится тучным. Для не­сведущих людей это кажется избытком здоровья. На самом же деле это происходит не от избытка питания и здоровья, а оттого, что усвоен­ный из пищи жир откладывается в организме, так как не успевает сгорать, потому что не хватает для этого кислорода. Такой человек меньше развивает энергии, а накопленный жир является для него излишним и подчас тягостным балластом.

Алкоголь вредно дей­ствует и на все другие органы человеческого тела. Страдают от него и так называемые железы внут­ренней секреции, то есть такие железы, которые вы­деляют свои соки прямо в кровь. Особенно заметно действует алкоголь на по­ловые железы. Эти железы вырабатывают клетки, которые служат для размно­жения (семенные и яйце­вые). Кроме того, они

 

вы­деляют особое вещество, которое производит общее возбуждающее действие на организм.

Упадок деятельности половых желез, который происходит от отравления алкоголем, вызывает поэтому преждевременное угасание половой деятельности и преждевременное одряхление алкоголика. Это обстоятельство, между прочим, способствует развитию у него неосно­вательной ревности жены.

Весь вид пьяницы говорит, что организм его основательно, под­час непоправимо, подорван. Лицо его одутловато и отечно, под гла­зами мешки, мышцы дряблы, на коже лица налиты маленькие изви­листые (склерозированные) кровяные жилки, губы синие, пальцы дрожат, дыхание хрипло и удушливо, он страдает от одышки... Пья­ница туп и равнодушен или бессмысленно озлоблен. Он имеет приниженный вид, хотя и сыплет пустословием  и бахвальством...

 

4. Алкоголь сокращает жизнь человека.

Вследствие всех этих болезненных изменений в организме жизне­нность пьющего человека понижается, продолжительность его жизни сокращается, ибо   отравленный алкоголем  организм  раньше срока  изнашивается. Пьющие люди легко заболевают всевозможными недугами, делаются особенно восприимчивыми к заразным болезням, от которых они погибают в значительно большем количестве, чем трез­венники. Сопротивляемость организма пьющего резко ослабляется, почему соответственно понижается человеческая способность противо­действовать заразе и вредным влияниям, которыми люди бывают всегда окружены.

Организм человека вырабатывает в случае надобности и содержит в своей крови особые вещества, которые защищают его от вредностей и в частности от проникших в организм микробов, вызывающих заразные заболевания. Эти  защитные вещества крови называются противотелами.  Среди защитных приспособлений крови на первом месте стоит деятельность белых кровяных шариков, называемых фагоцитами, которые нападают на микробов и стремятся их уничтожить, переварив их в собственном теле. Чем сильнее   организм, тем скорее и легче  он справляется с микробами, попавшими в организм и вызвавшими заразную  болезнь (туберкулез,  холеру,  воспаление легких, тиф и пр.). Выздоровление  от заразной болезни есть результат окончательной! победы белых кровяных шариков над микробами, вызвавшими эту болезнь. Напротив, если организм человека ослаблен, то и  сопротивляемость его падает, потому что фагоциты тогда тоже  ослаблены, они вяло проявляют свою деятельность в борьбе с микробами и   не могут уже справиться с ними. Победа в таком случае переходит на сторону микробов: они быстро размножаются, выделяют яды, кото­рые в большом количестве поступают  в  кровь человека, отравляют  и убивают его, — человек   погибает от заразной болезни. А так как алкоголь ослабляет человека и его клетки, то понятно, что случайное присоединившаяся  заразная  болезнь,  которой  алкоголики  сравни­тельно легко заражаются, быстро сводит в могилу пьющего человека, силы которого и без того уже подточены и подорваны ядом — алкоголем. Болезни внутренних органов, которые описаны в предыдущей  главе (рак пищевода, желудка,  цирроз печени,  перерождение   сердечной мышцы, хроническое воспаление почек и пр.), кровоизлияния в мозг и т. д. служат также причиною преждевременного и печального конца алкоголиков. Считается, что пьяницы живут на 10 — 12 лет меньше, чем непьющие. Смертность людей пьющих всегда и везде на много превышает смертность непьющих.

Правда, находятся люди, которые оспаривают данные науки, ссылаясь на какой-либо приводимый ими пример. Они, например, говорят: «вот такой-то мой знакомый всю жизнь пил, а дожил до семидесяти лет, вырастил здоровых и умных детей, дождался внуков». Или говорят так: «вот этот пьет много и остается в то же время бодрым и здоровым» и т. д. Эти примеры, конечно, не являются доказательными хотя бы потому что на них можно возразить таким образом: если бы тот человек,  который  дожил  при  потреблении  спиртных  напитков до 70 л., не пил, то он наверное мог бы дожить до более глубокого возраста и имел бы еще более умных, талантливых и здоровых детей. Точно так же, если пьющий человек и сохраняет как будто внешний бодрый вид, то это еще не значит, что он вполне здоров, так как для несведущего человека вид может быть обманчив. Истинное состояние здоровья человека может определить только врач. Люди, так рассуж­дающие, неправы еще потому, что они свое мнение о действии алко­голя строят на наблюдении отдельных лиц и совершенно забывают, что отдельные лица даже из одной и той же семьи всегда разнятся в здоровье, силе и долговечности. Поэтому может случиться так, что особенно крепкие люди не так скоро поддадутся разрушительному действию алкоголя. Но, как известно, исключения правила не делают. Поэтому сравнительно редкие и счастливые особенности одного чело­века, которые позволяют ему более долго выдерживать разрушитель­ный натиск алкоголя, нельзя переносить на всех людей.

Интересно и важно ука­зать еще на то обстоятельство, что смертность лиц, которые обслуживают питейные заве­дения  (трактиры,   рестораны и пр.) или работают в виноку­рении, пивоварении или вино­делии,  в  два и больше раз выше смертности лиц других неалкогольных профессий, ко­торые в то же время могут быть   не   менее   тяжелы   по общим условиям своего труда. Громадный  их процент уми­рает от туберкулеза (см. рис. 6).  И тут,  конечно, причина повышенной  смертности   лиц алкогольных профессий кроет­ся   в алкоголе, который они вследствие    постоянного   со­блазна и доступности в большем

                                                       

 

количестве потребляют, чем лица других профессий. Если чи­татель припомнит  наше   прошлое, то он   наверное  согласится,  что раньше в питейных заведениях нельзя было видеть пожилых служа­щих. Случалось это  потому, что служивший в трактире или вообще питейном деле человек, понятно, чаще, выпивал  и,   отравляемый алкоголем, в 45—50-летнем возрасте уже делался  нетрудоспособен, тогда как в других профессиях человек в этом возрасте еще вполне мог работать. Условия труда в питейных заведениях, однако, не были более тяжелы, чем в других областях пролетарского труда.

 

5. Вред умеренного потребления спиртных напитков.

 

Не надо думать, что все сказанное о вредоносном действии алко­голя относится только к тем случаям, когда много пьют, и что все пагубные   последствия   алкоголизма несут только   те   люди,   которые  злоупотребляют спиртными напитками (пьянствуют). Ведь люди пьют по-разному:  одни пьют очень  редко и мало, допьяна не напиваются, другие—хотя и «редко,   но   метко».   Как только дорвутся  до алко­голя, так уж напиваются тогда до полного бесчувствия — «вдребезги». Третьи хвалятся, что они пьют «умеренно», то есть по несколько рюмок, но зато уже  ни один день у них не проходит  без  алкоголя.  Они выпивают обычно пред обедом и ужином.   Четвертые,  наконец,  пьянствуют:  они напиваются ежедневно.   Если   нет   денег, то они всеми путями   промышляют чтобы    достать   их   на выпивку, так  как без алкоголя и опьянения они уже не могут обходиться.

Алкоголь есть яд, и, как яд, он всегда приносит вред и опасность организму, в каком бы количестве его ни принимали.

Правда, единичное и случайное опьянение проходит, обычно не оставляя последствий. Яд удаляется из организма, и те повреждения, которые он нанес, организмом залечиваются. Но и единичное отравление алкоголем может дать иногда тяжелые последствия: например, при болезни внут­ренних органов может наступить резкое ухудшение болезни, даже внезапная смерть (паралич сердца): при наклонности к мозговому удару на­ступает  паралич или смерть от кровоизлияния в мозг; при психической   неустойчивости может появиться опасное   состояние сильного возбуждения и бессмысленного буйства. Опьяневший находится тогда в состоянии полного беспамятства и не понимает своих поступков.

Например:

Гражданин Н., 22 л., агент по распространению печати, находится в 1-й  Московской Городской Психиатрической больнице на принудительном лечении.  Обвинялся в покушении на убийство матери. Был признан судом, согласно заключения психиатрической экспертизы, действовавшим в состоянии невме­няемости, поэтому от наказания освобожден и помещен в нашу больницу на принудительное лечение. Имеет алкогольную наследственность: пил отец, пьет  мать. Сам он пробовал раньше (с 17-летнего возраста) несколько раз выпивать, но каждый раз после выпивки он решал больше не пить, так как алкоголь  действовал на него очень скверно: он делался чрезвычайно возбужденным, плохо  понимал и помнил, что говорил и делал. В последние 3 года совсем не пил.  Летом 1925 г. соблазнился, выпил с товарищами несколько рюмок виноградного  вина, мать что-то ему сказала, он вскочил и... дальше ничего не помнит, что с  ним было. А было то, что он схватил со стены ружье и выстрелил в мать, которую ранил (мать выздоровела). При чем так неловко стрелял, что тем же выстрелом ранил и себя в голову, так что больному делали операцию. Больной  пришел в сознание только в больнице, куда доставили его и мать после ранений. 

Или другой случай:

Гражд. Б., 26 л., столяр. Поступает в больницу в 1-й. раз

15 февраля выпил меньше   бутылки,   сильно  опьянел,    избил  и  искусал жену, кинулся головой в окно, прошиб две рамы  и   голый  выбросился и упал в снег. В этот же день был доставлен в 1 Гор. Псих. б-цу. В отделении кричит, бросается на персонал, сознание спутано; на спине, на руках, на голове и на груди—порезы (от битья стекол). через несколько ча­сов пришел в себя и уснул. проспавшись, ничего не помнил, что с ним было. на другой день выписан из больницы в ясном сознании.

У всех пьющих людей — у одних раньше, у других позднее, в за­висимости от того, кто как пил и как жил — наступают болезненные изменения органов от алкоголя. Ведь всякое количество алкоголя есть отрава для организма[11]).

Существует, однако, мнение, что в случаях умеренного потребле­ния алкоголь будто бы вреда не приносит. Это мнение является самым распространенным и опасным народным заблуждением об алкоголе. «Послушайте, доктор, — говорят сторонники умеренного потреб­ления спиртных напитков, — если потреблять в пищу сверх меры хлеб, мясо и т. д., то это тоже будет вредно для организма, вообще во всем нужна умеренность. Поэтому и умеренное потребление спиртных на­питков не может быть вредным, а, напротив, при усталости, отсутствии аппетита и т. д. оно и полезно: сейчас же делаешься и бодрым, и аппетит становится лучше... Неумеренное же потребление алкоголя, как и вообще всякое излишество, мы согласны, безусловно вредно для че­ловека». Ясно, что тут две вещи разные, потому что хлеб, мясо и пр. продукты — питательные и нужные для человека вещества, из которых он строит свое тело и получает необходимую для него энер­гию, тогда как алкоголь не только не питает человека и не нужен ему, но он является отравой, истощающей человека.

Если человек излишествует в еде, то это вредно потому, что орга­нам пищеварения и кровообращения дается тогда излишняя и изнуряю­щая эти органы работа, тогда как в обычном количестве питательные продукты необходимы человеку. Но если человек пьет спиртные  на­питки, — излишествуя или умеренно,—то это всегда в большей или мень­шей степени отравляет человека и отнимает у него силы. Было бы не­лепо говорить: так как человек должен есть вмеру, то он поэтому мо­жет умеренно принимать и карболовую кислоту, сулему, песок и т. д. Разница между людьми, злоупотребляющими спиртными напит­ками и умеренно пьющими, заключается в том, что умеренно пьющие более   медленно  и  постепенно,  а  потому  незаметно   для  себя   повреждают свои организм, а неумеренно  пьющие  делают это  быстро, а потому в большинстве случаев и заметно для наблюдательных людей. Правда, умеренно пьющие люди по внешнему виду могут иногда казаться со­вершенно здоровыми. Но стоит им заболеть какой-нибудь случайной, даже серьезной  болезнью, получить ранение, перелом и т. д. — как скажется тогда несостоятельность организма, подорванного хотя бы и умеренным потреблением алкоголя. То, что другой, непьющий, переносит легко и без осложнений, у пьющего человека протекает обычно тяжелее; например, заживление ран совершается у него более вяло. Этот закон нам, врачам, всегда был известен. Но ряд лет, проведенных нашей страной в войнах и болезнях, убедил в этом и не врачей. Мил­лионы людей побывали в госпиталях и больницах, они испытали сами и нагляделись на болезни и страдания других. Более наблюдательные из них сумели подметить,  кто и как переносит болезни и ранения; поэтому мне,  например,  после лекций,  неоднократно  приходилось   встречать со стороны слушателей подтверждение тому, что потребление  в прошлом спиртных напитков, хотя бы и умеренное, отягощает и  осложняет течение болезней.   Рассказывались  красноречивые и бес-  спорные случаи из собственного опыта или из опыта других — соседей  по палате, товарищей по несчастью. В отношении умеренного потреб­ления спиртных напитков особенно применимо выражение: «человек первую половину жизни живет для того, чтобы испортить вторую». Когда наступает у умеренно пьющих людей вторая половина жизни,  то они начинают, обычно, чувствовать те или другие болезненные явления, которые являются результатом хотя бы и умеренного потребле­ния спиртных напитков, например: ослабление умственной энергии,  одышка, сердечные припадки, бессонница, головные боли и т. д.

Они   объясняют  их  простудой,   неприятностями,   переутомлением и прочими случайными причинами, совершенно не подозревая их истинную причину—алкоголь. Эти болезненные явления зависят  от изменений мозга,  сердца,  кровеносных  сосудов,  печени  и  пр.,  которые наступили в результате «умеренных» приемов алкоголя. При вскрытии   трупов   лиц,   при   жизни умеренно   пивших, находят все обычные при алкоголе изменения в органах. Умеренное потребление  спиртных напитков сокращает жизнь человека. Английские страховые  общества знают, что из каждых  100, застраховавших у них жизнь трезвенников,   до   65   лет  доживают 60,  а умеренно пьющих—45. Трезвенникам, застраховавшим у них свою жизнь, они делают скидку с ежегодных страховых взносов, коммерчески рассчитывая, что трезвен­ники проживут дольше, следовательно, и долго будут делать взносы,  страховое общество в убытке не  останется.  Жизнь лиц,   злоупотребляющих спиртными напитками,  эти   общества на страх совсем  не принимают.

Опыты над животными тоже подтверждают губительное действие  умеренных доз алкоголя на жизнь и здоровье животных. Лянтинен давал кроликам в течение 4-х мес. ежедневно небольшое количество алкоголя (соответствует 1—2 рюмкам водки для взрослого человека). Потом он их заражал сибирской язвой, туберкулезом. Они умирали от этих болезней в гораздо большем количестве, чем те кролики, которые алкоголя не получали.

Опасность умеренного потребления  спиртных напитков заклю­чается еще в том, что из умеренно пьющих вырабатываются нередко пьяницы. Пьющий человек сначала как будто и умеренно пьет, а потом постепенно, с незаметными переходами, может «втянуться» в спиртные напитки и сделаться алкоголиком. Такова обычная история алкоголи­ков. Конечно, не всякий пьющий человек есть алкоголик. Алкоголиком мы называем такого человека, для которого спиртные напитки стали потребностью. Он может пить и немного, но если он испытывает к спиртным напиткам непреодолимое влечение, если он без них тоскует и подавлен, если без возбуждения алкоголем он неспособен к работе, а под влиянием приемов алкоголя получает возбуждение и кажущийся прилив сил, то он болен, он — алкоголик. Эта болезнь не приходит сразу, а легко приобретается, особенно при алкогольной наследствен­ности и психическом предрасположении, из случайных, хотя бы и умеренных, выпивок. Она часто выражается в форме запоя. У за­пойного наступают по временам приступы беспробудного пьянства. Эти приступы продолжаются от нескольких дней до нескольких не­дель. Запойный бросает тогда работу, нередко все пропивает с себя, теряет человеческий образ от синяков, отеков и т. д.

 

6. Вред так называемых слабых напитков.

 

Не надо думать также, что вред от алкоголя получается только в тех случаях, когда пьют крепкие напитки (водку,  коньяк и пр.). Так называемые слабые напитки, то есть содержащие алкоголь в мень­шем проценте (наливки — 20% и больше, виноградные вина—от 10 до 16%, пиво — от 3 до 5% и пр.), хотя соответственно и в меньшей степени, но   по   существу  также   отравляют  пьющего  человека,  ибо   содержат   тот же яд. «Ядовито действующим веществом—убийцей души. и тела—есть и остается спирт, будет ли он сильно разведенным в виде водки или слабо разведенным в виде пива и виноградного вина», — говорит знаменитый борец против алкоголя профессор  Форель.  А так как люди пьют для того, чтобы почувствовать опьянение, то слабые  напитки  выпиваются обычно в большом количестве,  почему в конце концов   причиняется не меньший вред здоровью. 8—10 бут. пива содержат в себе столько чистого спирта (100%-го), сколько  имеется его в 2-х—3-х  бут. вино­градного вина (смотря по крепости вина) или   1 бут. водки; у нас не­редко выпивают в компании  по полдюжине и  больше бутылок  пива на одного, не подозревая того, что этим самым каждым выпивается количество спирта, равнозначное почти бутылке водки. Виноградное вино пьют обычно стаканами, то естьтоже поглощают в «слабом» напитке большое количество спирта. Но если виноградное вино или пивовыпиваются иногда как будто и не в больших количествах, то, все равно, они вредят здоровью и сокращают жизнь человека. Они действуют  в данном   случае, как умеренное потребление алкоголя, пагубное значение которого мы только что разобрали.

Надо принять во внимание и то обстоятельство, что в виноградных винах, кроме алкоголя, имеются еще и другие вещества, отчего зависит своеобразный вкус и запах этих напитков (кислоты, эфиры, глицерин и пр.). Эти вещества являются нередко тоже вредными для организма и усиливают, следовательно, ядовитость вина. В продаже натурального виноградного вина почти никогда не бывает, так как в продажное вино прибавляют для цвета, вкуса и запаха всевозможные примеси, а чаще всего выпускают поддельное, фальсифицированное вино[12]). Иногда фальсификация «производится посредством таких химических продуктов, самое небольшое количество которых способно убить наповал животных» (Д-р Капель, «Алкоголизм и борьба с ним»). Все дешевые виноградные вина поддельны и особенно вредны, так как представляют собою грубую смесь из спирта, краски, глицерина, танина, эссенций и т. д. Все это подслащивается сахаром или патокой. В пиве, кроме алкоголя и угольной кислоты (газ), имеются еще белки и жиры, при чем количество их так ничтожно мало, что о питательности их не приходится говорить. Пиво также фальсифицируют, прибавляя для цвета, вкуса и сохранения всевозможные ядовитые вещества: стрихнин, белену, глицерин, борную и салициловую кислоту, поташ, краски и т. д. Так как пиво пьют всегда в большом количестве, по не­сколько бутылок, то сердцу задается чрезмерная работа — перегнать всю эту жидкость, да к тому же еще и ядовитую, по кровеносным со­судам организма, почему от пива особенно страдает сердце. В медицине существует специальное название: «пивное сердце», которое проросло жиром, увеличено, дрябло и слабо.

Вино и пиво опасны еще и потому, что они постепенно, неза­метно, с переходами вовлекают в потребление крепких напитков, а потом и в пьянство.

7. Самогонный яд.

Самогонный яд является еще более сильным и жестоким ядом, чем обычно употребляющиеся спиртные напитки (водка, наливки, вино, пиво). Полученная домашним способом, спиртовая жидкость не под­вергается должной очистке, что делается на винокуренных за­водах при получении этилового спирта, который поступает на изго­товление употребляемых спиртных напитков. Поэтому самогонка содержит, кроме обычного этилового спирта, большой процент чрезвычайно ядовитого сивушного масла, в состав которого входят: глицерин, янтарная кислота и некоторые так называемые тяжелые спирты, в несколько раз более ядовитые, чем этиловый спирт. От действия сивушного масла быстрее наступает оглушение и паралич нервной и душевной деятельности. Все то, что говорилось о действии алкоголя на пьющего человека, относится, следовательно, и к самогонке, с той только оговоркой, что при потреблении самогонки мозг и все органы человека поражаются значительно быстрее и в более тяжелой степени, так как здесь к обычному действию этилового или винного спирта присоединяется еще   отравление  сивушным   маслом,   содержащимся в самогонке от 2-х и- больше процентов. Похмелье от самогон­ного опьянения бывает особенно тяжело: мучительная головная боль,
отвратительное настроение, упадок сил, боль в желудке и т. д. Для
смертельного отравления самогонкой ее требуется меньше, чем водки,
так как спирты сивушного масла, как уже говорилось, в 2—4—8—16-32 и более раз ядовитее, чем винный спирт, из которого приго­товляют водки и др. спиртные напитки. Поэтому понятно, что очень
нередко бывают смертельные случаи от острого отравления самогон­кой, когда её много выпивают. Самогонщик ловит в свои сети, глав­ным образом, рабочее и крестьянское население. Если принять во
внимание, что предшествовавшие годы войны и голода истощили
и подорвали силы населения, не успевшие еще в достаточной степени
восстановиться, то станет ясно, какие глубокие разрушения наносит
самогон организму, и какие грозные опасности для здоровья трудя­щихся масс несет он с собою. Тов. Н. А. Семашко сообщает, напри­
мер, в своем докладе в Центральном Доме Рабпроса (13 янв. 1926 г.),
что некоторые кустарные промыслы в деревне в настоящее время
совершенно вымерли, так как дрожащие пальцы кустарей, отравлен­ных самогонным ядом, не в состоянии теперь выполнять тонкую работу.
Самогонку в таком широком размере пьют сравнительно не­давно. Поэтому наука еще не успела подробно изучить ее губительное
действие на народ (в массовом отношении), но во всяком случае надо
ожидать, что к нам, врачам, скоро хлынут за помощью сплошные
ряды изувеченных этим жестоким ядом.

8. Другие суррогаты водки.

О действии всех иных суррогатов водки — одеколона, политуры, древесного спирта, денатурированного спирта и т. д.—распространяться не приходится, так как их быстрое и тяжелое отравляющее действие всем известно. Печальный опыт, проделанный после запрещения про­дажи спиртных напитков людьми,   искавшими   опьянения в сурро­гатах, показал, что суррогатные напитки очень скоро вызывают тя­желые, подчас непоправимые расстройства в организме (потеря зрения, судорожные припадки, душевные заболевания и пр.) и быстро приводят к смерти, как результату отравления. Правда, прежде, чем пить эти суррогаты, люди стали их потом «очищать» разными спосо­бы  в особенности много «трудились» над  денатуратом, политурой, получая «ханжу», «дымок»        и т. д., но от «очистки» они делались только с виду чище, а отравляющее их действие оставалось, конечно, таким же как и до «очистки».

После закрытия  «монопольки» всем неоднократно приходилось читать или слышать   а нам, врачам, еще более наблюдать и лечить случаи массового отравления суррогатами алкоголя. Отравлялись и умирали на свадьбах, пирушках и вечеринках по несколько десятков человек сразу. На рождество, пасху, масленицу и прочие празднества в больницы массами привозили отравленных теми же суррогатами. Отравляясь «ханжой», умирали при праздновании радостной встречи в семье, при всевозможных «вспрысках», на именинах и т. д.  и т. д.

9. Влияние алкоголя на потомство.

Яд алкоголя пагубно действует не только на того, кто пьет, но и на того, кто рождается от пьющего. Еще незачатый, он уже обре­чен нести на себе печать алкогольной отравы, потому что алкоголь отравляет в организме человека и те его клетки, из которых должен будет начать свою жизнь новый человек. Ведь все живые существа, населяющие землю, происходят от живых же, себе подобных существ, которые, размножаясь, оставляют после себя поколения. Простейшие существа размножаются бесполым путем (напр., делением), сложные половым путем, а именно: организмом животных и растений выраба­тываются мужские и женские зародышевые клетки, от слияния кото­рых и происходит оплодотворение и начало новой жизни.

В числе бесчисленных клеток человеческого тела, объединенных в ткани с различными функциями и заданиями (нервная ткань, мы­шечная ткань и пр.), также имеются клетки, которые вырабатываются в половых железах и предназначаются для размножения человека. С на­ступлением половой  зрелости   у женщин  вырабатываются яйцевые клетки, у мужчины—семенные клетки. От соединения и слияния этих (яйцевой  и семенной) клеток после полового общения и происходит оплодотворение,   т.-е.    совершается   зарождение    нового   человека, который в первые моменты своего существования  представляет микроскопический комочек живой слизи. Из этого комочка живой слизи или белкового вещества   и развивается человеческий плод.

Алкоголь, проникая во все тайники человеческого тела и пора­жая все его клетки, не освобождает от своего губительного влияния и эти зародышевые клетки человека, отравляет и ослабляет им деятельность. Как из семени ржи под влиянием алкоголя развивается росток хилый (см. рис. 7), так и из семени человека, отра­вленного алкоголем, развивается хилый и нездоровый плод, которому суждено будет потом, будучи без вины виноватым, болезнями и   страданиями  расплачиваться   за   ошибки родителей.   Следовательно,   алкоголь   является    одной    из   главных   причин   вырождения народа.

Дети пьющих людей родятся слабыми, хилыми, во всяком слу­чае не такими, какими они могли и должны были бы быть, если бы их родители были трезвенники; у пьющих людей они родятся с предрасположением   к   душевным   и   нервным болезням  и  в частности алкоголизму[13]). Алкоголь дает себя чувствовать и знать нескольким поколениям (3-м—4-м), сказываясь в рождении детей, одержимых различными пороками и страданиями.

Мы, врачи, когда приходит к нам больной, или когда при­водят его к нам, прежде всего спрашиваем: «не было ли сифи­лиса у родителей? не было ли алкоголизма у родителей» — по­тому что сифилис и алкоголизм являются главными причинами тяжелых, болезней у потомства. Особенно это имеет значение в происхождении разных душев­ных болезней и ненормальностей. Дети ленивые, возбудимые, капризные, отстающие в уче­нии, слабоумные, глухонемые,

 

уроды, с водянкой головы, при­падочные (с «родимчиками») и т. д., — все они обычно имеют алкоголизм в наследственности. Особенно опасно зачатие в состоянии опьянения. Давно замечено, что рождение больных детей — идиотов, слабоумных и припадочных—обязано зачатием в пьяные дни (возвра­щение рабочих с промыслов, празднества и пр.).

Алкоголь несет рождающимся в жизнь болезни, калечество, смерть и опустошение, унося в могилу около половины рождающихся у алкоголиков детей. Опыты над животными подтверждают тот же закон. Например, кроликам давали ежедневно небольшие для них количества алкоголя, после чего из родившихся у них детенышей умерло 60%; оставшиеся в живых плохо росли и развивались. У кро­ликов, не получавших алкоголь, умерло только 25% их детенышей, а оставшиеся в живых росли вполне нормальными.

10. Отравляющее действие алкоголя на утробного и грудного мла­денца (через мать).

Жизнь человека начинается не с того момента, как он появля­ется на свет, а с момента зачатия. В течение 9 месяцев беременная женщина носит нового человека в своей матке, где он растет и раз­вивается. В момент зачатия он представляет из себя одноклеточное существо, которое можно было бы видеть только под микроскопом, а через 9 месяцев, при своем рождении, он уже имеет около 10—11 вершков длины и 7—8 фунт. веса. Этот рост утробного младенца происходит потому, что мать питает его своею кровью, так как между ним и матерью устанавливается общность кровообращения.  Как растение растет потому, что всасывает своими корнями питательные соки земли, так и человеческий зародыш растет потому, что   берет   питательные  материалы, из которых он строит свое тело, из крови матери. Все то,  что имеется в крови матери полезного    полезно и для готовящегося вступить в мир нового человека, и все то, что есть вредного и ядовитого в крови матери, — яд для него. Он особенно чувствителен к яду — алкоголю. Если алкоголь является сильным ядом для взрослого человека, то, понятно, как особенно губительно действует он на нежные клетки человеческого зародыша и растущего плода. Поэтому не только  кормящая мать, но и женщина, носящая плод, не должна принимать спирт­ного,  так как алкоголь с током ее крови пройдет через тело плода и губи­тельно  подействует  на  развивающийся  и   растущий в ней новый организм.  Благодаря этому,  появившись  на  свет, он может оказаться потом обреченным на болезни и страдания.

Алкоголь   выделяется и в молоке  кормящей матери. Поэтому, если женщина, кормящая грудью, употребляет спиртные напитки, то она  отравляет ими и ребенка, которого она кормит. К сожалению, у некоторых людей существует мнение, что пиво для кормящей жен­щины полезно, так как оно увеличивает количество выделяемого молока. Это заблуждение основано на том, что под влиянием увеличен­ного поступления в организм жидкости действительно может увели­читься количество выделяемого молока, но качество его резко пони­жается, а так как оно содержит еще и алкоголь, то поэтому оно при­обретает и отравляющие свойства. Поэтому женщины не должны слу­шать и исполнять   советы   таких  людей,   а   должны   знать   и    помнить, что употребление кормящими женщинами спиртных напитков, хотя бы и слабых, в частности   пива,  ничего,  кроме вреда  и  опасности,  грудному ребенку не приносит.

 

11. Особенно губительное действие алкоголя на детей и подростков.

 

Особенно жестоко и беспощадно алкоголь отражается на растущем организме. Так, например, если щенятам прибавлять в пищу небольшие количества алкоголя, то они вырастают хилыми и не достигают роста взрослой собаки.

Понятно, что так же губительно алкоголь отражается и на растущем человеческом организме — на детях. Мозг ребенка нахо­дится в состоянии постоянного и быстрого роста, в зависимости от этого и психика ребенка, накопляя опыт и беспрерывно упражняясь, непрестанно развивается.

Алкоголь есть прежде всего яд мозга. Для того чтобы понять действие хотя бы и небольших количеств алкоголя на мозг и ум­ственную деятельность школьника, полезно познакомиться с опытами профессора Крепелина: после приема спиртных напитков, содержащих в растворе около двух столовых ложек чистого спирта, ученики делали гораздо больше ошибок в простых арифметических вычи­слениях, заучивании наизусть и т. д., чем те ученики, которые делали эти задачи без алкоголя. Отравляя мозг ребенка, школьника и под­ростка, алкоголь пагубно действует на развитие их ума, чувств и воли, замедляя или искажая это развитие. Благодаря алкоголю, ребенок может сделаться слабоумным или, вследствие недоразвития морально-правовых понятий, может вырасти вредным и опасным членом обще­ства. Алкоголь отнимает те возможности, которые таятся в подрастаю­щем поколении, и которые дети могли бы проявить в будущем в об­ласти науки и творчества. При употреблении даже незначительных количеств алкоголя дети становятся малокровными, особенно воспри­имчивыми к простуде и заразе, отстают в росте. Тот, кто дает детям алкоголь, делает преступление, так как и наибольшие дозы алкоголя мо­гут иметь для ребенка роковые последствия.

Отравляя мозг молодежи,   алкоголь ослабляет их мысль и волю, задерживает развитие, понижает трудоспособность и успешность в работе и занятиях. Возбуждая и разжигая половые желания, он заста­вляет еще несозревшую молодежь преждевременно начинать половую жизнь, что в свою очередь истощает организм и несет новые опас­ности. Алкоголь толкает молодежь к случайным половым общениям, от которых юноша нередко уносит яд  венерической  заразы:   почти 75% заражений венерическими болезнями происходит под влиянием алкогольного опьянения. И понятно почему: в состоянии опьянения человек делается легкомысленным, способность соображать и воля его ослаблены, он не в состоянии уяснить себе ту опасность, пред кото­рой он стоит и к которой безрассудно идет, он находится во власти желаний, которые в трезвом состоянии он мог бы сдержать и т. д. Подростки  и  юноши  должны  знать и твердо   помнить,  что и ничтожные количества алкоголя, в каком бы виде он ни был принят, в виде ли водки, наливки, вина, пива, не говоря уже о самогонке, губят их ум, таланты и физические силы, которые они обязаны беречь и развивать, потому что подрастающее поколение готовится вступить в жизнь, чтобы завершить дело отцов, и должно иметь для этого ясный ум, твердую волю и крепкое тело.

 

 

 

V.

Общераспространенные народные заблуждения в суждениях об алкоголе.

1.     Неверно, что алкоголь согревает.

 

Как, следовательно, жестоко заблуждаются люди, когда, угощая друг друга, предлагают выпить: «на здоровье!» Не на здоровье, а на разрушение здоровья выпивается каждая рюмка.

Много   всяких   предрассудков   и   пагубных   заблуждений   об алкоголе    существует    в   народе,   сказываясь    в   его    суждениях» о спиртных напитках.   Так,   люди обычно думают,   что   алкоголь согревает   человека.    На   самом   же  деле   происходит  как раз  наоборот.

Под влиянием  принятого алкоголя расширяются   кровеносные сосуды кожи (отчего, например, краснеет лицо выпившего человека), и получается ощущение теплоты от прилива теплой крови из внутрен­них органов. Это ощущение обманывает человека. Точно так же обманывается человек тогда, когда у него в теле 40° жара (напр., во время приступа болотной лихорадки), а он, наоборот, испытывает сильней­ший озноб, когда «зуб на зуб не попадает», потому что у него сужены в это время  поверхностные кровеносные сосуды.  Выпившему человеку только кажется, что его тело согрелось,   а в действительности его тело  еще больше   охлаждается,   потому  что  вследствие  усиленной  теплоотдачи-расширенными кровеносными сосудами кожи происходит остывание прилившейся от внутренних органов горячей крови   Если выпившему человеку поставить градусник, то он покажет, что температура его тела ниже, чем у трезвого человека, несмотря на то, что выпивший чувствует себя теплее. Отсюда понятно, что выпившие люди скорее замерзают, чем трезвые, так как они быстрее охлаждаются. Поэтому известный путешественник и исследователь  Северного   полюса д-р Нансен (которого знает теперь весь русский   народ и как высокогуманного человека за его борьбу с голодом в нашей стране) отправлялся в свои отважные переходы через непроходимые ледники и ледя­ные пустыни без спиртных напитков. Строгому воздержанию от алко­голя он приписывает удачу своих путешествий среди вечных снегов  и полярного холода.

 

2. Неверно, что алкоголь питает.

Иногда слышатся такие голоса: алкоголь полезен, потому что
___ «питательное вещество», «пиво — жидкий хлеб» и т. д. Это со­вершенно неверно, хотя бы потому, что алкоголь, как это уже нами
неоднократно показано, есть яд, а яд не может быть для человека
полезен и питателен.

Всякое питательное вещество, усвоенное организмом, то есть переработанное в кровь, или сгорает в нем, выделяя при этом теплоту и необходимую энергию для производства физической и ум­ственной работы, или служит материалом для ремонта и построе­ния износившихся в работе клеток. Для питания человека необхо­димо, чтобы в той пище, которую он потребляет, находились сле­дующие вещества:

1) белки (образцом которых может служить, например, белок куриного яйца; содержится главным образом в мясе);

2) углеводы (крахмал, сахар и пр.);

3) жиры (например, масло, сало);

4) соли;

5) вода.

Средний суточный паек для взрослого человека (не занятого тяжелой работой) должен состоять из:

118 грамм белка,

56 грамм жира и

500 грамм углеводов[14]).

Углеводы и жиры в главной своей массе сгорают в организме и выделяют тепло и энергию, а белки, вода и соли (отчасти и указан­ные углеводы и жиры) служат для ремонта старых и построения новых клеток тела.

Алкоголь тоже сгорает в организме и выделяет тепло, точно так же, как зажженный в спиртовке алкоголь дает тепло, которым мы можем согреть воду. В обоих случаях горение происходит по существу одинаково: при горении в спиртовке углерод алкоголя соединяется с кислородом окружающего воздуха, а при горении алкоголя в орга­низме он соединяется с кислородом воздуха, который человек вдыхает в себя. В обоих случаях от сгорания алкоголя получается тепло, Которое можно измерить и которое тут и там одинаково. Но выделен­ное в организме от сгорания алкоголя тепло остается совершенно неиспользованным для человека, да и не может быть использовано, так как при этом расширяются поверхностные (кожные) кровеносные сосуды, отчего происходит усиленная и совершенно непроизводительная для организма теплоотдача, на что нами уже было указано. В результате организм расходует гораздо больше тепла, чем он получил от алкоголя.

Поэтому согревать тело нужно не алкоголем, а жирами и углеводами. Один обыкновенный кусок сахара при сгорании дает больше тепла, чем одна рюмка 40° водки, при чем это тепло от сгорания сахара используется организмом в полной мере, тогда как тепло от сгорания водки для организма совершенно пропадает.

Точно так же алкоголь не может служить материалом для построения клеток  организма, так как он, во-1-х, почти весь "сгорает в крови, а во-2-х, в  нем и  нет  тех питательных веществ,  которые необходимы организму (белков, солей, жиров и проч.).

Так,   общеупотребительные   пищевые    продукты    содержат   в  каждых 400 граммах (1 фунт равен 409,5 гр.) питательные вещества в следующем количестве (в граммах):

 

 

Белки.

Жиры.

Углеводы.

Соли.

Нежирное бычачье мясо

84,0

20,0

-

4,0

Баранина.

68,0

24,0

-

8,0

Свинина

64,0

152,0

-

4,0

Молоко (цельное)

16,0

16,0

16,0

4,0

Масло сливочное

4,0

332,0

4,0

4,0

Сахар.

-

-

400,0

-

Ржаной хлеб.

29,0

2,0

210,0

4,5

Пшеничный хлеб

30,0

35,0

200,0

4,0

Картофель.

7,0

0,4

72,0

3,2

Спирт.

0

0

0

0

 (Недостающее до 400 грамм количество в каждом из перечис­ленных пищевых продуктов составляет воду в этом продукте).

Следовательно, спирт не содержит ни одного из питательных веществ.

Поэтому алкоголь питательным и полезным для человека продуктом ни в коем случае считаться не может, а должен оставаться с своей вполне заслуженной репутацией вредного и ядовитого вещества.

Правда, в наливках и виноградных винах содержится примесь питательного вещества — сахара, который искусственно вводится в вина и наливки для вкуса. Но это количество сахара так мало, что ни о каком питательном его значении говорить не приходится.

Что касается пива, то, по замечанию немецкого химика Либиха, в одной горсти муки больше питательных веществ, чем в 8 кружках самого лучшего пива (см. рис. 8). Но значение и этих ничтожных количеств питательного материала, как в виноградных винах и наливках, так, и в пиве, совершенно пропадает под влиянием отравляющего действия содержащегося в них спирта. Для того чтобы получить, на­пример, в пиве по­требное для рабочего человека суточное ко­личество энергии, он должен был бы выпи­вать ежедневно около одного ведра пива. Это значит, что если бы он и мог выпивать такое количество жид­кости, то он должен был бы одновременно поглощать в пиве еже­дневно около 2-х бу­тылок

 

40° водки, то есть вместо того, чтобы работать, он был бы ежедневно мертвецки пьян и быстрыми  шагами шел бы к болезни и гибели.

Поэтому совершенно правильно говорят немецкие рабочие-трезвенники, что пиво есть действительно жидкий хлеб, но только для пивоваров-заводчиков.

3. Неверно, что алкоголь прибавляет силы.

Народ часто думает, что алкоголь полезен потому, что от него человек чувствует себя крепче, аппетит становится лучше и т. д. Это мнение также ошибочно, ибо алкоголь не только не увеличивает силы человека, а, напротив, подрывает их. Силы увеличиваются от приема питательных веществ, алкоголь же не питает, а отравляет. Правда, Раздражая  слизистую   оболочку желудка, он искусственно возбуж­дает аппетит и повышает   выделение желудочного  сока, но в то же время он понижает его пищеварительную силу. Человек за выпивкой, может быть, и больше съест, но его желудок переварит меньше. Опья­няя человека, алкоголь создает у него повышенное настроение, улуч­шенное   самочувствие  и  притупляет  чувство  усталости;  поэтому у выпившего человека получается впечатление как будто прилива сил и бодрости. Выпившему  человеку   только   нажется,  что   он   стал   крепче. Это впечатление есть самообман, вызванный отравлением мозга. Есть такие формы душевных заболеваний, когда больной находится в со­стоянии возбуждения,  чувствует   необычный прилив и подъем собственных сил и энергии, когда он совершенно искренно считает и на­зывает себя особым силачем, великим и богатым человеком и т. д., тогда как на самом деле он слаб, истощен болезнью и не богат и не знатен. В беседе с врачом он дарит врачу миллионы золота из своих несметных богатств и в то же время просит у соседа одолжить ему докурить его окурок. Разубедить такого  больного и доказать ему, что его сила и богатство не соответствуют действительности, — невоз­можно:   больной   не   может   понять   своего  истинного  положения. Такое состояние происходит от нарушения деятельности мозга. Оно проходит тогда, когда больной выздоравливает. То же самое по существу, только в меньшем размере, происходит и с опьяневшим: он возбужден, самочувствие его повышено,  он чувствует прилив сил, ему кажется, что он стал сильнее, крепче. Он восхваляет за это алко­голь и не в состоянии понять, что появившаяся бодрость — мнимая, ложная, не соответствует действительности и происходит от наруше­ния деятельности  мозга, отравленного  алкоголем.  Поэтому наука считает, что опьянение есть острое душевное заболевание, а вытрезвление есть выздоровление от этого заболевания[15]).

Если, например, под влиянием алкоголя у человека получается  ощущение легкости физического труда, то это происходит потому, что у выпившего человека ослаблена критика, и он теряет способность правильно судить о тяжести производимого им труда. Но у выпившего человека, кроме ослабления критики и соображения, притупляется и  чувствительность.

Например,  боль от какого-нибудь раздражителя,  пьяный чувствует гораздо слабее, чем трезвый: пьяный может не заметить получен­ный им ожог; пьяные в драке подчас жестоко полосуют друг друга, однако, получаемые удары воспринимают тупо и слабо и т. д. По этой же причине, уставший человек после того, как выпьет алкоголя, пе­рестает замечать собственную усталость, почему ему тогда и кажется, что он отдохнул и стал сильнее. Понятно, что это происходит не оттого, что восстановились силы и прошла усталость, а оттого, что под влия­нием опьянения притупилось чувство этой усталости. Алкоголь, следовательно, и здесь обманывает выпившего человека и только произ­водит на него впечатление как будто укрепляющего средства.

Поэтому самочувствию выпившего   человека  доверять   вообще  нельзя, так как мозг его отравлен и чувствования искажаются.

Надо доверять не самочувствию опьяневшего человека, а дан­ным беспристрастного научного исследования, которые показывают, что алкоголь делает тело человека слабее силами, чем оно было до приема алкоголя. Правда, под влиянием небольших доз алкоголя мышцы вна­чале становятся несколько сильнее, но это происходит не потому, что алкоголь прибавил силы, а потому, что под влиянием раздражения мышцы как бы напрягаются и расходуют свои запасные силы. Это уве­личение силы продолжается очень недолго и быстро сменяется пониже­нием силы. Мышцы становятся потом слабее, чем они были до приема спиртного напитка. Так, например, из опытов доктора Фрея извест­но что  человек, поднимавший при нормальных условиях 14,5 фунт, на определенную высоту, после приема 1,5 стаканов пива уже не мог поднять это количество груза на ту же высоту. То же самое ослабляющее   влияние   алкоголя на  мышечную  силу   было   доказано   д-ром Фреем на опытах с эргографом Моссо (разъяснение и подробности этого опыта см. на рис. 9 и 10). Да и каждый может убедиться в этом на собственном опыте: надо поднять ему в трезвом состоянии какой-либо груз и заметить, на какую   высоту   он   был поднят;   потом  поднять тот же груз спустя 25 — 30 минут   после   выпивки, даже небольшой — 2 ста­кана   пива   или   1,5 — 2 рюмки   водки — и   заме­тить, на какую  высоту теперь он поднят. Тогда он и убедится, что под влиянием алкоголя сила его   уменьшилась,   так как во второй раз (после приема  алкоголя)  груз будет поднят им на мень­шую высоту. Чтобы под­нять на прежнюю высо­ту, надо будет груз взять

 

теперь полегче. Опыты над животными подтверждают то же ослабляю­щее влияние алкоголя. Например, Шово давал собаке сахар и мясо, собака выполняла   при  этом   определенную  работу — пробегала в клетке-барабане  24  километра (около  22 верст)  ежедневно и,  несмотря  на это, все-таки  прибавляла  в весе.  Когда часть даваемого собаке сахара он заменял соответствующим количеством спирта (давал всего 3 столовых ложки в день), то его собака, во-1-х, стала убывать в весе, а, во-2-х, уже  не справлялась  с той работой, которую она раньше выполняла, силы ее убавились: вместо 24-х километров она пробегала только 18 километров.

Таким образом,   алкоголь не только не прибавляет силы,   но
отнимает их. Происходит это потому, что алкоголь, сгорая совершенно
бесполезно в организме, извлекает в то же время из тканей кислород,
необходимый для горения, почему сгорание полезных для организма
веществ (углеводов), отчего получается энергия, соответственно уменьшается.  Кроме  того, алкоголь, как ядовитое вещество,   угнетающе
действует на деятельность красных кровяных шариков, поглощающих
кислород для организма, почему  доставка   кислорода    в   организм
  вообще уменьшается, и тем самым задерживается и подавляется общая деятельность организма.

Поэтому, если человек после приема небольших количеств алкоголя чувствует и проявляет себя сначала как будто  бодрее и силь­нее, то  это происходит  от раздражения алкоголем и недолго   про­должается. Вместо подъема сил у выпившего скоро наступает упадок сил (хотя бы он больше и ни одной  капли     не     выпил).  Ведь,   если   лошадь,  которая от усталости  не берет воз, настегать  кнутом, то она, возбужденная от болево­го   раздражения, на­пряжет остаток своих сил   и,   быть   может, стронет воз, после чего усталость и

 

истощение  сил   наступят у ней   в   еще   большей мере.   Ведь никто не скажет, что кнут прибавил   силы  лошади, и что  кнут ее питает. Питают ее сено и овес. Алкоголь является своего рода кнутом для уставшего человека, под ударами которого он безрассудно расходует свои запасные силы.

Опытные путешественники по  горам давно изгнали из своих запасов все спиртные напитки и берут с собою только питательные продукты и фруктовые воды. Молодежь, занимающаяся физической  культурой, должна обратить   на это   внимание.   Успешно трениро­ваться и работать можно только тогда, когда человек хорошо питается когда он не истощает свои силы излишествами и не ослабляет их вред­ностями, в том числе и ядом — алкоголем.

4. Прочие ошибочные возражения против вреда алкоголя, которые наи­более часто встречаются.

Говорят, например, так: «Спирт приготовляется из хлеба (крах­мала) и сахара, т.-е. из питательных веществ. Поэтому он и сам должен быть питательным и ни в коем случае не может быть ядовитым». Но ведь из хлеба и сахара яд получается потому, что под влиянием микробов-дрожжей происходит такой особый химический процесс (брожение), когда эти продукты разлагаются и превращаются в совершенно новое вещество — алкоголь с совершенно новыми свойствами, в данном случае ядовитыми. Питательности в нем уже никакой нет и не может быть, потому что от хлеба и сахара ничего не осталось, все

певратилось в спирт, питательность которого, как уже нами разо­брано равна нулю. На самом деле: например, из 1 пуда ржи, в кото­ром содержится:

белков ………………………....... …..4,0 ф.

жиров…………………………     .      0,6 ф.

крахмала    ..................................       30,0 ф.

солей……………………………..        0,5 ф.

воды        ........................................... 4,9 ф.

получается на винокуренном заводе после   очистки   приблизительно
8 бутылок чистого 100% винного спирта, в которых содержится:
       белков…………………………………..0

жиров…………………………………..0

крахмала……………………………....0

солей …………………………………..0

воды…………………………………....0

Так как в спирт при брожении превращается только крахмал ржи, то получившиеся от брожения остатки питательных веществ ржи, которые не участвовали в брожении (белки, жиры, соли), находятся в барде. Она идет на корм скоту. То же самое превращение питатель­ного крахмала ржи в бесполезный и ядовитый спирт мы имеем и на «заводе» самогонщика с тою только разницей, что он, во-1-х, по­лучает еще более ядовитую жидкость с большей примесью сивушного масла, и, во-2-х, на получение того же количества спирта у него идет больше ржи, чем на винокуренном заводе; так как он работает кустарно.

Это не есть какое-либо исключительное явление. Ведь обычное мясо есть тоже питательный продукт, но если его оставить в теплом месте, то оно, как известно, разлагается и делается ядовитым и не­годным для потребления. Как уже ранее говорилось нами, по суще­ству здесь происходит такой же процесс: под влиянием особых гни­лостных микробов происходит гниение, и мясо тоже разлагается и превращается в новые вещества с новыми (ядовитыми) свойствами. Поэтому бывают, например, отравления колбасой, хотя колбаса и питательна.

В доказательство того, что алкоголь полезен, люди, которым это очень хочется доказать, ссылаются на то, что и врачи прописы­вают больным вино. Но ведь почти все лекарства суть яды, прописы­вается врачами временно и в незначительной дозе при болезни, когда это необходимо, чтобы спасти жизнь человека или облегчить его стра­дания, но из этого не следует, что эти яды необходимы и полезны здоровому человеку, для которого они всегда, как и спирт, не нужны, вредны и опасны. Например, камфора при угрожающем ослаблении сердечной Деятельности может спасти больного человека.   Но ведь  ни один здоровый человек не станет принимать камфору, основываясь на том, что она   дается   больным   и, следовательно, полезна.   Вино по назначению врачей больные всегда принимают, как лекарство,   в небольших количествах: по чайной или столовой ложке и под контро­лем врача. Но ведь вино пьют тогда, когда это совсем человеку не нужно, при чем никто из пьющих вино, конечно, по чайной или столовой ложке его не пьет: пьют рюмками и стаканами, выпивая, обычно, сравнительно большие количества. Тут уже ни о какой пользе вина и речи быть не может. Если, например, столовая ложка какой-нибудь микстуры необходима и полезна больному человеку, то бутылка этой микстуры, выпитая в один раз, уже опасна для больного человека, она вызывает тяжелое отравление, которое может окончиться и смер­тельным исходом. Надо сказать, что есть много врачей, которые ни­когда не дают больным алкоголь, да и вообще врачи в последнее время приходят к убеждению, что алкоголь не надо прописывать, так как его с успехом можно заменить другими средствами.

Начало потребления спиртных напитков уходит в глубь времен,  за несколько тысячелетий до нашего периода. Поэтому приходится слышать иногда такого рода рассуждения: «Если алкоголь есть жестокий яд, если он ведет население к вырождению, если он делает свое злое дело из рода в род, в течение тысячелетий, то почему же не наступает это вырождение? Напротив, человечество все время идет по пути прогресса, и с каждым годом обогащаются завоевания человеческого ума, делая легче и приятнее жизнь человека. Следовательно, врачи преувеличивают, когда говорят,  что  алкоголь  ведет к выро­ждению». Но ведь дело в том, что раньше пили, как уже об этом гово­рилось, только знатные и богатые люди, которые уже давно попла­тились за это вырождением своего рода. Широкие же массы народа до XV столетия были почти совершенно свободны от алкоголя, так как он был для них, во-1-х, недоступен, а,  во-2-х, им и запрещалось] пить. Следовательно, народ сохранил в себе источник умственных и физических сил. Особенно губительная работа алкоголя стала обрушиваться на весь народ только в последние столетия. Поэтому результаты общего вырождения еще не успели сказаться в полной мере.  Но во всяком случае с несомненностью можно утверждать, что народы успели значительно пострадать от спиртных напитков, и если бы они в прошлом были трезвы, то человечество могло бы быть сильнее телом и крепче духом, и, может быть, еще более мощные завоева­ния человеческого  ума   были   бы   теперь   доступны   человечеству. Конечно, в деле ослабления физического и умственного состояния народов имели громадное значение общие невзгоды народной жизни: нищета, болезни, тяжелый труд и т. д., но и алкоголю принадлежит в этом грустном деле одно из первых мест.

Наконец, и так рассуждают: «Если алкоголь разрушает умствен­ные способности человека, то почему же бывает, что пьяницы окачи­ваются самыми способными и самыми талантливыми людьми? Бывает например, что лучшие мастера загуливают, и без них никто другой бы и трезвый, работу выполнить не может. Или известно, например, что некоторые наши большие художники и писатели сильно пили. Если бы алкоголь был такой сильный яд для мозга, то тогда и способные и талантливые люди не проявили бы себя.

Однако, погулял человек, протрезвился, и опять у него работа закипела. Значит алкоголь—рассуждают они — на мозг не действует, ум и способности пьющего не разрушает. Это все доктора выдумывают или  преувеличивают».

Дело в том, что талантливые люди родятся с своими талантами и способностями. Приобрести их нельзя, их можно только развить работой и здоровой жизнью, но можно и погубить — бездельем и нездоровой жизнью. Гибнут таланты и от пьянства. Так и говорят: «пропил талант», «сбился с круга» и т. д. Если человек пьет и в то же время проявляет свой талант, то это значит, что талант у него так велик, что и алкоголь не может заглушить его вполне. Но если бы он не пил, то, конечно, он еще больше и еще лучше проявил бы  себя.

Несчастье для них и несчастье для страны, которая теряет эти таланты, — их страсть к спиртным напиткам. Наша страна много талан­тов потеряла от алкоголя. Недавно например, погиб у нас так пре­ждевременно и так печально поэт Есенин. В его поэтическом творче­стве получился разлад с  действительностью, он запил  и так  писал про себя:

«И я склонился над стаканом:

Чтоб, не страдая ни о ком,

Себя сгубить в угаре пьяном...»     

 Л. Н. Толстой в своем произведении «Для   чего   люди   одур­маниваются» пишет: «но отчего же люди не пьющие и  не курящие находятся на умственном и  нравственном уровне несравненно низ­шем против людей пьющих и курящих? И  почему люди пьющие и курящие часто проявляют самые высокие и умственные и душевные качества?

Ответ на это, во-первых, тот, что мы не знаем той степени высоты, до которой достигли бы люди пьющие и курящие, если бы не пили и не курили. Из того же, что люди духовно-сильные, подвергаясь прини­жающему действию одурманивающих веществ, все-таки произвели великие вещи, мы можем заключить только то, что они произвели бы еще большие, если бы они не одурманивались.

Очень вероятно, как мне говорил один мой знакомый, что книги Канта не были бы написаны таким странным и дурным языком, если бы он не курил так много.

Во-вторых же, надо не забывать то, что чем ниже умственно и нравственно человек, тем менее он чувствует разлад между сознанием и жизнью, и потому тем менее он испытывает потребность одурманивания, и что потому так часто и бывает то, что самые чуткие натуры— которые болезненно чувствуют разлад жизни и совести,—предаются наркотикам  и погибают от них».

 

5. Народные пословицы и поговорки об алкоголе.

В народных пословицах и поговорках выражается народная  мудрость. По выражению Даля, пословицы и поговорки — «ходячий ум народный». Понятно, народ в своих пословицах не мог пройти мимо алкоголя, так как опьянение всегда играло огромную роль в быту  народа, и алкоголь всегда занимал в нем почетное место. Поэтому в пословицах и поговорках должно отчетливо отражаться то понимание, которое выработал народ в своем отношении к спиртным напиткам.  Знакомясь с народными пословицами, мы встречаем в них обычные заблуждения в суждениях об алкоголе. Если народ в своих пословицах  вообще метко и правильно оценивал другие явления жизни («пословица—зря не молвится»), то в отношении к алкоголю он допустил ряд ошибок и известное легкомыслие. Да и не мудрено: ведь и наука сравнительно недавно разобралась в алкоголе и установила тот вред и зло, которые он причиняет. Таков — коварный и хитрый — этот яд.

«Пьяница проспится, дурак — никогда), — говорит народ в своей обычной пословице. Действительно, единичное опьянение может пройти и бесследно, но если человек часто прибегает к опьянению, в особенности, если он пьянствует, то, конечно, это безусловно отразится на его умственных способностях, которые могут серьезно пострадать, и пьющий человек может сделаться в конце концов слабоумным или вообще душевнобольным, отчего уже трудно, а подчас и невозможно будет «проспаться» — вылечиться. Ведь почти 40 душевнобольных из каждых 100 душевнобольных больны от алкоголя.

Есть народные пословицы, в которых восхваляются   спиртные напитки  и приписываются им  полезные  свойства, каковых они на самом деле не имеют: «пьян да умен — два угодья в нем», «пей до дна — наживешь ума», «чарка вина прибавит ума», «человека хлеб живит, а вино крепит», «вино старику глаза протирает, а старухе ноги поднимает) (в  пляс) и пр. Ясно, что это общераспространенное ошибочное народ­ное мнение об алкоголе, которое приписывает ему способность оживлять ум человека, укреплять тело и давать бодрость, основано на самооб­мане, происхождение которого нами уже выяснено. Живость ума и мысли,  создаваемые   спиртом, испытываемое чувство бодрости  есть мнимое и ложное благополучие, которое ведет к еще большему исто­щению сил.

«Спирт—пользительная дурь: душегрейка».   В этой пословице мы встречаемся с другим общераспространенным народным заблужде­нием, которое говорит, что спирт согревает тело человека. Поэтому лица,   работающие   на  холоде   (извозчики,   разносчики,   посыльные и пр.), обычно, считают необходимым забежать с холода в трактира и выпить, чтобы «согреться», самым искренним образом полагая, что они действительно согревают себя алкоголем. Что это ошибка, одина­ково   основанная   на   самообмане, нами тоже   выяснено.   Человек чувствует прилив к коже теплой крови от внутренних органов, и ему кажется, что его тело согрелось. На самом деле тело от алкоголя еще более охлаждается.

В всевозможных песнях восхваляется «чарка зелена вина» и поощряется потребление вина:

«Полно, брат, молодец.

Ты ведь не девица!

Пей: тоска пройдет»!..

Или:

«Вино, вино, вино!

Оно на радость нам дано»!..

Или старая студенческая песня:

«От бутылки вина

Не болит голова,

А болит у того,

Кто не пьет ничего»...

И т. д.

Но мы были бы не правы, если бы, излагая народные за­блуждения, умолчали бы о других народных мнениях, высказанных в пословицах, в которых заключается хотя бы отчасти правильное понимание значения алкоголя для здоровья человека.

«Кто чарку допивает, тот веку не доживает», «пить до дна — не видать добра», «хлеб на ноги ставит, а вино валит», «у нашего Куприяна все дети пьяны» (последней пословицей отмечается пагубное значение алкогольной наследственности: Куприян, конечно, тоже пьяница).

Но в этих пословицах народ выражает свое отношение глав­ным образом к злоупотреблению спиртными напитками или к пьян­ству, потому что только пьянство народ считает вредным и опасным. На самом деле: в этих пословицах народ неодобрительно отзывается о поведении тех потребителей алкоголя, кто «чарку допивает», кто «пьет до дна», следовательно, кто пьет спиртные напитки жадно. А таким может быть только пьяница.

Надо отметить, что народ в своих пословицах очень неодобри­тельно и насмешливо относится к потреблению алкоголя женщинами. Например: «пила баба брагу — да скатилась к оврагу», «хватила баба бражки — да хватилась рубашки», «пьяная баба — свиньям прибава».

Здесь подчеркивается вся непривлекательность женского опья­нения.

Самым обидным для мужчины является сравнение его с «мокрой курицей», с «пьяной бабой»...

Итак, народ считает, что излишество в потреблении   спиртных напитков (пьянство) вредно и опасно, но что касается умеренного потребления спиртных напитков, потребления их в «меру», то это не признается вредным, а тем более не признается опасным. «Не виновато вино, а виновато пьянство», «пей, да не опохмеляйся», «пей, да дело разумей» — говорит народ в своих пословицах, подтверждая, что пить можно, а пьянствовать нельзя.

В беседах и обмене мнений, которые мне приходилось и  приходится вести после лекций об алкоголизме, всегда, всюду и у всех определенно намечаются три главные заблуждения по отноше­нию к алкоголю: 1) алкоголь укрепляет, 2) алкоголь согревает, и 3) алкоголь питает, но только при условии, если он потребляется «с умом», «во-время», «в меру» и т. д.

Все эти заблуждения являются общераспространенными и  общеусвоенными. Они глубоко вошли в сознание всех и стали исти­ной, которая уже не требует доказательств. Каждый считает возмож­ным уверенно и авторитетно говорить, что алкоголь в умеренных коли­чествах полезен, совершенно не представляя и не зная сущности дей­ствия алкоголя и нисколько не задумываясь над этим вопросом.

Вообще   все    разговоры  о  полезном или невредном действии алкоголя на организм человека происходят от самообмана, от незна­ния истинных свойств алкоголя и основаны на заблуждениях, за ко­торые народу приходилось и приходится жестоко расплачиваться.

«Сказка об укрепляющем действии алкоголя была причиной неисчисли­мого количества роковых ошибок и несчастий множества людей»,—говорит известный гигиенист профессор Эриссман.

 

V

Алкоголизм — социальное зло.

1. Пагубное значение алкоголя для здоровья, культуры и хозяйства.

народа.

Культуру страны и народное богатство созидают мозг и му­скулы народа. Все материальные и культурные ценности, которые имеет народ, добыты им своим физическим и умственным трудом. Чем больше и продуктивнее работает каждый гражданин, тем больше ценностей созидается им. Общая совокупность этих ценностей и соста­вляет богатство страны, и поэтому чем больше имеет народ этих цен­ностей, тем он просвещеннее, богаче, и тем легче, приятнее и красивее протекает его жизнь. Здоровый и работоспособный народ разверты­вает большую рабочую силу, труд его продуктивен, он способен про­изводить работу в течение большего количества рабочих дней и, сле­довательно, создает больше ценностей. Здоровый народ имеет всегда здоровый мозг, поэтому у него всегда жив огонь художественного творчества, действенны научная мысль и практическая смекалка, ибо «в здоровом теле — здоровый дух», как говорит еще древняя посло­вица. Тогда процветают у народа науки и искусства, его хозяйство и техника не застывают в определенно установившихся формах, а непрерывно идут вперед, улучшаются и совершенствуются, на­род богатеет, и экономическое значение его страны растет. Здоро­вый народ всегда деятелен, энергичен и предпримчив. Все то, что подрывает народное здоровье, ослабляет его физическую и умствен­ную энергию, уменьшает количество полезных работников и рабочих дней,—подрывает тем самым культуру и богатство народа, вызывает лишние общенародные расходы на лечение больных и обеспечение инвалидов, ослабляет его хозяйственную мощь и его мировое значе­ние, задерживает развитие страны в будущем.

Революционная  Россия, строящая новую жизнь, поднимающая своё хозяйство, еще не совсем изжила некоторые темные стороны быта дореволюционной России, в том числе и потребление алкоголя. Поэтому во всю свою грозную величину должен встать  перед нами вопрос: какую роль играет алкоголь в жизни народа и в построении его культурного   хозяйства? И на   этот  вопрос есть один ответ: потребление алкоголя неминуемо и самым пагубным образом отражается на всем бытии народа, на его здоровье, потомстве, культуре и хозяйстве.

Губительная сила алкогольного яда распространяется на все  стороны жизни человеческого общества, алкоголь всюду накладывает свою разрушительную руку, всюду вносит смятение, разлад и гибель.

Под действием алкогольного   яда массы народа болеют, народ вымирает и вырождается; тем самым истощается живая сила страны  понижается   производительность   народного   труда, и   сокращается число полезных работников человеческого коллектива.

На изготовление алкоголя уничтожаются в колоссальном количестве продукты народного питания, на алкоголь непроизводительно тратятся народом громадные деньги, потребление алкоголя вызывает бесконечный ряд лишних расходов и разорительных убытков.

Алкоголь является источником преступлений, бед, несчастий,  увечий и всего того, что несет с собою человеческое горе, перебои и разлад в правильном течении народной жизни. «Ничто не вызывает столько страданий, болезней и нищеты, как страсть к спиртным на­питкам», — писал Э. Дарвин. Таким образом, алкоголизм является все­народным бедствием, социальным злом, которое в корне подрывает здоровье  и  благосостояние народа.  Разберемся  в этом подробнее.

2. Алкоголь ведет народ к вымиранию и вырождению.

а) Заболеваемость   населения   от   алкоголя.    Народные массы под действием алкогольного яда страдают всевозмож­ными   болезнями.   Амбулатории,   больничные   палаты,   инвалидные дома заполняются жертвами этого яда. В числе причин, вызывающих тяжелые и хронические болезни, алкоголь  всегда  занимает первое  место. Где больше пьют, там больше и болеют.

Вот и у нас теперь, как только после периода общего, хотя неполного и принудительного воздержания опять стало распространять­ся в народе потребление спиртных напитков, так сейчас же число обра­щающихся в амбулатории и поступающих в больницы граждан с болез­ненными явлениями, вызванными потреблением алкоголя, стало уве­личиваться. Правда, у нас еще не изучено подробно влияние алкоголя на заболеваемость населения после войны, но, например, в отношении  его   влияния на душевные   заболевания могут иметь интерес следующие данные: в годы пьянства число душевнобольных алкого­ликов доходило в больницах России до 20%. В годы принудительного отрезвления их почти не стало в больницах.

Но, начиная с 1921 года, душевнобольные алкоголики опять начали появляться в психиатрических больницах Республики, так что, по данным д-ра Л. А. Прозорова, в 1922-м г. число их увели­чилось до 2,4%, а в 1923 и в 1924 г.г. —до 4% почти общего числа поступивших в больницы Республики душевнобольных. Это число душевнобольных алкоголиков продолжает у нас быстро, неуклонно и повсеместно увеличиваться. За границей тоже почти всюду, за исключением Соединенных Штатов Северной Америки, отмечается нарастающее увеличение числа душевнобольных алкоголиков.

В 1-й Московской Городской Психиатрической (б. Преображен­ской) больнице, которая обслуживает половину гор. Москвы, было пользовано алкогольных душевных заболеваний:

В 1921 году…………………..33 (1,5 %)

1922…………………………...47 (2,3 %)

1923…………………………...88 (4,0 %)

1924…………………………...100 (4,5 %)

1925…………………………...276 (13 %)

Так как душевно­больные алкоголики поступают почти ис­ключительно мужчи­ны, то процент алко­голиков мужчин, по­ступивших в больни­цу, по отношению ко всем мужчинам, посту­пившим в больницу, был еще больший и в 1925 году доходил до 25%, то есть из каж­дых 100 душевноболь­ных мужчин, посту­павших в 1 Гор. Псих, больницу, 25 были

 

больны от алкоголя. Эти цифры движения душевнобольных алкоголиков в одной из крупнейших больниц нашей Республики на­глядно и убедительно показывают у нас рост алкоголизма и грозную силу алкогольного яда. Должен сказать, что в больницу в настоящее время идет пока старая армия алкоголиков, которые уже давно на­били свою болезнь. Эта болезнь у них вновь вспыхнула теперь, так как алкоголь, — предмет желаний алкоголика, — постоянно соблазняя их, стал теперь им доступен. Достать и выпить—дело теперь простое и легкое, тогда как раньше, во время запрета, надо было искать выпивку, что называется, из-под полы, да и неудобно было опьяневшему показаться на улице. Новых алкоголиков, к счастью, пока очень мало, но они конечно могут появиться потом и в большем числе. Эта своего рода «смена» может быстро подготовиться, потому что алкоголь в настоящее время особенно опасен для душевного здоровья населения. Это здоровье уже и без того основательно подорвано империалистической войной, защитой революции, перенесенными ранениями, контузиями, болезнями, голодом, холодом мы, врачи, наблюдаем, например, как быстро наступают теперь у контуженных,   инвалидов и т. д. бурные и опасные состоя­ния опьянения даже от небольших количеств алкоголя, и как развиваются от этого душевные расстройства.

Надо помнить и то, что алкоголь не только вызывает чисто алкогольные формы заболеваний, но он отравляя и ослабляя организм предрасполагает его и ко всем другим болезням.   Как уже  говори­лось,   алкоголь   особенно   предрасполагает   к   туберкулезу.   Так  известно, что среди пьющих туберкулез распространен в 2 — 3 раза более, чем среди непьющих (хотя условия жизни тех   и  других  в остальном могут быть одинаковы).  Пьющие  люди   и быстрее зара­жаются туберкулезом,   и   сама   болезнь   протекает  у   них   гораздо  тяжелее.

Но если болезнь—несчастье для больного и горе для его семьи, то для общенародного хозяйства она убыток, так как больной не только не работает, но и требует для себя и своей семьи общественных средств. Поэтому при повышенной заболеваемости населения от потребления алкоголя народу приходится нести много лишних расходов на лечение и содержание в лечебных учреждениях больных, повредивших спиртными напитками свое здоровье. Если бы они были трезвенники, то они не только не потребовали бы на свое лечение и содержание общественных средств, но здоровым трудом своим делали бы свой вклад в культуру и богатство страны.

Поэтому в дальнейшем, если народ не будет трезв, число алкогольных и других больных угрожает повсеместно расти, при чем они будут наполнять как общие, так и психиатрические больницы, требуя на свое лечение и содержание народные деньги. Возьмем такой пример. Трудящийся гражданин пьет. В день отдыха он напился; на утро болит голова, на работу он не пошел. Его станок молчит, и народное хозяйство недополучает те продукты или изделия, которые выходят из-под его руки. Но в конце концов эти выпивки еще приводят к тому, что он получает по тем или другим причинам длительное освобождение от работы: или в состоянии опьянения он упадет и получит телес­ное повреждение, или пьяный полежит на сырой земле и подхватит воспаление легких, или в результате выпивок разовьется у него какое-либо другое длительное заболевание. В таком случае народное хозяйство не только не получает продуктов его труда, но оно опла­чивает его лечение и платит ему чрез страхкассу содержание. Тройной убыток!

Так, в 1925 году, в 1-й Московской Городской Психиатрической больнице было, как указано, 276 алкоголиков, которые провели здесь в общем около 200 месяцев. Из них застрахованные — рабочие и слу­жащие — провели приблизительно 180 месяцев. Если считать в среднем заработок рабочего и служащего в 60 руб., то страхкассами было уплачено этим больным 11.000 руб. Надо прибавить сюда расходы на содержание и лечение в больнице всех указанных 276 больных, что составит более 12.000 руб. (согласно сметы больницы). Таким образом хозяйство г. Москвы потеряло в 1925-м году только на тех алкоголиках, которые находились на излечении в 1-й Москгорпсихбольнице около 25.000 рублей. Эта сумма потерь, конечно, должна быть еще увеличена на счёт тех убытков, которые получились в народном хо­зяйстве от того, что больные в течение этих в общей сложности 200 месяцев — почти 17 лет! — не работали. Эти 25.000 руб. представляют, ко­нечно, ничтожную часть всех убытков, вызываемых лечением и со­держанием алкоголиков, и могут иметь здесь интерес только в каче­стве наглядного примера. Ведь и другие учреждения по здравоохранению несут громадные расходы на алкоголиков. Так, через Мос­ковский Наркодиспансер прошло за время с 1 октября 1924 года по 1 октября 1925 г. 23.000 алкоголиков. Учесть точно все расходы, связанные с алкогольными заболеваниями (лечение, платежи страх­касс и пр.), невозможно хотя бы потому, что, например, заболевания внутренних органов, вызванных алкоголем, идут под другими диа­гнозами: катарр желудка, миокардит (болезнь сердечной мышцы), артериосклероз (болезнь кровеносных сосудов) и т. д. Надо принять еще во внимание то обстоятельство, что пьющие люди болеют какой-либо болезнью гораздо дольше, чем болеют непьющие той же самой болезнью: кость при переломах срастается у них медленнее, раны более вяло подживают, заразные болезни протекают с всевозмож­ными осложнениями (не говоря уже о том, что они представляют для пьющих большую опасность смертельного исхода) и т. д. По данным заграничных страхкасс известно, что продолжительность дней болезни у пьющих превышает в пять раз продолжительность дней болезни у непьющих. Поэтому те страхкассы, которые объеди­няют исключительно трезвенников, много богаче тех страхкасс, в состав которых входят и пьющие.

Можно, следовательно, сказать, что разорительные дополни­тельные счета по выпивкам — грустные счета после веселых пьяных вечеров — оплачивают у нас здравотделы и страхкассы.

При распространении алкоголя народ должен также тратить много лишних денег на содержание инвалидов труда, которые преждевременно поте­ряли от алкоголя свою работоспособность. Ведь, как известно, алкоголь преждевременно изнашивает человеческий организм и служит также причиною многих тяжелых и хронических заболеваний, когда чело­век уже не может работать.

б) Смертность от алкоголя. «Несварение» желудка (хронический  катарр,  рак и пр.), одышка, отеки, сердечные припадки, мозговые удары, параличи, общее одряхление и т. д.    ведут сотни тысяч пьющих людей к преждевременному и печальному концу. От заразных болезней—пьющих людей умирает тоже во много раз больше, непьющих. Например, от холеры пьющих умирает в 4 раза больше, чем трезвенников. Поэтому   в Англии во время холерной эпидемии—в прошлом столетии — предлагали на всех винных лавках повесить вывеску: «Здесь продается холера». Смертность от сыпного тифа у нас в минувшую эпидемию падала, главным образом, на пивших или пьющих людей. От воспаления легких из каждых 100 заболевших пьющих людей в возрасте от 20 до 30 лет умирает 66 человек, тогда как  для трезвенников эта болезнь легкая: трезвенников умирает в этом возрасте из 100 заболевших только 7; в возрасте 30—50 лет пьющих людей умирает от этой болезни 55—57 из 100 заболевших, а из  трезвенников умирает только четвертая часть: 25 из 100; в возрасте  50—60 лет пьющих умирает в 3 раза больше, чем непьющих. Масса  алкоголиков кончает жизнь чахоткой.

Наукой уже давно доказано, что общая  смертность  пьющих людей от всех причин и во всех возрастах  в  несколько раз превышает   смертность воздерживающихся. Науке известно, что: в  возр. от 25—35 л. из каждых 1000                                                                                          человек—                              трезвен,  умирает 5, пьющих—15,

... 35-45 л........ ………………………..  .     6,       ..         -23,

... 45—55 л.   …………………………..… .11    .         — 35,

... 55—65 л...... …………………………      23,               -53,

Ясно, что причина преждевремен­ного вымирания пьющих людей кроется в алкоголе, потому что ученые наблюдатели при построении своих выводов об  алкоголе поступают так: они берут под  свое наблюдение массы людей, живущих приблизительно в одинаковых условиях,  но отличающихся тем, что одни—пьют,   другие—нет. И если будет установлено,  что эти две   группы людей—пьющих и непьющих—отличаются друг от друга в смысле   продолжительности   жизни, то  понятно,  что  это  различие будет происходить от потребления алкоголя, по­тому что все остальные условия жизни  одинаковы.

Приведенные  выше цифры   жертв алкоголя именно таким способом  и по­лучены наукой, поэтому они являются  и должны являться для всех бесспорными

 

и доказательными. Известный процент  самоубийств тоже неразрывно связан с алкоголем. Человек решился на самоубийство, но не решается сделать роковой шаг. Алкоголь приходит тогда к нему «на помощь», человек напивается и кончает с собой: опьянение «развязывает» ему руки. Случается, что и само пьянство доводит человека до самоубийства. Особенно опасны   в   этом   отношении   состояния   похмелья,   когда человек испытывает особую тоску, недовольство собой, угрызения совести и т. д. Мозг похмельного продолжает находиться в состоянии отравления, человек не может тогда правильно оценить окружающую обстановку и собственные шаги. Все это при известном предрасполо­жении и неустойчивости характера может вызвать самоубийство. Вот, например, один из случаев недавней московской хроники:

«Третьего дня зарезался сапожник Горшков (Таганская ул. д. 12). Не­сколько дней тому назад Горшков запил и, увлекшись вином, пропил все свои сбережения, сапоги и верхнюю одежду. Третьего дня Горшков опять пришел на работу. В полдень Горшков выпил бутылку водки, затем пошел в убор­ную где и перерезал себе горло сапожным ножом».

Кончают с собой и в состоянии алкогольного душевного забо­левания (белая горячка, затяжной алкогольный бред и т. д.). Одним ударом хотят тогда освободиться от страшных видений, преследующих голосов или мнимых врагов.

Например, недавно в нашу больницу (1-ю Московскую Город­скую Психиатрическую) поступил гражданин С, у которого имелось спереди поранение шеи, но, к счастью, без повреждения дыхатель­ного горла. Оказалось, что он делал попытку на самоубийство. Перед этим он недели 2 сильно пил, ему стало казаться, что про него подо­зрительно шепчутся сослуживцы, соседи... Однажды он услышал о себе такую фразу: «Это—карьерист». Тогда он с горя полос­нул себе шею ножом. В отделении больницы больной продолжал слышать шум, шепот, голоса, не спал, был очень тревожно настроен... За больным был установлен, как полагается, усиленный надзор. По­том больной постепенно поправился и выписался из больницы без галлюцинаций.

Д-р А. М. Коровин показал, что по мере того, как увеличивается по губерниям душевое потребление водки, увеличивается и число самоубийств, что видно из следующей таблицы:

 

Душевое потребление водки в ведрах:

На 10000 всех умерших прихо­дится самоубийц:

от 0,1    до 0,3

4,6

»   0,31   »   0,5

6,7

»   0,51   »   0,7

7,7

»   0,71   »   0,9

14,5

»   0,91 и более

82,6

                                                      82,6

 

 

 

 

По подсчетам проф. Сикорского—в России за 18 лет (с 1870 по 1888 г. г.) погибло только от опоя около 85.000 человек. Кроме того, еще десятки тысяч пьяных людей погибали ежегодно от того, что разбивались при падении с лестниц, расшибались о мостовую, сгорали при пожарах, тонули в реках, замерзали в снежном поле...

Лес да поляны. Безлюдье кругом.

Вьюга и плачет, и стонет.

Чудится, будто во мраке ночном

Злая кого-то хоронит.

Глядь—так и есть! В темноте мужика

Смерть обнимает, ласкает,

С пьяненьким пляшет вдвоем трепака,

На ухо песнь напевает...

Любо с подругою белой плясать!

Любо лихой ее песне внимать!..

(А.   Голенищев-Кутузов).

 

Таким образом, много жизней, подчас молодых, подорванных и загубленных алкоголем, преждевременно сходят в могилу и уносят с собою всю ту сумму ценностей, которые они могли бы создать для народа своим общественно-полезным трудом. Они оставляют сирот, которые требуют общественного содержания и, следовательно, лиш­них государственных расходов.

«Не будем забывать, — говорит доктор Канель,—что в Европе в 19-м веке умерло от алкоголизма в течение последних 30 лет 7,5 мил­лионов людей, тогда как от всех болезней и войн погибло то же коли­чество людей за 100 лет».

в) Вырождение народа от алкоголя. Живущие, отра­вленные алкоголем, преждевременно сходят в могилу, а рождающиеся от них почти в 45% обречены на смерть.

Еще в начале прошлого столетия было установлено врачами гор. Бадэна, что детская смертность у живших там евреев была меньше, чем у католиков и лютеран. Объясняется это тем, что евреи хотя жили и беднее, но были трезвы. Точно так же у нас, в России, было замечено, что детская смертность в районе винокуренных заводов была особенно велика.

Известно, что детская смертность в царской России была вообще кошмарна по своим размерам и по числу детских могилок ставила Россию на первое, только не почетное, место среди других стран[16]). Она имела корни в условиях существовавшего тогда экономического и политического строя и культурного состояния страны. Причины ее были: народная нищета и невежество, антисанитарные усло­вия жизни, отсутствие всякого намека на государственную охрану материнства, младенчества и детского здоровья и пр., но из них одной из главных и могучих причин детского вымирания был народный алкоголизм.

Алкоголь—жестокий социальный яд, потому что он ведет на­роды, его потребляющие, к вырождению, ибо пьющий народ родит детей слабых, хилых, предрасположенных к тяжелым заболеваниям, неполно­ценных в физическом, умственном и нравственном отношениях.

Как на пример вредоносного влияния алкоголя на потомство, можно указать на известные исследования ученого Демме о судьбе 57 детей из 10 пьющих семей и 61 детей из 10 непьющих семей. Его исследования показали, что из 57 детей алкогольных семей умерло в течение первых месяцев жизни — 25, оказалось недоразвитыми или больными—22 и здоровых—только 10, тогда как из 61 детей в 10 трезвых семьях было: умерших в первые месяцы—5, недоразвитых и больных—6; остальные 50—здоровы.

Эти цифры, постоянно повторяющиеся с теми или другими коле­баниями в поколениях алкоголиков, как непреклонный и суровый закон, наглядно и убедительно доказывают, что алкоголь жестоко бьет и тех, кто нисколько не повинен в пьянстве, а именно — потом­ство алкоголика: 44% умерших детей и 38% детей, несущих на себе печать вырождения. В семьях непьющих, вместо этих вымирающих и вырождающихся, имеется здоровое телом и духом поколение.

Особенно опасно зачатие в состоянии опьянения. Швейцарский врач Беццоло своими исследованиями установил, что наибольшее число слабоумных, подвергшихся его исследованию, были зачаты в пьяные недели (масленица, сбор винограда и т. д.). Ненормальных детей называют во Франции: «дети воскресенья», подчеркивая этим названием то обстоятельство, что эти дети зачаты в пьяные дни. «Дети воскресенья на свете не живут», — говорят там.

Врачи знают, что дети, находящиеся в лечебницах и приютах для идиотов, слабоумных, припадочных и пр., обязаны своим страда­нием обычно алкоголизму отцов и дедов. Из поколений алкоголиков пополняются ряды преступников и общественных паразитов. Науке известно знаменитое исследование потомства одной алкоголички во Франции: из 700 человек ее потомства — 206 стало нищими, 106 попало в больницы, 76 сидели в тюрьме и 7 были убийцами.

Из потомства разных алкоголиков в 1776 человек, которые находились под наблюдением врачей, оказалось: 329 мертворожден­ных или умерших в первые недели жизни, 21 родившихся с физиче­скими уродствами, 69 слабоумных, 22 идиота, 154 эпилептика, 208 Душевно и нервнобольных, 548 правонарушителей, проституток и нищих, 231 алкоголика, 65 погибших от туберкулеза, и только 129 было вполне здоровых.

Вообще надо сказать, что существует много научных наблюде­нии над потомством алкоголиков, которые определенно и бесспорно устанавливают, что род алкоголиков, в конце концов, вымирает. Это вымирание идет через ряды вырождающихся потомков: ослабленных физически, неуравновешенных, преступников, припадочных, идиотов и т. д. (поэтому недаром некоторые врачи на съездах за границей уже  давно предлагали явных и тяжелых алкоголиков делать бесплодными).

Вымиранием своего рода поплатились, например, у нас многие  «родовитые» и богатые фамилии дворян, помещиков, купцов и т. д., потомки которых, получив наследства, проводили жизнь в безделии  и кутежах. Если некоторые из них и удержались, то потому, что их  потомство оздоровлялось иногда новыми и здоровыми соками от дру­гих, трезвых,  семей.

Мы наблюдаем сейчас вырождение и вымирание индейцев в Северной Америке, негров в Африке, маори в Н.-Зеландии и т. д. Это вымирание происходит от многих причин, но в числе их одна из главных — «огненная вода», как называют там спирт. Этот спирт привезли туда европейские колонизаторы и беспощадно спаивают им туземное население.

Мы знаем о вырождении и об окончательном вымирании мно­гих народов древности. Тот же спирт приложил и здесь свою губящую силу, чтобы окончательно смести их с лица земли.

г) Преступность и алкоголь. Во всех странах преступность стоит в самой тесной связи с алкоголизмом: от 75% до 90% совершающихся преступлений относятся на счет алкоголя. В Ирлан­дии считают даже, что все 100% происходящих у них преступлений зависят от алкоголя. По данным московского кабинета по изучению преступности известно, что около 40% преступников современной Москвы являются алкоголиками; такой же процент преступников имеет алкоголизм в наследственности.

Преступления,  связанные  с алкоголем,  совершаются:  во-1-х, в состоянии опьянения, во-2-х, вследствие изменения личности алкоголика и, в-3-х, в припадке алкогольной душевной болезни.

1. В состоянии опьянения человек может совершить престу­пление потому, что в это время у него вследствие паралича высших центров головного мозга пробуждаются животные наклонности, ум тупеет, он плохо дает себе отчёт в окружающем, воля его слабеет: возбужденный и обозленный чем-либо, он уже не может сдержать себя. Каждый это знает по собственным наблюдениям окружающей жизни, но вот и примеры:

«Убийство из-за нескольких рублей».

«Двадцатилетний парень Еремеев пришел к своему приятелю и собутыль­нику Богданову, проживавшему в Москве, по Бутырской улице, требовать с него долг в несколько рублей. Оказалось, что денег у Богданова нет, и он просит  приятеля повременить немного. Тот продолжал настаивать, они поспорили, споря вышли на двор,

—Отдашь? — спросил Еремеев.

— Отдам, да сейчас нету!

Тогда Еремеев ударил Богданова по зубам с такой силой, что выбил три зуба  Богданов упал, ударился  головой  в  камни, а затем  умер  в Мариинской больнице; при вскрытии у него было обнаружено кровоизлияние в мозг.

Еремеев оказался на скамье подсудимых в Московском губернском суде по обвинению в убийстве.

Суд приговорил Еремеева к трем годам тюремного заключения; однако, приняв во внимание, что смерть Богданова последовала не от прямого удара, а от того, что он упал на камни головой, суд нашел возможным понизить Еремееву наказание до 2 лет».

(«Рабочая Газета», № 270—1925 г.).

«Покушение на убийство».

 «Сегодня ночью, в доме № 16, по Татищевой улице, гр. Карпин во время выпивки (курсив наш) набросился на своего приятеля Князева, проживающего в том же доме, и нанес ему удар топором по  голове.

Потерпевший в тяжелом  состоянии отправлен в 4-ю Городскую больницу.

Карпин арестован».

(«Вечерняя Москва», № 10—1926 г.).

Иногда человек напивается до того, что уже совсем ничего не понимает и ничего не помнит. При известной психической неустой­чивости для этого бывает достаточно и небольшое количество алко­голя. В таком состоянии человек может быть особенно опасен.

«Из-за водки».

«Рабочий С-в, грамотный, вполне сознательный человек. Он работал в типографии.

Сгубило его, а потом и усадило на скамью подсудимых в Московском гу­бернском суде пьянство. Напиваясь, он уже ничего не помнил. Однажды, повстре­чавшись на углу Воротниковского переулка с гр. Ж-м, по обыкновению вдрызг пьяный, С-в избил его без всякой причины. На шум скандала собралась толпа, явилась милиция. Но С-ва так и не могли арестовать «для вытрезвления», по­тому что, выхватив нож и окончательно озверев, он стал защищаться и ранил двух милиционеров ножом. Арестовали С-ва позднее, в его квартире, где спьяна он опять защищался как в осажденной крепости, но по счастью ни ножа, ни оружия у него не оказалось, и потому он только избил нескольких мили­ционеров.

Суд приговорил С-ва к четырем годам лишения свободы со строгой изо­ляцией и с поражением в правах на три года».

(«Рабочая Газета», № 279—1925 г.).

Преступления, вызванные опьянением, обычно направлены про­тив личности и против жизни (оскорбления словами, побои, убий­ства и пр.).

Я познакомился с делами о нанесении  побоев,   разобранными в Московском суде за первую четверть 1925 года (по Сокольническому и Хамовническому районам), и выяснил, что почти 70% этих преступлений падает на один из следующих дней недели: субботу, воскресенье или понедельник, то естьна один из тех дней, когда пьющее население бывает пьяно или опохмеляется. Из остальных 30% совершенных преступлений, относящихся к другим дням недели, известная часть тоже может быть связана с опьянением (церковные праздники, получки, именины и т. д.).

Недавно мне пришлось выступать в выездной сессии Московского губсуда экспертом по делу об убийстве: один гражданин застрелил другого. Оба они—и убитый, и убийца — были старые друзья, в день убийства вместе выпивали, а потом, подвыпившие, отправились гулять в лес (дело было в деревне, в весенний праздник). В лесу они, как говорится, «слово за словом» — поспорили, в пылу ссоры про­изошла драка, а потом и убийство. На суде убийца, вообще возбу­димый и неуравновешенный молодой человек, горько раскаивался и плакал. Он не мог дать ясного отчета в том, как произошло это трагическое событие, но во всяком случае никаких заранее обдуман­ных намерений он не имел. Все это произошло внезапно, «в пому­тившемся сознании»... Он понес по приговору суда соответственное наказание.

Бесспорно, что и хулиганство, которое в последнее время осо­бенно растет, вносит дезорганизацию, срывает культурно-просвети­тельную работу, наносит ущерб народному имуществу и т. д., тоже стоит в самой тесной связи с тем же алкоголем. Так, из 205 осу­жденных за хулиганство — 80% совершили свои проступки в состоя­нии опьянения (д-р Эдельштейн, Московский кабинет по изучению преступности). Газеты единодушно отмечают, что выпуск 40% водки и безнаказанно-пьяный разгул на улицах способствует тому, что хулиганство еще более распространяется. Хулиганство нередко про­является теперь в самых грубых, необузданных, подчас жестоких формах. Недавно в одной из московских газет сообщалось, как ком­пания хулиганов избрала такую «игру»: ночью выкалывала кошке глаза или отрубала ей хвост, после чего несчастную, обезумевшую от боли кошку пускали на лестницу дома; кошка своим диким криком будила жильцов, что и потешало компанию.

Из провинции тоже сообщают; что и там нет житья от хулиган­ства. Например, «в шуйских рабочих клубах, — пишет тов. Рупор, — молодежь срывает картины, устраивает драки и скандалы. Недавно хулиганы избили всех активных работников клуба», «Очень развито хулиганство среди кизеловской рабочей молодежи на Урале. Подростки в клуб не ходят, а на частных квартирах устраивают пьяные вече­ринки, на них безобразничают, организуют массовые драки». («Ра­бочая Газета», № 283—1925 г.).

Характерный случай разбирался недавно в Московском губ. суде. Два гражданина, которые до того никогда не судились, никогда бандитами не были и вообще вели трудовой образ жизни, однажды так напились, что решили... вызвать крушение поезда. Они вытащили столб около полотна железной дороги и положили его поперек рельс. К счастью, паровоз шедшего поезда проскочил через это препятствие и не сошел с рельс. Поезд после этого, конечно,   был машинистом остановлен.  На суде эти граждане чистосердечно заявили, что все это вышло «по пьяному делу», и что они совершенно не понимают и не пом­нят  как все это произошло.
          В голове значит помутилось.

Они понесли заслуженное наказание за хулиганство.

В деревнях тоже ни один большой праздник не обходится без увечий и убийств, вызываемых пьяными скандалистами. На сессии ВЦИК в октябре месяце 1925 г. один из членов сессии — представи­тель провинции — говорил: «Мы всегда с ужасом ждем приближения сельских праздников. Ни один из них не проходит без увечий или перерезанного горла».

«В Воскресенском уезде, Московской губ., развилось хулиганство, которое особенно в Павловской и Пятницкой волостях приняло угрожающие размеры. Драка и поножовщина в дни престольных и других церковных праздников, а также по случаю свадеб, похорон и крестин, сопровождающихся пьянством, зача­стую кончаются тяжелым увечьем, даже смертью отдельных граждан, как участ­ников скандалов, так и совсем неповинных людей, попавших под горячую руку хулиганов».

Так говорится в одном из недавних приговоров выездной сес­сии Московского губсуда. разбиравшего одно такое дело.

— Из числа всех заключенных в Воскресенском ардоме,—указы­вается в том же приговоре, — 75 проц. падает на содержащихся за всякие  разновидности хулиганства.

В Германии было выяснено, что из каждых 100 совершенных там преступлений против нравственности — 77 было совершено в состоя­нии опьянения; из каждых 100 преступлений драк и увечий — 63 было совершено в состоянии опьянения; из каждых 100 осужденных за воровство — 32 сделали преступления в пьяном виде; из 100 осужден­ных за прочие преступления — 42 в пьяном виде (см. рис. 13).

2. Алкогольные преступления совершаются вследствие алко­гольного изменения личности пьяницы, его психического вырождения, когда извращены и притуплены его моральные и социальные чувства и понятия. Алкоголик теряет тогда сознание долга, он уже не спосо­бен испытывать чувства благодарности, делается черствым и т. д.

Например, недавно один такой спившийся гражданин убил ночью приютивших его родственников и утащил их имущество.

3. Преступления совершаются в припадке алкогольной душев­ной  болезни.  Больной,  например, защищается от мнимых врагов, которые якобы преследуют его,  ругательски ругают его, всячески угрожают ему расстрелять,   убить,   подкараулить, утопить и т. д. больной может тогда наброситься на совершенно неповинных людей. бывают в таких случаях и убийства. Особенно часты преступления алкоголиков на  почве болезненной ревности  вот, например, такой случай:

Гражданин 3., 40 пет, хронический алкоголик, находился на испытании в

Московском Институте судебно-психиатрической экспертизы им. В. П. Сербского. Он убил свою жену. Дело было так: в течение двух последних лет пред убийством ему стало казаться, что жена ему изменяет с соседями. Он слышал за забором ее шаги, шепот и разговоры с ней (все это было галлюцинациями боль­ного, а не действительностью, так как жена ему была верна, никуда не ходила и ни с кем не шаталась). Муж часто упрекал ее в супружеской неверности, в один из вечеров, когда он был пьян, он повесил ее, при чем, как это все произо­шло — он не помнит. Он проснулся утром и увидел холодный труп своей несча­стной жены, который висел на крючке в комнате. Экспертиза признала 3. дей­ствовавшим в состоянии душевной болезни, а потому—невменяемым. 3. был ос­вобожден от наказания и приговорен к принудительному лечению в общегра­жданской психиатрической больнице.

 

 

Если внимательно просматривать в газетах отдел происшествий и судебную хронику, то можно видеть, как бесконечен ряд преступных деяний на почве алкогольного яда: один гражданин растратил доверен­ные ему деньги или сделал подлог, чтобы иметь деньги на пьяную гульбу и игру; другой—в пьяной ссоре убил своего собутыльника; третий— вспомнил старую обиду, набросился с ножом на обидчика, с которым пред этим мирно распивал, четвертый—избил, искалечил жену и т. д. Убийства в пьяной драке и «по пьяному делу» происходят в городах ежедневно.

Самые дикие преступления совершаются под влиянием алкоголь­ной отравы. Например, пьяный муж в ссоре с женою схватил и выбро­сил ее в окно с 4 этажа, и несчастная женщина, конечно, насмерть раз­билась; в другом месте муж в припадке ревности на глазах своих малолетних детей бритвой отрезал жене голову; пьяный отец изнаси­ловал свою маленькую дочку... (все из недавней московской хроники).

Разбор советским судом громких уголовных дел громадного общественного значения показал, что ни одно из них не обходилось без самогонки и пьянства: рука убийцы, напоенного самогоном, стре­ляла из обреза в селькора, или пьяная компания озлобленных деревен­ских «дельцов» душила его в темную ночь... Хищения в трестах, взя­точничества,   злоупотребления   в  советских  учреждения проходили тоже через рестораны и кутежи. Произвол и беззакония творились некоторыми   низовыми   администраторами,   которые   прошли   через советский суд, тоже среди сплошного самогонного пьянства. Алкоголь объединяет преступную компанию, опьянение облегчает первые пре­ступные шаги: голос разума и гражданского долга тогда молчит.

Бандиты, воры и проч.   пришли   к  своей  «специальности»  от попоек и в алкоголе черпают силы для своих «дел».

Старая статистика показывает, что из каждых 100 совершенных преступлений   60 и более из них находятся в связи с алкоголем.

За вторую половину 1925 г. поступило в московские суды (по гор. Москве и уездам) 181 дело об убийстве, 7107 дел о нанесении побоев, 7546 дел об оскорблении, 832 дела о хулиганстве.

Надо полагать, что большинство из этих преступлений не обо­шлось без опьянения или вообще не обошлось без влияния алкоголя. Конечно, причины преступлений многообразны, но без пособничества спиртных напитков эти цифры были бы меньше. Сокращение потребления алкоголя всюду сокращает и число преступлений.

А ведь преступления, не говоря уже о том, что они вносят в народную жизнь несчастья, слезы и горе, являются и чрезвычайно разорительными и убыточными для общенародного хозяйства. Они дезорганизуют и нарушают его правильное развитие, они отнимают у народа общеполезную живую силу, они вызывают у народа много лишних расходов на содержание преступников в исправительных заведениях, они непроизводительно похищают из общенародного котла деньги  и   ценности...

Так, наша Республика терпит громаднейшие потери от всевозможных растрат, хищений и злоупотреблений, в которых почти всегда так или иначе бывает замешан алкоголь. Известно, что особенно много растрат бывает «по пьяному делу».

Д-р Голант в своем докладе на 1-м Всесоюзном Совещании психиатров и невропатологов (в октябре 1925 г) сообщила, что из 120 алкоголиков, лечившихся в Ленинградском Рефлексологическом Институте, 30 обвинялись в растратах.

За первое полугодие 1925 г. в московские суды (по гор. Москве и Уездам) поступило 636 дел о растратах. Было разобрано 454 дела, причем оказалось, что одна треть растрат были вызваны пьянством и игрой (А. Стельмахович — «Борьба с растратами», 1925 г.). В газетах в отделе происшествий  обычно сообщается о произведенных растратах под такими,   примерно,   заголовками:   «Пропил   казенные   деньги», «6000 руб. общественных денег— на пьянку» и т. д.

В отделе судебной хроники даются отчеты о растратных делах, Причем обвиняемые нередко самым искренним образом заявляют: «меня сгубило вино», «я дни проводил в пьяном виде»   и т. п. Недавно в Московском Губсуде разбиралось дело клинских уездных исполком­ов, которые в сплошных кутежах и попойках пропивали большие деньги из скудного доходного бюджета уездного города. Когда наступало время расплаты за попойки, то тогда обычно обращались к заведующему уездным финотделом Никитину.

Ну, Никитин, плати. Ты ведь у нас — наркомфин!

И «наркомфин», который тоже участвовал в кутежах, платит из кассы финотдела. В результате — судебный процесс и суровый приговор.  Или  еще:

«Вчера в Московском губ. суде слушалось дело заведующего продажей и  убоем скота на мясной площадке С-го по обвинению его в подлогах и растратах. С-кий систематически «приписывал к квитанциям рублей по 200—300. Деньги он пропивал».

«Д-н — тарифовед Иваново-Вознесенского текстильного треста получал из  Управления Северных жел. дор. перебор за грузы, отправляемые трестом, и получаемые деньги присваивал.

С февраля 1924 года по июнь  того же года он растратил 37.515 р. 70 к.

Растратил, присвоил, прокутил, пропил, только не 37 тысяч, а немного меньше, —вероятно, тысяч 25—30—говорит он.

Но как же можно в такой короткий срок растратить такую огромную  сумму денег?—спрашивает его т. Ильин.

Не все растратил, конечно. Но когда бывал пьян до бесчувствия — меня  обирали те, которые пили со мною.

Прокурор Попялковский требовал от суда:

          Необходимо каленым железом выжечь это антиобщественное явление
массовые растраты».

«Комендант и управдом Наркомфина, Б. в течение года систематически пьянствовал, пропивая деньги, получаемые им с арендаторов помещений. Всего за год им было растрачено на пьянство около 9 тысяч рублей. Б приговорен Замоскворецким судом к 5-летнему лишению свободы».

(Из недавней московской судебной хроники).

Если бы можно было подсчитать все те убытки, которые про­изошли от пьяных растрат, — выявленных и не выявленных, — то, ко­нечно, получилась бы сумма весьма внушительная.

Например, через суды гор. Москвы и губернии только за 2 месяца (июль и август 1925 г.) прошло растратных дел на сумму в 1.271.800 рублей. В Московском Союзе Потребительских Обществ в 1924 году растрачено 2.000.000 руб.

Растраты только в московских профсоюзах (в низовых организа­циях) составляют за последние 1,5 года 321.317 руб. Так, в местных организациях московского отдела союза Медсантруд было произведено в 1925 году 18 растрат, из них только 2 растраты были совершены в силу нужды, а остальные 16 были произведены в связи с пьянством. На деньги, растраченные в союзе Медсантруд, можно было бы иметь лишних 30 школ для неграмотных.

Надо учесть еще и то обстоятельство, что произведенная растрата вызывает со стороны государства еще ряд дополнительных расходов по ведению судебного процесса и пр. Т. Сольц в одной из своих статей сообщает, например, что организация выездной сессии суда по одному растратному делу в 36 руб. стоила государству 200 руб.

Число растрат неуклонно продолжает увеличиваться. Например, из гор. Грозного сообщают, что там более половины всех дел, находящихся у следователей, вызваны растратами («Рабочая Москва», № 298—1925 г.). В октябре 1925 г. число растратных дел по РСФСР   было 3.134, в декабре 1925 г.—уже 5.021 дело, а в январе 1926 г. дошло почти до 6000 дел.  По   всему   СССР в декабре  1925  г.  было  растрачено 2.700.000 руб., а в январе 1926 г.   растрачено уже 4.000.000 рублей.

 

д) Проституция, венерические болезни и ал­коголь.

Проституция тоже неразрывно связана с алкоголем. Голод гонит женщину на бульвар продавать свое тело, но обычно только благодаря опьянению она впервые соскальзывает на роковую дорожку. А там она почти неизбежно встречается с преступным миром и часто идет с ним уже рука об руку. Среди постоянного пьянства протекает жизнь проститутки: пьяный «гость» требует веселья и ком­пании, поэтому она не может отказаться от выпивки с ним; если отка­жется, то ее сейчас же заподозрят в том, что она больна и лечится, она потеряет тогда «гостя», который к тому же оскорбит, а, может, и изобьет ее. Да без алкоголя многие из них и не выдержали бы своей «профессии». Алкоголь — известный сводник он —спутник, друг и покровитель проституции. Проституция же — главный очаг венерической заразы. Грозный яд этой заразы попадает в тело человека, главным образом, опять таки благодаря алкоголю. Большинство заражений ве­нерическими болезнями происходит в состоянии опьянения, когда у челове­ка разжигаются половые желания, когда он забывает об опасности или не может остановить себя пред нею.

Итак, алкоголь ослабляет здоровье и жизнеспособность народа, подтачивает и отравляет его молодые побеги, обрекая рождающееся потомство на увядание и гибель. В то же время алкоголь является Рассадником преступности, проституции и венеризма, сплетает их вместе и неразрывно и питает их своим ядом.

3. Алкоголь разоряет страну.

а) Алкоголь уничтожает продукты народного питания. Алкоголизм отнимает   у  народа   необходимые продук­ты питания,  из которых народ должен черпать свою физическую и психическую энергию. Эти продукты уничтожаются на изготовление спирта. Они пропадают для народа не только без пользы, поскольку не служат к созиданию других материальных и культурных благ, но из них создается   народный враг,  ибо на винокуренных заводах хлеб народный превращают в яд-алкоголь, сокрушающий силу, ум, волю сознание народа.  На винокуренном заводе из каждых   5   фунтов годного хлеба готовят 1 бут. чистого спирта, т.-е.  такое количество яда, которое насмерть убивает непривычного к алкоголю  человека. ( см. рис. 14). В дореволюционной России продукты на эту цель уничтожались в громадных количествах. Так, в 1903 г. рожь была снята с 28 милл. десятин, из них рожь с 2 милл. десятин пошла на вино­куренные заводы; в 1906 г. около 200 миллионов пудов полезных продуктов питания было уничтожено на изготовление спирта. Коли­чество уничтожаемых продуктов питания, как и количество потребляемого спирта, с каждым годом росло, и в 1912 г. на винокуренные

 

заводы поступило на выгонку спирта уже 234 милл. питательных про­дуктов (из них 182% милл. пуд. картоф., 182,5 милл. пуд. пшеницы, 7 милл. пуд. кукурузы, 13 милл. пуд. ржи и т. д.). В то же время на пивоваренных заводах было уничтожено около 15 милл. пудов ячменя. Если бы эти продукты не были употреблены на изготовление яда-алкоголя, то они служили бы источником народной силы, здоровья и богатства. Если бы человек мог питаться одним хлебом, то тогда в одной только ржи, уничтоженной в 1912 г. на винокуренных за­водах и составившей по весу всего около 1/20 всех уничтоженных продуктов, имелось энергии, которой достаточно было бы произво­дить обычную работу одного рабочего в течение почти 200 милл. рабо­чих дней; в картофеле такой же энергии имелось на 700 милл. рабо­чих дней. Иначе говоря, количество потерянной народом в 1912 г. только в хлебе и картофеле энергии было столько, сколько способно было бы питать и производить работу 2,5 миллионов рабочих в тече­ние всего года.

Если эти продукты являлись излишними, и если, предположим и без них народ был обеспечен достаточным питанием, а, следователь­но, и энергией, то тогда они могли бы идти за границу в обмен на и обходимые для народа и его хозяйства товары и машины, увеличивая тем богатство народа и поднимая его культуру. Но картофель и рожь составляли только часть уничтоженных продуктов; помимо картофеля и ржи и другие ценные  продуты народного питания (пшеница, патока, рис и пр.) шли на винокуренные заводы, а потому вполне понятно — какие неисчислимые потери в общей народной энергии и какие громадные убытки в хозяйстве терпел и может терпеть народ от винокурения.

Все, что сейчас говорилось по отношению к заводскому вино­курению в смысле уничтожения продуктов, сохраняет в еще большей степени свое значение и по отношению к домашнему винокурению. Правда, подсчитать все количество продуктов, которое уничтожается при домашнем винокурении, в настоящее время невозможно, так как это винокурение тайное, никто, нигде и никаких записей и подсчетов не ведет. Только во время удачных обысков удается милиции отобрать аппарат, закваску и готовую самогонку. Тов. Зиновьев на учитель­ском съезде в Москве в январе 1925 г. сообщил, что в 1922 году у нас было обнаружено 94.000 случаев самогонокурения, в 1923-м году— 191.000, а в 1924 году—уже 275.000 случаев, при чем отобрано 73.000 самогонных аппаратов. Но ведь обыск—только один день в «деятель­ности» самогонщика, который до этого гнал, а подчас и после обыска опять будет гнать самогонку. А сколько осталось необнаруженных самогонщиков!    Самогонные    аппараты   нещадно   уничтожают    по всему   простору   СССР   хлеб   народа — продукт его земли и труда. Хлеб   является   основой   нашего   народного   хозяйства    и    одним из самых главных источников  его доходов[17]).   Поэтому   самогоно­курение,    как   злой   хищник,   врывается   в   хозяйство    народа   и расхищает   хлеб — основу   его    благосостояния.    В    одной   только Омской губ. из 28 миллионов пудов ржи урожая 1922 г. на самогонку было уничтожено 5 миллионов пудов (из газетных сообщений).  В Томской губ. уничтожается на ту же самогонку более 1-го миллиона пудов ржи ежегодно (из сообщения на 1-м Всесоюзном Совещании врачей психиатров и невропатологов в октябре 1925 г.). Следовательно, надо предполагать, что количество уничтожаемых на самогонку по всему СССР   продуктов  должно   быть   ужасающее   по   своим   раз­мерам, ибо, во-1-х,   изготовление и потребление самогонки приняло громадные и угрожающие размеры, и, во-2-х, при домашнем виноку­рении, продукты крайне неэкономно уничтожаются, так как само­гонщик не знает всех тонкостей дела винокурения, да и «завод» его, понятно, не имеет оборудования по последнему слову техники.

В газете «Известия ВЦИК» еще в 1923-м году (№ 53) был сделан по этому   поводу на  основании поступивших в  газету  сообщений следующий расчет: «одна только волость тратит на самоотравление около 6 тысяч пудов хлеба в год. А если подсчитать, сколько же таких волостей имеется по всей России, и сколько они тратят драгоценного хлеба на сивуху, то мы приведем в ужас от получающейся астрономической цифры, которая во много раз покрывает количество хлеба предполагавшегося к вывозу на мировой рынок для укрепления нашей валюты».

С тех пор количество уничтожаемого  на   самогонку  хлеба еще более увеличилось. Предполагается, что расход хлеба на   самогонку составляет в настоящее время около 150—200 миллионов пудов в год, при чем тратится отборное зерно. Эти 200 миллионов народного хлеба превращаются народом же в яд народный. А сколько добра можно было бы приобрести на этот хлеб, если бы он был сбережен в народном хозяйстве. Известно, что наши заботы и наше внимание особенно направлены в настоящее время на поднятие производительности сельского, хозяйства, чтобы увеличить покупательную способность  крестьян  и увеличить количество сырья. А от этого будет расти и наша промышленность. Для того чтобы поднять производительные силы сельского хозяйства, необходимо перейти от первобытных  способов   обработки земли к машине. Так вот, на хлеб, который  уничтожается   крестьянством на самогонку, и только в течение одного года, можно было бы приобрести около 50.000 тракторов с гарнитуром при каждом из них (плугом и бороною), 50.000 молотилок, столько же веялок и  косилок. А у нас с 1922 г. по настоящее время ввезено 5.500 тракторов, закуплено еще 10.000 тракторов, так что их будет у нас пока всего 15.500.

Без всяких слов ясно, какие колоссальные и невозвратимые потери ежегодно несет самогонная сивуха и сельскому хозяйству и народному труду.

На хлеб, уничтожаемый ежегодно на  самогонку, можно было бы на место курных изб и мазанок, построить десятки тысяч новых, прекрасно   устроенных   в   хозяйственном   и   санитарном   отношении крестьянских домов.  Образцовые  электрофицированные  деревни  со школами,   больницами,   избами-читальнями, агрономическими   пунктами выросли бы на просторе нашего Союза.

Это не разгоряченная фантазия, а холодные цифры, которые наглядно показывают, как расточаются с самогонкой народная сила и народное богатство.

Ведь 200 миллионов пудов   хлеба, уничтожаемого в деревне на самогонку, составляют почти  пятую часть нашего товарного  (т.-е.продажного) хлеба урожая 1925 г.

В городах уничтожают на самогон громаднейшее количество, сахара.

Следовательно, самогонщик является не только отравители народа, но и расхитителем народного достояния. Он является врагом государственной торговли и промышленности, он подрывает подъем и развитие народного хозяйства и разрушает основы его строительства так как похищает у народа его действительные ценности—хлеб
и сахар, которые могли бы идти за границу в обмен на товары и машины,
особенно нам необходимые для поднятия нашего сельского хозяйства нашей промышленности. Хлеб—наше золото, наша валюта. Всякий   гражданин, пьющий самогонку, тем самым   поощряет противообщественную   и   преступную   деятельность   самогонщика   и является его соучастником, вкладывая и свою долю в общее дело ра­зорения страны самогонкой.

б) Алкоголь отнимает у народа деньги. Потре­бление спиртных напитков, кроме уничтожения продуктов питания, вызывает у народа громадные и совершенно непроизводительные траты денег.

Русский народ в последние годы перед войной расходовал на покупку спиртных напитков более одного миллиарда золотых рублей. Правда, за границей эти расходы еще больше. Напр., во Франции в 1912 году было истрачено на спиртные напитки 1347 милл. руб., в Гер­мании—1320 милл. руб., в Англии—1280 руб., а в России—1006 милл. рублей. Но там и общий народный доход был гораздо больше, чем в России, и поэтому траты на алкоголь за границей могли произво­диться без особо заметного ущерба, тогда как у нас расходы на алко­голь разоряли народ, составляя весьма значительную расходную часть его скудного бюджета. Этот расход доходил в промышленных губерниях, на промыслах, на фабриках и пр. до 20—25% (в некоторых случаях и больше) всех расходов рабочего и крестьянина. Например, крестьянин Богородского уезда, Московской губ., из каждых рас­ходуемых им 100 рублей тратил:  

На хлеб              ......................... …...32 руб.

На водку       ...                        .    .    24 руб.

На сахар                                   .    .     9 руб.

Рабочий в рудниках тратил на алкоголь почти столько же, сколько и на продовольствие:

На продовольствие     ..    …...    10 руб.

На алкоголь ……….................... 8 руб.

Это из 28-рублевого заработка!

Если считать на круг, то русский рабочий и крестьянин отда­вали алкоголю в среднем 10—12% своего дохода.

Доход России на душу населения составлял тогда 63 руб., Расход на алкоголь—около 7 руб., тогда как в Англии душевой доход равнялся 309 р., во Франции—256 руб. и в Германии — 280 руб. Хотя заграничный рабочий и больше денег тратил на алкоголь, но у него все же оставалось на прожитие сумма в несколько раз большая, чем русского.

В настоящее время народ в общем пьет меньше,  чем в дореволюционные годы, но расходы на алкоголь при нашем общем обеднении должны быть   весьма   ощутительны.   В бюджете    трудящегося они отвоевывают   свое   место   и   понижают   его   реальный   заработок. В циркуляре ЦК Союза Текстильщиков, которым предлагается местам усилить борьбу с пьянством, говорится: «во многих местах рабочие во время получки оставляют если не весь, то очень значительную часть   своего   заработка   в   пивных»  («Известия   ЦИК  и   ВЦИК»  26/VIII —1924 г., № 193). Случается и так, что разгулявшийся рабо­чий или служащий пропивает всю свою получку. «Получка—труд полного месяца—некоторыми «любителями» спускается  в несколько минут»  (Н. Лебедев, «Известия ЦИК  и ВЦИК»,  № 136—1924 г.).

«На грязный столик липкий

Склонилась голова,

Стоит жена с Антипкой,

Трясет за рукава.

Чего еще приперла?

-Бормочет пьяный муж,

А ей сдавило горло:

Пойдем, довольно уж

А звуки скрипки льются,

Певец совсем осип.

Тихонько тянет с блюдца

Горошинку Антип.

Берет дрожащей ручкой,

С утра не ел малец,

Расправился с получкой

По-своему отец.

Вставай, чего ломаться?

Перед детьми грешно!

             ***

Хотел я посмеяться,

Да что-то не смешно».

(Из журнала «Бегемот»—1924 г.)

 

Орехово-зуевские рабочие истратили в течение 1924 года только на пиво и вино, которые покупали в своем центральном ко­оперативе, 667.000 рублей. А если прибавить сюда те деньги, которые были истрачены ими на самогонку, и которые подсчитать, понятно, нельзя, то сумма денег, пропитых ими, в действительности должна быть много больше. На эти деньги можно было бы построил» рабочий  поселок  в  80—90 домов  с  большим  прекрасным клубом.

Из   гор. Вязники,  Владимирской губ., сообщают, что там за год—по подсчету — выпито вина 192 тысячи бутылок, пива — 573.070 бутылок. Это составляет около 107 бутылок на каждого вязниковца начиная с 16 лет.

По самым  скромным подсчетам, вязниковцами за год пропито около 700.000 рублей, которые всей тяжестью падают на бюджет ра­бочей семьи («Рабочая Газета». № 87—1926 г.).

Сюда, однако, не вошли еще деньги, истраченные там на самогонку, которые   наверное, тоже исчисляются сотнями тысяч рублей. Таким образом, алкоголь отнимает у рабочих, у служащих, и у их семей продовольствие, одежду, обувь, жилища, предметы куль­турного обихода (газеты, книги и т. д.). От этого страдает не только благополучие отдельных граждан, но страдают и отдельные отрасли государственной промышленности (текстильной, швейной, кожевенной пищевой, полиграфической и пр.), так как их обороты сокра­щаются: пьющие граждане, расходуя деньги на выпивку» покупают меньше полезных и необходимых изделий госпромышленности.

Траты народных денег на алкоголь не только непроизводитель­ны, то есть не служат обогащению народа, его культурному росту и увеличению производительности труда, но они влекут за собою даль­нейшие и громаднейшие убытки, как в материальном благосостоянии отдельного гражданина, так и в общем народном хозяйстве.

Вспомним хотя бы те разорительные траты народных денег, которые идут на лечение больных, заболевших от алкоголя, на со­держание инвалидов от того же алкоголя, на тюрьмы и исправи­тельные колонии, верным поставщиком которых алкоголь всегда был и есть!

в) Алкоголь понижает производительность на­родного труда. Разрушая здоровье народа, ослабляя и под­рывая его физические и умственные силы, алкоголь понижает произво­дительность народного труда и уменьшает общее количество рабочих рук. Поэтому при потреблении народом алкоголя соответственно по­нижается качество и уменьшается количество создаваемых жизненных ценностей. На самом деле: нам известно, что алкоголь отравляет мозг, поэтому пьющий человек хуже соображает, он работает не так внимательно, как нужно; во всяком случае пьющий человек работает хуже, чем мог бы он работать, если бы был трезвенником. Продукты труда пьющих получаются более низкого качества, нередко   испорченные.   Из   рук   пьющих    общей  массе)  выходит гораздо больше бракованных материалов, чем из рук непьющих. Не­давно в комиссии при ВСНХ по улучшению качества продукции председателем которой состоит тов. Троцкий, были доставлены тер­мометры производства нашей промышленности. Все они оказались неважными, причем в одном из них даже оказалась запаянной... муха. По этому поводу тов. Троцкий наложил резолюцию такого содержа­ния: «Очевидно, мастер, который сделал термометр с мухой, был тоже  «с мухой».

Мы также  видели, что у пьющего   человека от алкоголя сила  уменьшается, поэтому пьющие люди сработают меньше, чем не пью­щие (конечно, при одинаковых способностях и одинаковом опыте). Для разрешения вопроса о влиянии алкоголя на производительность  труда в Америке было произведено, например,  такое исследование: рабочие были разделены на 2 партии (по 40 человек в каждой), из них  одна партия  получала определенное (небольшое)  количество  алко­голя, другая — не получала. В результате трехнедельного наблюдения  оказалось, что те рабочие, которые получали алкоголь   при одина­ковом с другими рабочем дне, сработали меньше,  чем те,  которые алкоголь не получали.

Интересно так же наблюдение, которое было произведено в Англии над рабочими одного кирпичного завода. Это наблюдение по­казало, что и умеренно пьющие рабочие выработали за год на 35.000 кирпичей меньше, чем рабочие-трезвенники.

Точно так же  было  установлено,  что  наиболее  выносливыми при переходах и вообще лишениях войны оказались те воинские части, которые ничего спиртного не получали.

Народное   хозяйство  питает живая рабочая сила. Чем больше этой живой силы, тем производительнее народный труд. В особен­ности это имеет значение у нас, так как наша техника ещё не так раз­вита, чтобы тяжесть многих работ можно было возложить на машину. В промышленном труде часто должны делать у нас  рабочие мускулы то, что в других странах выполняют пар и электричество.

В нашей деревне, где нет почти машин, где земля вспахивается сохой, где луг косят мускулы косаря, где молотят хлеб палками (це­пами), работая от восхода до захода солнца, там особенно необходима и потому особенно ценится физическая сила. Красавцем в деревне считается мужчина, про которого говорят «косая сажень в плечах», а красавицей считается та женщина, у которой «кровь с молоком».

Состояние живой рабочей силы зависит от состояния здоровья населения Чем здоровее и крепче будет народ, тем больше он сделает.

Алкоголь затрудняет работу по оздоровлению населения, то есть по сохранению и развитию его живой рабочей силы.

Главная задача советского здравоохранения есть предупреждение болезней   (профилактика).  Лучше   и  дешевле   предупредить болезнь, чем лечить ее. Для этого надо уничтожать причины болез­ни   Алкоголь, как говорят, ставит палки в колеса при выполнении той задачи. Он служит причиной многих болезней, он осложняет и отягощает течение других болезней; наконец, являясь сам социальной болезнью, алкоголь способствует распространению других социаль­ных болезней — туберкулеза, венерических и других болезней.

Таким образом, от алкоголя сокращается у нас фонд живых рабо­чих сип страны.

Но и имеющиеся живые силы страны при потреблении алко­голя дают еще меньшую продукцию своего труда, так как алкоголь сокращает общее количество рабочих дней.

Известно, наприм., что при потреблении спиртных напитков у трудящегося населения бывают прогулы. Прогулы случаются обычно после праздников и после получек, то есть после пьяных дней. Это значит, что пьющий человек не только истратил деньги на алкоголь, но часто не может работать и на следующий день, да, кроме того, вместо нужного отдыха и накопления сил, которые необходимы для поддержания про­дуктивности труда, он здоровью своему повредил. Производительный народный труд несет колоссальные потери от прогульных дней, так как фабричный станок, к которому не пришел работник, молчит.

Для того, чтобы наглядно уловить связь прогулов с алкоголем, интересно, например, просмотреть распределение прогулов по дням недели на московском заводе «Каучук».

Взята ведомость за ноябрь месяц 1925 г. Надо принять во вни­мание, что 5 и 20 числа каждого месяца там бывают получки.

Здесь, в ведомости, показаны только прогулы по неуважи­тельным причинам (т.-е. без больничного листа, без предваритель­ного разрешения администрации, вообще без всяких оправдательных данных).

Жирным шрифтом обозначены прогулы после дней отдыха и после   получек:

 

 

 

Из этой ведомости мы видим, что после дней отдыха (в поне­дельник и отчасти во вторник), а также после дней получки (6-го и 21-го числа), прогулы по неуважительным причинам делают скачки в 2—4 раза больше, чем в остальные дни. Надо полагать, что боль­шинство этих прогулов вызвано болезненным состоянием похмелья

Влияние алкоголя на прогулы единодушно отмечается рабочими  корреспондентами. Напр., один пишет, что «вред от самогона большой. Мало того, что жены и дети рабочих голодают, мало того, что рабочие пропивая получку, держат семью полураздетой, самогон увеличивает процент прогулов. Процент прогулов, в особенности после дней отдыха, доходил у нас до 15.  Производство от этого  страдает,  станки  делают простой»  (корреспонд.  из   Ярославля, «Правда», № 186—1924   г.). Или: «Пьяным прогулам пора положить конец» (завод «Красный Богатырь», Москва).  «В лакировочном отделении нет полумесяца, чтобы не было от 10 до 20 дней пьяных прогулов на артель в 30 человек. Пьяные ухитряются получать  из страхкассы пособие «по болезни». («Рабочая Москва», № 276—1924 г.). И т. д.

Прогулы растут и растут, удорожая производство.

В Кременчуге прогулы на 2-м государственном кожевенном заводе приняли массовый характер. На каждого рабочего прихо­дится там пятнадцать дней прогулов в месяц.

На Дедовской фабрике тоже за последнее время сильно увели­чились прогулы. Особенно увеличились прогулы после получек, когда число прогуливающих из общего числа 2800 рабочих доходит до 400. Иногда стоят без работы по 35—40 машин. «Главная причина про­гулов — пьянка», пишет рабкор («Рабочая Газета», № 66—1926 г.).

Фабрика б. Циндель  (в Москве) дала за январь 1926 г.— 6.024  прогульных дней, из них 1560 — без уважительных причин. В феврале почти та же  картина.

На заводе «Серп и Молот» (б. Гужон, в Москве) бывают дни, когда не досчитывается на работе до 900 рабочих.

На недавнем Московском Губсъезде  Союза Текстильщиков подведен итог прогулов за 1925 г.: оказалось, что прогуляли 21% рабочих дней.

На заводах Южного Урала рабочие прогулы за одну масленицу дали 200.000 руб. убытка.

На Сормовском заводе прогулы после получек доходят до 509.

Примерам этим конца нет...

По всему СССР неоплаченные прогулы (т.-е. прогулы по не­уважительным причинам) в 1924 — 1925 бюджетном году равнялись 16 из 40,8 дней пропуска в будни (за год на одного рабочего).

«Все сообщения   свидетельствуют,   что   введение   водки   число таких прогулов еще значительно повысило. Вот куда надо обратить самое серьезное внимание», — пишет Н. А. Семашко («Известия ЦИК и ВЦИК», № 82—1926 г.).

Но если рабочий и является на работу после того, как он накануне был пьян, то тогда приходит он к своему станку, что называется, спохмелья: с несвежей головой, с неточным глазомером, с трясущи­мися пальцами и т. д., так как его организм еще не освободился от яда алкоголь находится в теле человека и отравляет его в течение почти
2-х суток). В таком случае он не только меньше и хуже сработает, но
под его нездоровыми руками легко может произойти и поломка машины.
Ведь он тогда не так ловко и аккуратно обращается с ней, а главное
_ он тогда особенно легко может получить здесь увечье. В этом отно­шении интересна, например, таблица распределения по дням недели
каждой 1000 несчастных случаев, которые имели место в германской
промышленности в 1907-м году:

Понедельник    .   .   169 несчастных случаев.

Вторник................... 108       

Среда ....                  .157

Четверг .   .            ….160

Пятница................... 163       

Суббота................... 168

Из этой таблицы мы видим, что больше всего несчастных слу­чаев бывает в производстве по понедельникам — после пьяного празд­ничного дня и по субботам — вследствие усталости, наступившей к концу недели.

У нас число несчастных случаев, связанных с алкоголем, до­ходит до 60% .

Трудящийся, получивший увечье, должен ложиться в больницу или получает отпуск для амбулаторного лечения. Для производства пропадает теперь, иногда надолго, его живая сила. Машина же, в случае, если она им испорчена, требует тогда труда и средств для исправления и тоже иногда надолго останавливается, отчего произ­водство несет большие убытки. Например, недавно на одной московской фабрике был случай, когда остановилась одна важная машина, У которой работал рабочий с похмельной головой. Остановка этой машины вызвала на некоторое время остановку работы почти всей фабрики.

Еще хуже может обстоять дело, когда рабочий выходит на ра­боту и работает опьяненный, что и случается. Многие приходят «Опохмелившись» (т.-е. предварительно с похмелья выпив дома) или выпивают в производстве.

«Очень часто рабочие Белохолуницкого завода (Урал) являются на работу пьяными. Повертятся в цехе, поругаются и уходят.

Некоторые приносят с собой сороковки и так назюзюкиваются, что на четвереньках ползают. Прогулы рабочих крайне мешают производству».

«Среди шахтеров Петровского рудника (Донбасс) пьянство принимает прямо-таки ужасающие размеры. От этого производительность шахты № 4/21 снизилась на 300 вагонов руды в месяц».

(«Рабочая Газета», № 296—1925 г.).

Та же «Рабочая  Газета»,  которая,   надо   сказать,   неутомимо  отмечает на своих страницах все беды в народной жизни, происходя­щие от потребления алкоголя, в статье «Пьянство срывает производ­ство» (№ 297—1925 г.) пишет:

«Пьянство дезорганизует ряды пролетариата, срывает производство, ослабляет  дисциплину труда. Увлечение  «сорокаградусной» принимает угрожающий характер.

Взгляните,   что   делается  в Перовских   вагонных мастерских Московской Казанской  железной  дороги.   Здесь  рабочие   в обеденный перерыв  приносят с собой водку и до того напиваются, что двух слов связать не могут.

Половина   рабочего  дня,  таким  образом, зря пропадает. А  если даже и    будет пьяный стоять за станком, то его работа окажется крайне плохого качества.

Невероятные  безобразия творят пьяницы на фабрике «Коммунистический   Авангард»  (ст. Ундол, Владимирской губ.), а на утро спешат в больницу получить бюллетени «по болезни».

Страна требует усиления производительности труда, а пьяницы «болеют» на законном основании.

Прогулы рабочих в послепраздничные дни усиливаются. На одних только   тульских  заводах невыход  по   понедельникам на работу достигает в некоторых мастерских 40 процентов, а в строительной, например, мастерской понедельничные прогулы дают 90 процентов.

Интересы  нашей  промышленности  требуют   перехода  в  наступление   по  всему «пьяному фронту».

Распитие водки в производстве должно сурово преследоваться. Ведь хищения   и злоупотребления наказуются в судебном порядке, а пьянство в производстве, вле­кущее за собой ослабление производительности, падение дисциплины труда, равно как и прогулы, является  массовым расхищением государственных средств».

Нередко бывает, наприм., что пьяный человек, которому, как гово­рится, «море по колено», по неосторожности причиняет сам себе увечье, получает или другому наносит это увечье в пьяной ссоре и драке. Нам уже известно, что подавляющее большинство преступле­ний, телесных повреждений и вообще несчастных случаев связаны с алкоголем: от 60 до 90% их происходит в предпраздничные, вос­кресные и послепраздничные дни, а также в окрестностях трактира, на пути к нему или в местах распития. Например:

«Кровавые побоища совершаются ежедневно в пивной, что на Покровском Камер-Коллежском валу (в Москве). Пьяная ругань, скандалы, драки бутылками с утра до вечера. По вечерам всегда несется вопль: «Караул!» «Милиция!» Пишут­ся протоколы, отвозятся раненые в больницы, а на другой день опять тоже самое».

(«Рабочая Газета», № 10—1926 г.).                                       

                                                                                                 

В маленьком городе Оренбурге, как сообщает журнал «Меди­цинский Работник» (№ 71—1926 г.), на праздник рождества умерло 3 от опоя, 7 отравились, 2 перерезали себе горло, у 2-х были откушены в драке пальцы, было 6 переломов костей, 47 ранений, 49 тяжелых побоев... А сколько осталось незарегистрированных слу­чаев драк, увечий и т. д. «За ковш—так и за нож, за чарку—так и за драку», — говорит народная пословица. В случае несчастья, телесного повреждения и пр. пострадавший человек лишается иногда надолго работоспособности. Он должен лежать в больнице, терпеть убытки или, если он нанес другому увечье, идти под суд

Понятно, что от всего того, что неизбежно бывает при потребле­нии спиртных напитков, — от понижения работоспособности, от болез­ней, от пьяных прогулов, от похмельных дней, от телесных поврежде­ний и несчастных случаев, от правонарушений и т. д., и т. д.,—полу­чаются большие убытки в хозяйстве и большие недохватки в произво­дительном труде.

Поэтому в Соединенных Штатах Северной Америки (уже давно некоторые акционерные компании принимают на службу и работу в свои предприятия только трезвенников, предоставляя им целый ряд льгот по службе (большие отпуска, увеличенное содержание и т. Д.) Руководители этих компаний, по-видимому, убедились в том, что только с трезвенниками можно работать по НОТ (научной организации труда).

Теперь это делают также в Англии и в Германии.

На наших профсоюзных съездах в начале 1926 г. председатель Совнаркома СССР т. Рыков и председатель МГСПС т. Михайлов в своих докладах указывали на то, что производительность труда за вторую половину 1925 года у нас стала ниже.

Конечно, это падение производительности народного труда зависит от многих обстоятельств: от изношенности машин, от недо­статка материалов, от общего ослабления здоровья трудящихся, которое получено в наследство от прежнего режима, которое особенно усилилось после пережитых тяжелых годов войны, эпидемий, холод­ного и голодного существования и т. д.

Но в числе причин, которые вызвали понижение производитель­ности народного труда, алкоголизм населения занимает у нас далеко не последнее место.

г) Алкоголь и пожары.

Много, конечно, и всяких дру­гих несчастий, вносящих убытки, разорение и опустошение в народ­ное хозяйство, происходит от алкоголя. Взять хотя бы деревенские пожары, которые уничтожают у нас иногда целые деревни. Статистике известно, что деревенские пожары бывают обычно в дни особого разгула, в «годовые», «храмовые» и прочие праздники. И действительно: выпадает окурок из пьяной руки, выйдет пьяный во двор посмотреть скот с горящей свечей или лампой, поставит захмелевшая женщина неосторожно самовар и т. д., — загорается сарай или дом, пламя перекидывается по соломе дальше, а тушить некому, так как вся деревня пьяна, да и тушить подчас нечем: нет пожарных машин и инструментов. В летний праздничный день дымок днем или зарево ночью на горизонте от далекого пожара — обычное явление в деревне. Я помню пожары, в особенности в весенние и летние празд­ники (на пасху, на ильин день, на успенье и пр.), когда сгорали по несколько десятков домов, когда выгорали целые деревни; причина их — опьянение по поводу праздника. В деревне обычно можно слышать такие выражения: «сгорели на покров», «сгорели на святой»...

У Чехова есть рассказ «Мужики», в котором он художественно пред­ставил ряд картин из быта старой, дореволюционной деревни. Там есть и картина деревенского пожара, отрывки которой я привожу:

«На успенье, в одиннадцать часов вечера, девушки и парни, гулявшие внизу на лугу, вдруг подняли крик и визг и побежали по направлению к деревне и те,   которые  сидели наверху,  на  краю   обрыва, в первую  минуту  никак  не могли понять, отчего это.

       Пожар! Пожар! — раздался внизу отчаянный крик.    Горим!

Те,  которые  сидели  наверху,   оглянулись,   и   им   представилась   страшная, необыкновенная картина. На одной из крайних изб, на соломенной крыше стоял  огненный, в сажень  вышиною, столб, который клубился и сыпал от себя во  все  стороны  искры,  точно  фонтан бил. И тотчас же загорелась вся крыша ярким пламенем, и послышался треск огня.

Свет луны померк, и уже вся деревня была охвачена красным, дрожащим светом.

Те самые мужики, которые только что гуляли в трактире, тащили на себе пожарную машину. Все они были пьяны, спотыкались и падали, и у всех было беспомощное выражение и слезы на глазах

          Девки,   воды! — кричал  староста, тоже  пьяный. — Качай!.. Потрудитесь,  
православные, по случаю такого несчастного происшествия!

Семен, обращаясь то к одному, то к другому, рассказывал, отчего загорелось:    - Этот самый старичок-то Жуков приходит... Ну, выпили по стаканчику,

известно...   Баба  заходилась   около  самовара, — старичка чаем попоить, да не в

добрый час заставила самовар в сенях, огонь из трубы, значит, прямо в крышу

в солому, оно и того...

А  в  чугунную  доску   били   без  устали  и  часто  звонили  в  церкви  за рекой»..

Никто не станет отрицать, что алкоголь способствовал и способ­ствует разгулу «красного петуха» в деревенской России. А в России сгорало ежегодно в довоенное время на 0,5 миллиарда золотых руб. (считая здесь и сгоревшие домашнее имущество, скот, зерно и проч.), не говоря уже о том, сколько слез и горя приносили — да и сейчас приносят — пожары деревенскому народу.

Ведь кто жил в деревне, тот знает, какую жуткую картину представляет деревенский пожар, особенно ночью. Какое отчаяние слышно в криках и плаче погорельцев, какой страх на лицах тех, к кому подкрадывается язык пламени! Тревожный и непрерывный звон набата, рев испуганных животных и крики птиц, грозное и всепо­жирающее пламя — все это потрясает зрителя. Недаром пожары оставляют на всю жизнь самые сильные воспоминания из детства в деревне.

Слышишь воющий набат?

Точно стонет медный ад!

Эти звуки, в дикой муке,

Сказку ужасов творят.

Точно молят им помочь,

Крик кидают прямо в ночь.

Каждый звук

То длиннее, то короче,

Выкликает свой испуг...

(Э. По).

В первые годы трезвости число пожаров у нас значительно было сократилось, но потом опять стало постепенно расти, так как народ стал потреблять спиртные напитки. Так, по данные Госстраха   в 1923 году число пожаров было вдвое больше, чем в 1922 году, а в 1924 году число пожаров достигло почти довоенной цифры (в послед­ние годы пред войной было в среднем 72.000 пожаров в год, а в 1924 году - 68.000 пожаров). Понятно, что деревня горит теперь в большин­стве случаев от домашнего винокурения и самогонного пьянства. Об этом имеется много сообщений и со стороны селькоров. Например, селькор газеты «Правда» из Клинцовского уезда, Гомельской губер­нии, в своей корреспонденции «Горят соломенные хаты»  (№  133— 1925  г)   жалуется:

«Почти каждый день горят соломенные хаты... Горят и ночью, и днем...

Гудит колокольная медь, трещат соломенные крыши, плачут бабы и дети.

С ревом бегут в поля коровы и лошади.

Десятками и сотнями горит наша клинцовская деревня...

Недавно в селе Казаричах, Гордеевской волости, сгорело до полсотни хат, четыре гумна, общественный амбар, школа, — и все потому, что самогонщику надо было в амбаре гнать самогон для продажи в городе. Спешил и спьяна под­палил амбар, а от него сгорело столько хат, школа и общественный семенной амбар с зерном, которое надо было раздать по весне крестьянам.

С половины января до мая по уезду сгорело более 500 построек, до 200 голов мелкого и крупного скота.

Горят и люди. За это время успело сгореть до двух десятков человек, — главным образом   женщины и малые дети.

Многие семьи остались совершенно без крова, без куска хлеба на сего­дняшний день. Ходят, ездят по деревням, просят «христа ради».

Деревенская взаимопомощь поставлена слабо, а потому рассчитывать на помощь от кресткома не приходится.

Отчего горит наша деревня?

Самогон, скученность построек, поджоги, — вот главные виновники пожаров в селе. А отсюда должны быть такие выводы: 1) самогонщиков, подвергающих своим промыслом деревню ужасному действию пожаров, надо карать самыми строгими мерами; 2) надо провести в обязательном порядке постройку новых хат и других сооружений в селе по такому плану, чтобы не так губительно было действие пожара».

д) Общие итоги разорительного влияния алко­голя на народное хозяйство. Убытков и потерь в народном хозяйстве, которые вызываются народным потреблением спиртных напитков, так много, что всех их и невозможно перечислить, и невоз­можно точно их подсчитать.

В одном американском журнале был подведен итог стоимости потребления алкоголя за 10 лет, из которого видно, что Североамериканским Соединенным Штатам, где теперь запрещена продажа спиртных напитков, потребление их обходилось за эти годы вот во что:

1) денежные расходы на алкоголь — 600 миллионов долларов[18]); ,

 2) убытки от потребления спиртных напитков — 610 милл. долл.;

3) умерло от последствий алкоголя—300.000 чел.;

4)  заболело психически — 1.000 чел.;

5)  покончило самоубийством — 2.000 чел.;

6)  подкинуто  в  воспитательные дома —100.000 детей:

7)  оказалось в тюрьме — 150.000 человек;

8)  совершено убийств — 1.500;

9)  осталось вдовами—200.000 женщин;
       10) осталось сиротами —1  миллион детей.

Наукой доказано, что в 4 миллиарда золотых рублей обходилось  русскому народу (в довоенные годы) его пагубная страсть к спиртным напиткам. Эти 4 миллиарда складывались из денежных трат на спирт­ные напитки, из стоимости уничтоженных продуктов и вообще из всех убытков, которые народ нес от пьянства. А так как общий доход русского народа от всех его занятий и промыслов равнялся тогда 10—11 миллиардам золотых руб., то ясно, какое колоссальное опу­стошение вносил алкоголизм в народное хозяйство и во что обходилась стране казенная «монополька».

Говоря словами нашего великого поэта А. С. Пушкина:

«Наука сокращает нам опыты быстро текущей жизни», мы  поэтому, на основании данных науки; относящихся к нашему прош­лому печальному опыту, вправе заключить, что эти убытки оди­наково существуют и в настоящий момент. Подсчитать их сейчас не­возможно, но во всяком случае для народного хозяйства они могут быть колоссальны. Раз есть потребление народом спиртных напитков, то все разорительные спутники его должны быть и имеются налицо: и истребление продуктов, и расточительные траты денег, и понижение производительности народного труда, и прогулы, и несчастные случаи, и преступления, и болезни...

Наш СССР разорен предшествовавшими годами войны и хозяй­ственной разрухи, поэтому всякие лишения и ненужные расходы и убытки наносят тяжелые удары материальному состоянию Союза.

Герб СССР — серп и молот. При беспримерном напряжении сил и творчества народы Союза восстанавливают свою городскую про­мышленность и свое сельское хозяйство. В настоящее время выдви­нуты следующие основные задачи нашего хозяйственного строитель­ства: повышение производительности труда, улучшение качества продукции и режим экономии Алкоголь затрудняет выполнение этих задач, а порою и срывает их. Распространение алкоголизма препят­ствует скорейшему подъему и восстановлению нашего хозяйства, пре­пятствует его дальнейшему мощному развитию.

Какие же блага, какие радости покупал и покупает народ за те щедрые суммы, которые он расточает на алкоголь? Болезни, прежде­временное вымирание, сумасшествие, хилое и больное потомство получал и получает народ за свою привязанность к спиртным напиткам и за хмельной шум в голове. За собственные деньги покупает народ собственные несчастья.


Алкоголь наполняет тюрьмы и больницы. Он враг народа, при­творяющийся другом, потому что, радуя человека призрачной радостью опьянения, он в то же время ведет в нем незаметно, под шум пьяного веселья, свою разрушительную работу. Алкоголь — верный слуга смерти, который под маской друга ходит в народе, неузнаваемый в своем истинном лице. «От пьянства иссякает народная сила, глохнет источ­ник будущих богатств, беднеет ум и развитие»—писал еще в прошлом столетии Ф. М. Достоевский. Поэтому алкоголизм по справедливости считается бичом человечества

4. Алкоголь и трудящиеся.

Алкоголь всегда служил верным средством порабощения. Еще Екатерина  говорила: «пьяным народом легче управлять». На ряду с оружием спирт приводил в покорность русскому самодержавию на­ших многочисленных инородцев. Западноевропейские страны всегда пользовались опьяняющими средствами для успешного порабоще­ния колониальных народов (опий в Китае, тот же спирт в Америке, Африке и пр.). «Алкоголизм—враг социалистического равенства и политической свободы. Он обусловливает братство на одной стороне, безграничную эксплуатацию—на другой; он воспитывает в народных массах долготерпение, заставляет их мириться со всеми условиями жизни, на которые обрекает их господство сильных») (Массарик).

Не менее испытанным и верным и не менее гнусным сред­ством всегда служил и служит алкоголь в деле самой беззастенчивой наживы, подкупа и эксплуатации.

Известно, например, как быстро и сказочно обогащались у нас на Севере «предприниматели», которые спаивали северные народ­ности, получая за спирт богатые дары нашего Севера. В былые вре­мена помещики, соблазняя ведром сивухи, собирали на покос, жатву и прочие горячие работы целые деревни. За угощение водкой готовы были работать сверх меры и сверх сил. Ведро водки, обещанное во­время сельскому сходу, нередко решало неправое общественное дело. Одним из самых действительных средств склонить расположение схода в свою сторону была, примерно, такая несложная речь: «Пра­вославные, решайте дело: угощение за мною»!.. Потом, на лужайке, подходили поочередно к заветному ведру, пили из общей чашки и, утеревшись рукавом, закусывали здесь же огурцами или куском по­соленного черного хлеба. Вскоре лужайка оглашалась пьяными пес­нями и дракой... Про такую гульбу так и говорили: «пропивали» Какие-нибудь «дубровки», «знаменку» (лес, покос и т. д.), «Семена Егорыча» (который откупался, например, от выборной должности десятского, так как он служил в Москве и остаться в деревне десят­ским — значило для него полное разорение). Угощение водкой перед волостными или сельскими выборами решало дело в пользу того, кто угощал. Подкуп водкой был самый действительный подкуп. А после выборов   опять следовало обещанное угощение: теперь «обмывают» нового старшину или старосту.

Обеды с обильными возлияниями устраивались рабочим на фаб­риках, заводах, мастерских по поводу всевозможных юбилеев, именин  хозяев, годовых праздников, молебствий и т. д.

Произносились речи, провозглашались здравицы, качали хозяев старших  мастеров...   Все это, понятно,   должно   было   притуплять  классовое чувство пролетария.

Из всех врагов пролетариата  алкоголь — один   из  наиболее сильных и
опасных.   Он   подрывает   материальное   благосостояние   рабочего   и
отдает его в кабалу, он  истощает тело рабочего, он держит его ум!
во власти темноты, невежества и предрассудков, он не позволяет ему!
разглядеть лицо своего классового врага.

В то же время алкоголь является для бедняка и угнетенного человека источником призрачной радости, которая скрашивает его существование: нет у него радости в действительной жизни—так он видит ее в чаду опьянения; унижен он — так сладостный обман неза­висимости и собственного достоинства он получает в пьяном бахвальстве; нет счастья—так он счастлив в пьяной песне, когда обнимается с своими друзьями или когда с блаженной улыбкой изливает пред ними свою «душу». Алкоголь является той отдушиной, чрез которую  совершенно безопасно для имущих классов находят себе выход гнев, горе, обиды и отчаяние обездоленных. Для многих из них без алкоголя и опьянения жизнь была бы невыносимой. Таким образом, алкоголь отвлекает негодующую силу пролетарского возмущения и топит ее в своих мутных и ядовитых потоках. Алкоголь подавляет волю пролетариата к борьбе.

В одной только Москве в последнее десятилетие перед войною вытрезвлялось в полицейских камерах более 60.000 человек ежегодно:  то есть 1 пьяный, вытрезвлявшийся в участке, приходился на 25 человек остального населения, включая и грудных детей. Пьяные доставлялись в полицейские участки с улицы в безобразно-бесчувственном состоянии,   подчас   избитые и изувеченные, потерявшие всякий человеческий вид. «По образному выражению одного из смотрителей—полицейская камера, наполненная опьяневшими, под утро, когда они поуспокоятся, похожа на корзину, наполненную раками. Пьяные, как и  раки, лежат в самых неудобных положениях с переплетенными ко­нечностями и телами: голова одного обращена к ногам другого; ко­нечности этого оплетают туловище третьего и т. д. Трудно бывает разобрать, какому туловищу принадлежит голова, рука, нога. Моча, экскременты, рвота одного попадает где придется другому»[19])... Так описывал в 1913 году д-р Чарнецкий картину применявшихся в царской России полицейских приемов вытрезвления пьяного народа. Эти 60.000, человек состояли из рабочих и мелких тружеников, так как никто из опьяневших представителей состоятельных классов, ко­нечно, в участок не попадал. Такая же картина тогда была и в других городах России. А сколько пьяных лежало по своим углам, сколько их не было подобрано... Понятно, что вся эта армия пролетариата, споенная дурманом «монопольки», была тогда темной и покорной силой в руках капитала.

Всегда и везде наиболее всех страдает от алкоголизма проле­тарская и вообще беднейшая часть населения. Нищий, бесправный, порабощенный и эксплуатируемый народ прибегает к крепким и де­шевым, быстро оглушающим напиткам, пьет их обычно натощак, на пустой желудок и быстро приходит в состояние тяжелого опьяне­ния. Понятно, такая форма потребления алкоголя приносит и наи­больший вред. Поэтому организм пролетариата, истощенный к тому же тяжелым трудом, скудным питанием и антисанитарными условия­ми жилища, подвергается самому губительному действию алкоголь­ного яда.

Следовательно, алкоголизм сильнее всего поражает пролетариат и среди пролетариата и его детей собирал и собирает свои неисчислимые жертвы.

 

 

VI. Причины народного алкоголизма.

1. Причины алкоголизма среди рабочих и крестьян.

Народным алкоголизмом называется привычное потребление народом спиртных напитков, которые стали для него постоянной потребностью.

Рабочих заставляют  пить тяжелые условия  жизни, создавае­мые эксплуатацией,   изнуряющий труд, затаенные  обиды, бесправное положение, антисанитарная обстановка их быта, скудное и одно­образное  питание  и  т. д.  Лишения,   горе  и   невзгоды   бедности и подневольного труда заставляют людей искать желанной радости и призрака счастья в опьянении. Материальная нужда и духовная темнота всегда идут рука об руку, поэтому  рабочий народ в часы досуга тянется к бутылке хмельного, чтобы получить в ней радост­ное возбуждение, найти веселье и почувствовать подъем сил, упав­ших в работе: он не имеет  и не знает других  путей забвенья, от­дыха и развлечения, он   верит, что алкоголь действительно поднимает его силы.   Ему необходимо  возбуждение, и развлечься нужно  потому, что потребность  в этом  вообще заложена в природе человека, а утомленная однообразной и тяжелой работой нервная система  рабочего  человека  особенно  в этом  нуждается.   «Что же делать? Куда пойти?»—задает он себе вопросы, когда наступает день отдыха. В трактире тепло, светло, играет   музыка, там шумно, а дома—не­уютно, потому что вся семья обычно ютится в одной комнате, под­час сырой и темной. Трактир зовет к себе кричащими объявлениями, и утомленный,   отупевший   от   однообразного   труда   рабочий идет провести свои часы досуга и отдыха туда, в трактир, в компанию своих   друзей   или просто «на народ». А если   он  остается дома, то  он  добывает  выпивку,  чтобы  скрасить   ею   свой  невкусный и недостаточный ужин, чтобы искусственно  разжечь и возбудить ап­петит, чтобы под влиянием опьянения более приветливым, светлым и уютным показался ему тогда его домашний угол... После отдыха опять начинается  утомительная, тяжелая  и скучная работа, опять потянутся  рабочие дни, состоящие  из  однообразного  чередования изнурительной работы и сна, без радости, с постоянным гнетом зависимости и тупого подчинения. Надо, следовательно, «встряхнуться» почувствовать хотя бы в опьянении радость жизни и счастье неза­висимости. Таковы обстоятельства, которые вытекают из социаль­ного уклада жизни и которые заставляют трудящихся искать опья­нения. Таким образом, скоро создается привычка потреблять спирт­ные напитки, то есть создается народный алкоголизм. Опьянение становится постоянной потребностью народа. Поэтому алкоголизм назы­вается социальною болезнью, ибо причины его находятся не в лености, сла­боволии и распущенности отдельного человека, а в условиях общественной жизни. И пока есть нищета, порабощение, непосильный труд, невежество, антисанитарные условия жизни, до тех пор все призывы к трезвости, обеты, угрозы, проповеди, запреты и т. д. никогда не могут иметь и никогда не имели нужного успеха. Чем тяжелее условия труда и жизни тем больше пьянство. На шахтах и рудниках, на приисках, на торфяных разработках, на кирпичных заводах и пр., где особенно тяжелы условия труда и жизни, рабочие гуляют самым бесшабашным пьяным разгулом. Много пьют там, где приходится работать при высокой температуре (напр., кочегары, литейщики, выдувальщики стекол), среди чада, пыли и в непогоду (например, каменщики, кузнецы) и т. д. Сле­дующая таблица (иностранная) показывает связь алкоголя с про­фессией:

 

Углекопы, грузчики 100% алкоголиков.
       Булочники, повара                .90%      »

Плотники........................... …86%     »

Слесаря                 ...........        77%     »

Печатники    ..................     .   66%     »

Торгслужащие              .   .     53%     »

Портные       ...................... …44%     »

Почт.-телегр. служащие        43%       »    и т. д.

 

Не зря у нас раньше говорилось: «пьян, как сапожник». Труд сапожника, протекавший в антисанитарной обстановке, среди чада и грязи, в полутемном углу где он и спал и ел, труд, сопряжен­ный с постоянно согнутым положением тела, низкая заработная плата и пр., нередко заставляли этого труженика в день его отдыха напиться до бесчувствия. Нищета и умственная темнота поставляли и поставляют главные кадры потребителей алкоголя, которые по­требляют его в наиболее крепких и одурманивающих напитках[20]), так как они быстро оглушают, а потому дешевле обходятся. На нищий, темный и эксплуатируемый народ падает подавляющее ко­личество потреблявшейся ранее у нас водки и «сивухи».

— День-деньской маешься на работе, тело ноет, во рту пересохло...   как же тут не    выпить?   Выпьешь—ровно   кровь   другая делается. Тут тебе и поешь как следует, и   тело   вздохнет... одним словом, рабочему человеку без этого нельзя!

Поэтому так сильно было распространено у нас, в дореволю­ционной России, пьянство в городах, где особенно тяжелы были условия фабрично-заводского труда и рабочего быта.

Те же в сущности обстоятельства заставляли пить тогда и наших крестьян. Тяжелый и неблагодарный труд при первобытных способах обработки земли, бедность, нищета, полная зависимость и беспомощность от стихии и случайностей, тесная, грязная и чад­ная изба, куда зимой вводился и скот, бесправие, суеверия, ум­ственная темнота и т. д. гнали крестьянина в кабак. Одна была радость, одна была утеха—напиться до одурения. В голодные годы выпивалось еще больше спирта.

Пьянство, как проклятое наследие прошлого, перешло и к революционной России.

 

2. Причины алкоголизма среди образованных и состоятельных

классов.

Но причины потребления  спиртных  напитков   нельзя сводить только к эксплуатации, бедности, темноте и невежеству. Алкоголь - коварный враг, он захватил  и покорил  все слои населения и дер­жит в своем плену не только тех, кого заставляет пить горькая до­ля, но и тех, в жизни которых нет этой горькой доли.  Алкоголизм есть болезнь не только бедных  и непросвещенных  людей,  но  и богатых, и образованных. Пьют классы буржуазные,   пьют вообще люди состоятельные, пьют работники умственного труда и т. д. Вообще, каждый человек,   из   какого   бы  класса   он   не   происходил,   испытывает потребность получить приятное возбуждение, поднять свое настрое­ние, хотя бы искусственно развеселиться   и забыться от наскучив­шей ему обыденщины. Алкоголь является   наиболее доступным для всех средством, которое  в опьянении дает желанное возбуждение. Поэтому   так и   распространено   потребление   спиртных   напитков. Обычно  с   повышением материального  благосостояния  люди начинают  пить  более  дорогие   и «слабые»   вина. Если   бедняки   пьют быстро оглушающие  и дешевые крепкие  напитки, пьют  на  голод­ный желудок, пьют при всяком удобном  случае,  когда и напива­ются   до потери   человеческого   образа,   то   состоятельные   классы потребляют более тонкие вина, пьют за столом, уставленным обиль­ной едой, и не доводят свое опьянение до глубокой степени пара­лича мозговой деятельности, а обычно  вызывают только повышенное  и приятное  самочувствие,   развязность  и веселое  настроение.  Причина потребления  спиртных   напитков  среди  богатых  классов  заключается в скуке, отсутствии у них интересов   и переживаний,   связанных  с борьбой  и трудом. Так как богатому человеку легко доступны блага жизни, то поэтому для него часто все становится уже обычным и скучным. К алкоголю прибегают, следовательно, не толь­ко тогда, когда нужно забыться от тягот и печали жизни в тяже­лом угаре, но и тогда, когда пресыщенность жизнью у человека, пользующегося всеми ее материальными благами, требует острого возбуждения его притупившихся чувств. Люди образованные не­редко пьют потому, что не находят удовлетворения в своем труде и в опьянении тоже ищут забвения   от однообразия жизни.

Известно, как раньше запивали у нас иногда интеллигентные работники в провинции, которые приезжали туда с горячим жела­нием вести общественную работу и с жаждой широкого служения своему делу. Это желание, однако, они не могли осуществить в условиях полицейского государства; жизнь их тогда замыкалась в узком кругу служебных и личных интересов, наступало разочарование. Некоторые из них не выдерживали, запивали «горькую», ища в опьянении забвение и желая утопить в алкоголе свое разочарова­ние и свое недовольство.

3. Питейные нравы, обычаи и предрассудки.

Глубоко укоренились в быту народов питейные нравы и обы­чаи. Они тоже являются одной из могущественных причин распро­странения алкоголя. Особенно у нас распространены эти обычаи. Пьют в праздники и в дни отдыха, пьют на крестинах, именинах, свадьбах, похоронах, пьют при удаче (ставят «могарыч»), пьют с неудачи («заливают горе»), пьют при свидании, пьют при прощании («на дорожку», «посошок»), пьют «мировую» и т. д.. и т. д. Пьют на общественных торжествах, празднествах, чествованиях и т. д., где со спиртом в руках произносят речи по вопросу об обществен­ном благе или приветствуют заслуги ученого деятеля, обществен­ного работника и пр., пьют в домашней компании, когда нуж­но угостить и опьянением развлечь своих гостей, оживить их беседу.

Прием гостей без вина считался у нас, да считается и теперь, особенно в деревне, обидой для гостей, оскорблением, насмешкой над гостями. Такого хозяина готовы считать ненормальным, каким то чудаком, и уж, конечно, он в следующий раз этих гостей не дождется. Зато славой гостеприимства пользуется тот, кто выста­вляет на столе батареи бутылок и «накачивает» своих гостей. «Вот этот угостил, в лоск!»—восторженно отзываются о нем его собу­тыльники. Выпивку считают удальством, количеством поглощенных за выпивкой спиртных напитков похваляются. Выпивают «для храб­рости», пьют из подражания, т.- е. не потому, что чувствует по­требность в алкоголе, желание и влечение к нему, а просто пото­ку, что «пьют другие — надо попробовать и мне». Хуже того: бы­вает, что человеку и не хочется пить, ему даже противно вино, но он насилует себя и пьет, потому  что так требует обычай,   потому что надо «поздравить», «уважить», «разделить компанию» и т. д. Если не выпить, то могут обидеться. Все эти питейные обычаи и нравы живут и процветают в народе потому, что они под­держиваются общераспространенными и общеусвоенными заблу­ждениями и предрассудками: всюду властвует легкомысленный взгляд на алкоголь, и на опьянение смотрят, как на невинное удовольствие: обманчивы свойства алкоголя, который, отравляя человека, как бы веселит его и тем самым обманывает выпившего человека.

Какое искреннее удивление, а подчас и недоверие, видишь на лицах слушателей и слышишь в их замечаниях, когда сообщаешь им  о вреде спиртных напитков.

       Неужели и немножко вредно?

        — Нет! Я с докторами не согласен:   пред обедом  выпить полезно!

Конечно, много не хорошо, а с умом можно!

От вина человек полнеет...

Сами доктора вино прописывают...

При тяжелых работах,  или когда работают на холоде, нарочно дают спирт...

Такие замечания без конца слышишь со  всех концов аудитории, как только закончишь сообщение по алкогольному вопросу.

       Во благовремении  хорошо! — смачно гудит из угла бас и
вызывает дружный и одобрительный хохот всей аудитории.

Анкета,   произведенная, например,  Томским  губздравом   сре­ди   крестьян   Томской   губернии   об   их   отношении   к  самогонке, показала,    что    большинство    крестьян    относится    к    самогонке доброжелательно, так как считает самогонку   полезной   для   здоровья.

Алкогольный капитал, заинтересованный в народном потреблении спиртных напитков, принимает все меры к тому, чтобы под­держивать, распространять и поощрять питейные обычаи и пред­рассудки. Одним из могучих средств является в этих целях ре­клама: соблазнительные и красивые ряды и горки бутылок в зеркальных витринах магазинов, красочные плакаты, газетные объявле­ния и т. д. В капиталистических странах алкогольный капитал дер­жит в своих руках «шестую державу»—общую печать. Знаменитый не­мецкий психиатр и неутомимый борец за трезвость, профессор Крепелин, принужден был недавно заявить, что в течение 20 лет ему не уда­лось поместить ни в одной газете ни одной статьи о действии ал­коголя на организм человека. Газеты и журналы при всем уваже­нии к высокому научному авторитету профессора Крепелина отказы­вались, однако, печатать его статьи, так как боялись потерять заказы на выгодные объявления от пивных заводчиков и алкоголь­ных фирм.

4. Алкоголизация подрастающего поколения.

В дореволюционной России спиртные напитки проникли и в школу. Пили ученики средней школы, особенно много пили студенты, но и в начальной школе алкоголь занимал видное место. Доктор А. М. Коровин обследовал 22617 детей начальной школы, и оказалось, что из каждых 100 мальчиков уже потребляли спиртные напитки 67 и из каждых 100 девочек —46. Те алкоголики, с которыми нам, врачам, приходится иметь дело как с больными, обычно сообщают о себе, что они начали пить с 10—12-и летнего возраста. Сначала пили дома, за общим столом, а потом, уже стали пить в тракти­рах, в компании и без компании.

В громадном большинстве случаев дети пьют потому, что им предлагают, и их учат пить взрослые: родители, родственники и пр.

Вот как, например, рассказывается о детстве одного алкого­лика (Семена) в художественном сказе «Дурманы» Воздвиженского.

Здесь приводится отрывок сказа:

«Вечером Семен уже лежал в психиатрической больнице. Дежурная сестра на докладе у доктора сообщала: прибыл тяжелый больной—белая   горячка. Положение очень и очень тяжелое.

На другой день доктор расспрашивал жену Семена:

Скажите, сколько лет пьет ваш муж?

Да как вам сказать: еще парнем был, женихом—выпивал,— ну уж не так много. А вот теперь—только в получку. Как по­лучит аванс, так и кончено—обязательно выпьет...

На особом листе была записана со слов жены Семена вся история его болезни с того далекого времени, когда Семену было всего 12 лет. Жив был отец Семена, дядя Кузьма—покойник теперь, а тогда выпить любил. В престольный праздник—в Петров день — понаехали гости—родные к отцу Семена. По «закону христиан­скому» стал Кузьма гостей чаркой потчевать:

А что же Семка-то? Небось, тоже налить надо?

Да ведь он мал еще!

       Чего мал? — пущай приучается. Сема, Сема поди сюда!
Отец   наливает   сыну  зеленой   отравы— сивухи,   подает и  го­ворит:

Пей. Разум не пропивай! Следов не оставляй! Пей до
самого донышка!

Попробовал Семен:

  Горько... Жжет... Не могу, не хочу!

  Да ты девка, что ли, а? Какой же после этого из тебя мужик выйдет? Пить должен все сразу: ни капельки не оставлять... Вот так... Смотри:  учись у меня.

Как раз было так, что у Кузьмы несчастье пошло за несчастьем: Жена? померла, хлеб не уродился, хозяйство за долги стали описывать.

Мертвецкую  чашу  запил  Кузьма.    Сеньку  люди добрые на завод в  Москву определили,   а покойник   Кузьма допился до того,   что распух весь, и водянка его водой залила».

В настоящее время эта грозная опасность алкоголизации надвигается на детей и подростков Республики.

Через Московский Наркодиспансер прошло с 1 октября 1924 г. по 1 октября 1925 г. 800 алкоголиков до 18-летнего возраста. В городах детская беспризорность создает условия, в которых особенно легко возникает детский алкоголизм. Нам в работе по обследованию беспризорных детей приходилось немало встречать из их среды уже знакомых с опьянением.

Д-р Футер наблюдал в Москве из каждых 100 беспризорных детей, ночевавших в ночлежке, 35—40 детей, которые пили алко­голь и нюхали кокаин. Некоторые из них уже страдали в связи с постоянным потреблением алкоголя и кокаина явлениями душев­ной болезни: одному мерещатся крысы, выползающие из угла, дру­гому бумажки на дне мусорного ящика кажутся червонцами, треть­его преследуют на улице и т. д. («Московский Медицинский Жур­нал», № 10—1925 г.).

С фабрик, заводов и из деревень появляется в текущей печати ряд тревожных сообщений о детской алкоголизации в самой гроз­ной форме—в образе самогонки.

«Главное зло на заводе — пьянство. Пьют и малые, и старые»— пишет рабкор Лукьяновского Стеклозавода имени Ст. Разина («Правда», № 169—1925 г.). Или вот сообщение с «Пролетарской Мануфактуры» из Твери: «самогонка—самое большое зло на фабрике. Пьют мужчины, пьют женщины и, что особенно плохо, пьют даже дети в возрасте 15—16 лет. «Зеленый змий» захватил и их в свои объятия насчет выпивки»—и т. д.

В газете «Известия ВЦИК» (1923 г.—№ 34), в фельетоне Нерадова «Три идола», рассказывается как в деревнях пьют и в пьяном угаре дерутся подростки и юноши, как взрослые поят самогоном детей. Детская гримаса отвращения от выпитого отвра­тительного яда только смешит непонимающих всей преступности своего поведения отравителей. «Рабочая газета» (№ 62—1923 г.) сообщает: «В Донской области варка самогонки происходит в каж­дой хате. Самогоном напиваются даже дети». Много дру­гих подобного рода печальных сообщений и примеров можно привести, так как их можно почерпнуть в газетах и  слышать от очевидцев.

Приезжающие из деревни рассказывают, что там поголовно все пьют самогонку и спаивают ею детей и подростков. Самогонку дают даже грудным детям, чтобы те «хорошо спали и росли крепкими».

В своей статье «Надо положить решительный конец» («Известия ВЦИК», 1923 г.—№ 46) Народный Комиссар Здравоохранения, тов. Н. А. Семашко, пишет:

«Самогоном начинают спаивать детей... самогонка подкралась теперь к будущему страны, нашему подрастающему поколению... больше терпеть нельзя»...

В городах дают детям сладкое виноградное вино и пиво.

Таким образом, подрастающее поколение получает первые уроки опьянения от старших.

С самого раннего детства дети видят примеры пьянства со стороны старших, а дурные примеры, как говорят, заразительны. Дети слышат постоянные рассуждения, что «выпить - необходимо для здоровья», что «без этого в нашем деле нельзя» и т. д., по­этому с самого раннего детства они привыкают думать, что пить спиртные напитки можно, полезно и нужно. Из рук старших узнают дети и подростки первое опьянение, слышат поощрения от отцов, получают от них одобрительные замечания и указания: «пей за столом, а не пей за углом», «пей, да дело разумей» и т. д. Подрастающее поколение быстро воспринимает пьяную заразу. Если нет противодействия этой заразе в виде просвещения, физиче­ских упражнений и культурных развлечений, то пролетарская мо­лодежь быстро вливается в армию пьющих.

Таким образом, алкоголизация детей и юношей готовит новые кадры пьющих и поставляет «смену» старым, уходящим из жизни, потребителям спиртных напитков.

5. Алкоголизм—болезнь.

Наконец, как мы видели, потребление спиртных напитков носит характер и болезни—алкоголизма. Тогда человек испытывает властное, неудержимое и непреодолимое влечение к алкоголю. Вле­чение это подчиняет себе всю личность больного. Желание выпить у него так сильно, что без медицинской помощи он уже не в силах с ним справиться. Болезнь эта при известном предрасположении обычно вырабатывается, как уже об этом говорилось, из «умерен­ного» потребления спиртных напитков, из случайных выпивок и т. д. У наследственно отягощенных лиц она часто выражается в виде запоя.

Например:

Гражд. Р. 40 л.  бухгалтер. Поступает в больницу 9-й раз.

В наследственности имеется алкоголизм, — один брат застрелился. Сам больной начал пить с 23 лет, сначала в компании, изредка и «аккуратно», а потом стал пить запоем. Во время запоя валяется по вокзалам, трактирам, на соб­ственном чердаке, на черной лестнице... Не раз обвинялся в скандалах. Запои продолжаются иногда месяца по 1,5 повторяются через несколько месяцев. Пред запоем больной испытывает приступ тоски, не находит себе места, хочется уйти «куда глаза глядят», чувствует непреодолимое влечение к алкоголю... В конце запоя у больного бывают галлюцинации (мыши, крысы, звон колоколов и т. д.). Запой кончается, и больной чувствует теперь отвращение к алкоголю. В про­межутках между запоями наш больной — хороший и способный работник. В последнее время стал раздражительным, память несколько ослабела, стал ревнив появились припадки падучей болезни.

Один   такой   запойный   алкоголик   в   повести   Сейфуллиной   «Каин-кабак» («Новый мир», IV-   1926 г.) рассказывает о себе:

— Запивать шибко стал. По месяцу, бывает, закручиваю. Ем мало, все пью, пью... Перегорело от вина в нутре. Ну пьяный не хорош, шибко бесстыж случаюсь. Чтоб дети мои меня в это время не видели, запой отбываю в Каин-кабаке. Место самое подходящее...

6. Общие выводы о причинах алкоголизма.

Итак, причин потребления спиртных напитков много. Все они по существу могут быть сведены к одному: человек ищет радости и счастья; когда он не имеет их почему-либо в действительной жизни, то он стремится пережить их в пьяной мечте и фантазии. Этому способствуют и окружающие заразительные примеры пьян­ства, и укоренившиеся пьяные обычаи, и легкомысленный взгляд на опьянение.

Больше всего пьянствуют при нерадостной нищенской жизни. Но тут может возникнуть и такой вопрос: не обстоит ли дело на­оборот, то есть не происходит ли нищета от пьянства, а не пьян­ство от нищеты? Ведь часто говорят: если бы не пили, то жили бы лучше и  богаче.

Конечно, бедняк знает, что от пьянства он не богатеет, а еще  больше беднеет, и что лучше бы ему не пить. Однако, он пьет. Следовательно, есть такие могучие обстоятельства, которые сильнее всяких рассуждений. Усталое тело и усталая мысль требуют прият­ного отдыха и возбуждения. За свои гроши бедняк ничего не мо­жет получить для этого, кроме опьянения. Остаются в его распоряжении только спиртные напитки, которые и дают ему нужное забвение, возбуждение и «подкрепление». Мы видели, что чем тяжелее труд — тем больше пьянство. Но и чем меньше зарабаты­вает человек, тем большую часть своего заработка он пропивает. Старые исследования бюджета рабочего показывают, что если, на­пример, рабочий зарабатывал 80 руб., то расход на алкоголь со­ставлял 10% его заработка; если он зарабатывал 40 руб., то на алкоголь тратил уже почти 20%, а при заработке в 15 руб. он пропивал третью часть своего дохода (33%).

Пьянствуют только бедняки. Тогда, когда человек не видит и не знает нужды, он не пьянствует, он только «потребляет» спирт­ные напитки, то есть пьет их более равномерно, за хорошей едой, и до бесчуствия не напивается.

Но почему же — спрашивают — случается так, что некоторые люди не пьют, несмотря на то, что они происходят из одного и того же класса, живут в одинаковых условиях труда и быта, как и пьющие люди? Эти редкие случаи полного воздержания от спирт­ных напитков бывают от разных причин. Человек может иметь такие счастливые   особенности   характера,   что   он   не  испытывает

Потребности в опьянении, или он в состоянии без труда побороть желание, или он так воспитан и вырос в таких условиях, что не приобрел привычки к спиртным напиткам (например, громадное большинство женщин). Случается, что человек имеет какое-либо другое пристрастие, которое приятно заполняет его досуг и отдых (музыкальный инструмент, охота, чтение и пр.), так что ему не нужно опьянение. Наконец, человек может быть захвачен какой-либо задачей в жизни, осуществление и служение которой дает ему удовлетворение и радость. Например, духоборы—трезвенники. Они тоже занимаются сельским трудом, но они не пьют потому, что находят удовлетворение в своем труде и в своем особом устрой­стве   жизни,   которое они считают единственно правильным.

Эти, можно сказать, исключительные примеры трезвости как раз и подтверждают то правило, что потребление спиртных на­питков порождается неудовлетворенностью, недовольством и горем жизни, которые переживают народные массы и которые вытекают из неустройств общественной жизни.

Если бы пили немногие сотни или тысячи людей, то можно было бы подумать, что эти люди пьют потому, что они порочны, распущены и имеют дурную волю. Но пьют миллионы людей, пьют все народы, все классы и состояния. Поэтому и причины потребле­ния алкоголя должны быть другие: они находятся не в особен­ностях отдельного   человека, а в условиях  жизни  всего общества.

VII.

Борьба с алкоголизмом.

1. Необходимость борьбы с алкоголизмом.

Итак, мы видим, что алкоголь есть яд, который должен иметь  свое  место  только  в  промышленности; он нужен для технических   целей  (например,  для двигателей внутреннего  сгорания, для про­изводства красок, для лабораторий и т. д.), но ему совершенно не  должно быть места в желудке человека,  так как он отравляет че­ловека, калечит и сокращает его жизнь. Алкоголю не должно быть места  в  жизни  человеческого  общества,  как  продукту  народного потребления, ибо он жестокий социальный   бич, который несет че­ловеческому обществу вымирание, вырождение,   преступность и об­нищание.

Алкоголю должна  быть объявлена борьба. Борьба  с   алкоголем есть борьба за культуру и здоровье народа, за силу и богатство страны, за ее будущее. Если у животного орудие  защиты и борь­бы за  существование  есть его зубы  и сильные мускулы, изощрен­ные органы чувств (как, напр., у хищников), выделяемые яды (змеи   и пр.), а также и всевозможные приспособления для  самозащиты (напр., белая окраска  шерсти у зайца зимою, иглы у ежа и пр.), то  у человека  единственное и могущественное  орудие  защиты   и  борьбы есть его разум, выработанный им в ходе развития и совер­шенствования из нижестоящих   ступеней животного мира. Человек силою своего разума подчинил себе нужных   ему животных,   побе­дил и заставил служить себе  силы   природы.   Движение  человече­ства вперед по пути культуры происходит вследствие непрестанной творческой работы его ума. Наука, искусство, электрические и железные   дороги,  телеграф,  телефон,   современные  чудеса   техники, аэропланы, радио и т. д.,    все это работа человеческого мозга. По­этому народ должен развивать и совершенствовать, а не ослаблять отравой, свое орудие   защиты и борьбы—свой  мозг, как орган его разумной и тв