Трезвая русь

Поиск

Форма входа
Не зарегистрированные пользователи не могут скачивать файлы!

Логин:
Пароль:

Наша страница ВКонтакте

Наши друзья

Новости

Научная литература

» Шичко Г А

Вторая сигнальная система. Некоторые вопросы теории 4
14.02.2012, 14:35

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ТЕОРИИ 4

Вернуться в оглавление

Г. Ф. Александров в 1950 г. был академиком и ведущим философом СССР, поэтому он не мог не знать, что Л, А. Орбели никакой теории знаков не создал, что взгляд этого ученого на словесные раздражители ничего общего с кантианством не имеет, что такого взгляда придерживались многие и в их числе К. Маркс, которому, например, принадлежит следующее высказывание: «Название какой-либо вещи не имеет ничего общего с ее природой. Я решительно ничего не знаю о данном человеке, если знаю только, что его зовут Яковом»[1].

Выступление Г. Ф. Александрова против понимания слова как условного знака ни фактически, ни логически не было обосновано, преследовало чуждые науке цели и ничего позитивного не содержит, поэтому не может быть принято всерьез.

И. П. Павлов вторые сигналы делил на три группы: 1) слова произносимые, 2) слова слышимые и 3) слова видимые[2]. Для полноты классификации сюда следовало бы отнести и слова изображаемые, т. е. производимые с помощью письма. Эти вторые сигналы, отмечал И. П. Павлов, стали обозначать все, что люди воспринимали из внешнего и внутреннего мира. «Они представляют собой отвлечение от действительности и допускают обобщение, что и составляет наше лишнее, специально человеческое, высшее мышление, создающее сперва общечеловеческий эмпиризм, а наконец, и науку — орудие высшей ориентировки человека в окружающем мире и в себе самом»[3].

В «Лекциях о работе больших полушарий головного мозга» И. П. Павлов признал слово таким же реальным условным раздражителем, как и остальные, но здесь же подчеркнул серьезное качественное отличие его — многообъемлемость. Он говорил, что слово благодаря предшествующей жизни человека связано с внешними и внутренними раздражениями, приходящими в большие полушария, все их заменяет и потому может вызывать соответствующие реакции. Действительно, слова-названия безусловного или условного раздражителей при их изолированном предъявлении в некоторых случаях вызывают отчетливые реакции. Если же слово сочетать с безусловным раздражителем, то при этом, независимо от его содержания, как и на непосредственный раздражитель, образуется условный рефлекс. Однако это особые случаи, которые не дают основания любое слово считать условным раздражителем. Между тем в литературе можно встретить утверждения, объявляющие слово условным раздражителем и даже рефлексом. Такая точка зрения нашла рельефное отражение в работе С. М. Доброгаева «Речевые рефлексы» (1947). Здесь же заметим, что автор свои ошибочные взгляды нередко приписывал И. П. Павлову и затем «развивал» их. Так, например, он заявил: «...слова человеческой речи и интонация их трактуются Павловым как реальные и, по своей нервно-физиологической сущности, условные рефлексы...» (стр. 37). И. П. Павлов придерживался иной точки зрения; одним из подтверждений может служить следующее его высказывание: «Человеческая речь, после того как человек ей научится, остается постоянной. Значит, условные рефлексы — не то, что наши слова, здесь процесс другой» [4].

Слово как объект восприятия является раздражителем, раздражитель же может при определенных условиях вызвать рефлекс, но сам быть таковым не может. Не может им быть, вопреки утверждению С. М. Доброгаева, и артикулирование слова. Известно, что условные рефлексы вырабатываются на основе безусловных, независимо от того, каким путем вызывается этот безусловный рефлекс. В природе не существует таких раздражителей, воздействие которыми на человека по механизму безусловного рефлекса вызывало бы произношение неизвестных ему слов. Для безусловного рефлекса характерно наличие рецептивных полей. Рецептивных полей, связанных с. артикулированием слов, нет в организме человека. Что же считают сторонники иной точки зрения безусловным подкреплением при выработке так называемых речевых рефлексов? Некоторые таким подкреплением считают некие, «еще не выясненные безусловные рефлексы», действовавшие в прошлом, или также некие воображаемые условные рефлексы высоких порядков. С. М. Доброгаев признал безусловнорефлекторным подкреплением, обеспечивающим появление речи и даже мышления, общественно-трудовую среду.

Если придерживаться классического понимания безусловного и условного рефлексов, то ни слово, ни его артикулирование нельзя считать рефлексом. Если же утрированно, непомерно широко понимать термины «безусловный рефлекс» и «условный рефлекс», то можно многие явления органической, да и неорганической природы объявить рефлексами, однако это не сулит каких-либо выгод науке.

С. М. Доброгаев подверг критике И. П. Павлова за то, что он будто бы не учитывал особенностей человека как социального существа, считал, что воспитание речевых рефлексов происходит по законам, выявленным при изучении слюнных рефлексов у собак, и думал, что речь и мышление представляют собой такие же условные рефлексы, как и прочие, и т. д. При помощи подобных искусственных обвинений критик стремился убедить читателя в том, что именно он — «физиолог речи» — правильно, с учетом социальных факторов, понимает речевую деятельность. Между тем трудно назвать другого физиолога, который бы так трезво, широко и умело учитывал социальные влияния при рассмотрении высшей нервной деятельности человека, как это делал И. П. Павлов. Известно, что И. П. Павлов стоял за особый методический подход к обследуемым, выступил против того, чтобы на людях ставить опыты «по образцу собачьих», и неоднократно высказывал негативное отношение к двигательной методике, поскольку при этом используется в качестве эффекторного ответа произвольная реакция. Даже при рассмотрении материала, полученного по электрокожной методике, И. П. Павлов придавал большое значение субъективному фактору и с ним связывал результат исследования. Поэтому на одной из «сред» он не счел возможным признать наблюдавшуюся у обследуемого в ответ на действие условного сигнала защитную двигательную реакцию условным рефлексом. «Нет, не могу придать значение этому опыту,— говорил И. П. Павлов.— Я понимаю, если это повторяется без конца, и получится наконец механическая такая связь, но чтобы с самого начала во всех случаях так происходило, для меня это невероятно, и третировать их как условные рефлексы и считать промежутки, которые образуются, и ставить на одну доску с собачьими — нельзя. Тогда надо лишить больших полушарий человека. Я не могу себе представить этого и поэтому не особенно придаю значение этим опытам, не могу их принимать и толковать как собачьи»[5]. Это высказывание, а оно далеко не единичное, показывает, насколько неосновательны обвинения И. П. Павлова в том, что он перенес на человека методический подход, выработанный в опытах на собаках, и строил свои предположения относительно деятельности мозга человека «...по аналогии с объяснениями поведения животных, сложившимися у него на, основе экспериментальных работ на слюно-выделительном индикаторе»[6].

Высшая нервная деятельность, по И. П. Павлову, состоит из безусловных рефлексов, первой и второй сигнальных систем. К первой сигнальной системе он относил «...впечатления, ощущения и представления от окружающей внешней среды, как общеприродной, так и от нашей социальной, исключая слово, слышимое и видимое»[7]. Эту сигнальную систему составляет деятельность коры больших полушарий, обеспечивающая восприятие и обработку непосредственных раздражений. Важнейшими моментами обработки являются анализ и синтез первых сигналов. К непосредственным раздражениям следует отнести все экстеро- и интероцептивные раздражения, приходящие в кору больших полушарий, кроме второсигнальных.

Вторая сигнальная система, как считал И. П. Павлов, «...состоит из следов трех сортов: звуковых — на слышимое слово, зрительных — на письменное слово и, наконец, кинестетических, т. е. на след раздражения афферентного кинестетического пункта»[8]. Названную сигнальную систему составляет деятельность коры больших полушарий, обеспечивающая восприятие, обработку и продуцирование вторых сигналов. К этим сигналам целесообразно относить не только словесные раздражители, но и другие, выполняющие функцию обозначения первых сигналов,— например, нотные знаки и жесты глухонемых.

В понятия «первая сигнальная система» и «вторая сигнальная система» И. П. Павлов вкладывал не только физиологическое, но и анатомическое содержание. Так, в одной из статей он отнес к первой сигнальной системе корковые клетки, непосредственно воспринимающие раздражения от внешних и от внутренних агентов, а ко второй — кинестезические, слуховые и зрительные корковые клетки словесной системы[9].

И. IX Павлов часто указывал на тесную связь и взаимодействие сигнальных систем. Первую сигнальную систему он считал «ближайшим проводником действительности» и указывал, что только через нее и в связи с нею имеет значение вторая сигнальная система[10]. Несмотря на наличие существенных различий между сигнальными системами, И. П. Павлов уверенно говорил, что они подчиняются общим основным законам[11].

В заключение следует заметить, что И. П. Павлов не оставил широкого и цельного понимания второй сигнальной системы, он смог высказать только отдельные, к тому же не всегда вполне согласованные между собой общие соображения, которые нуждаются в серьезной дальнейшей разработке. Тем не менее его мысли о второй сигнальной системе явились существенным вкладом в физиологию и стимулировали более полное и успешное изучение высшей нервной деятельности человека.



[1] К. Маркс. Капитал. К. Маркс, Ф. Энгельс. Соч., изд. 2-е, т. 23, стр. 110

[2] И. П. Павлов. Полн. собр. соч. М, —Л., 1951, т. 3, кн. 2, стр. 335 и 345; Павловские среды. М.—Л., 1949, т. 2, стр. 515 и др.

[3] И. П. Павлов. Полн. собр. соч., т. 3, кн. 2, стр. 232-233.

[4] Павловские среды. М.—Л., 1949, т. I, стр. 240.

 

[5] Павловские клинические среды. М.—Л., 1955, т. 2, стр. 104.

[6] С. М. Доброгаев. Речевые рефлексы. М.—Л.,  1947, стр. 53.

[7] И. П. Павлов. Полн. собр. соч. М,— Л.,  1951, т. 3, кн. 2, стр, 335.

[8] Павловские среды. М.—Л., 1949, т. 2, стр. 515.

 

[9] И. П. Павлов. Полн. собр. соч. М.—Л., 1951, т. 3, кн. 2, стр. 260.

[10] Павловские среды. М.—Л., 1949, т. 3, стр. 318

[11] И. П. Павлов. Полн. собр. соч. М.—Л., 1951, т. 3, кн. 2, стр. ЗЗ6

Категория: Шичко Г А | Добавил: Александр | Теги: Вторая сигнальная система
Просмотров: 2028 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]