Трезвая русь

Поиск

Форма входа
Не зарегистрированные пользователи не могут скачивать файлы!

Логин:
Пароль:

Юридические услуги

Наши друзья

Новости

Наука об алкоголе

Главная » 2012 » Октябрь » 18 » ПОДСТРЕКАТЕЛЬ И СОУЧАСТНИК-2

Оглавление

Неискупимо преступление, совершенное Вячеславом Самойловым.

С фотопортрета, помещенного на полосе калининской молодежной газеты «Смена» от 21 января 1984 года, на нас смотрит красивый, мужественный молодой человек. В его взгляде доброта, доверчивость и... удивление. Это — Федор Стулов, рабочий, токарь-расточник цеха № 19 савеловского производственного объединения «Прогресс». «Стулов — личность, человек с большой буквы»,— говорили о нем в Кимрах. Он ежемесячно выполнял задание на 160—170 процентов. Для таких показателей нужен подлинный талант рабочего человека. За ним прочно закрепились звания «Лучший молодой рабочий», «Лучший по профессии».

Когда в 1976 году на базе СПО «Прогресс» был сформирован комсомольско-молодежный мелиоративный отряд «Савеловец», Федор Стулов становится его бойцом. Он освоил специальность экскаваторщика многоковшового экскаватора, добросовестно работал в поле. И неудивительно, что в последние два года Стулов был командиром отряда. С мая по октябрь трудились ребята на полях Кимрского района. В областном социалистическом соревновании «Савеловец» занимал второе место среди 27 мелиоративных отрядов. И в этом немалая заслуга командира «Савеловца». Отряд действовал на самом важном объекте района — на строительстве совхоза «Десятая пятилетка». Здесь предстояло сдать 4500 гектаров пахотного клина. По сути, это новые земли, вырванные у переувлажненных болот, мелколесья, кустарника.

Федор Стулов был из тех людей, которые меньше всего заботятся о себе, целиком отдают себя делу, родному коллективу. Осенью 1983 года отряд попросили задержаться в поле до 1 ноября. Давала знать о себе усталость, тянуло домой, к жене, к двухлетней дочурке. Но Федор Стулов посоветовался с бойцами отряда и принял решение: остаемся до 1 декабря!

Федор всегда был добрым, отзывчивым, чутким к чужой беде. С детства во всем помогал матери, особенно после смерти отца. Когда служил в армии, Марии Петровне, матери Федора, приходили благодарности от командования за воспитание сына. А потом были Почетные грамоты за трудовые успехи, за активное участие в мелиоративном строительстве области, за вклад в дело преобразования Нечерноземья, Верхневолжья, диплом победителя социалистического соревнования молодых преобразователей Нечерноземья...

Федор Стулов был хорошим мужем, хорошим отцом. Был... Да, Федора больше нет. Что же случилось с ним? Что оборвало жизнь молодого рабочего?

Двадцатитрехлетний шофер Кимрского автотранспортного предприятия Вячеслав Самойлов, сосед Федора со второго этажа, напившись до невменяемого состояния, стал избивать свою жену. Мать Самойлова побежала к одному из соседей, шоферу того же Кимрского АТП Власову. Тот оградил от побоев жену Самойлова. Однако прошло еще немного времени, и Самойлов вновь разбушевался. Его мать постучалась к Стулову:

— Он убьет жену, усмири бандита, Федя!

Стулов с женой пошли к Самойловым. Жену Вячеслава было трудно узнать: не лицо, а сплошной синяк. Подоспела милиция, Женщине предложили написать заявление. Она написала. Но Стулов уговорил ее порвать заявление:

— Не верю в окончательное падение Славы. Молодой, выпрямится. Поможем.

Жена Самойлова ушла к своей матери. Федор посоветовал Вячеславу никуда не ходить, предложил переночевать у него. Привел Самойлова в свою квартиру:

— Хочешь — ложись спать, хочешь — посмотри телефильм.

Самойлов посидел некоторое время возле телевизора. Улечься в постель отказался. Попросил проводить его домой. Федор отвел гостя к его матери, хотел было возвратиться домой, но Самойлов окликнул его, подошел и внезапно дважды ударил ножом в грудь.

«Самойлов Вячеслав, 1961 года рождения, женат, имеет ребенка в возрасте одного года. В феврале — октябре 1983 года — семь прогулов. В общественной жизни участия не принимал». Это — из характеристики, представленной в народный суд.

Да, друзья никогда не забудут Федора Стулова, отличного рабочего, хорошего друга, настоящего парня. Будут помнить Федора поля и луга на месте бывших болот. Не забудет его родной завод, которому он много отдал. Он будет жить в своем комсомольско-молодежном отряде, который назван именем Федора Стулова. И все-таки нет меры скорби матери, жены, маленькой дочки, всех, кто знал и любил Федора. Нет меры нашему гневу, нашему возмущению, нашей ненависти к злому духу — алкоголю, к тем, кто добровольно отдается ему в рабство.

Дать отпор хулиганским выходкам пьяницы — не только право, но и обязанность каждого из нас. В этой связи уместно напомнить о постановлении, принятом 16 августа 1984 года пленумом Верховного Суда СССР, где, в частности, говорится: «Право на необходимую оборону является одной из важных гарантий реализации конституционных прав и обязанностей граждан по защите от общественно опасных посягательств интересов Советского государства и общества, социалистической собственности, общественного порядка, жизни, здоровья, чести и достоинства советских людей».

В этом постановлении, очень точно отражающем давно назревшую общественную потребность, сказано еще, что «граждане имеют право на применение активных мер при защите от общественно опасного посягательства путем причинения посягающему вреда, независимо от наличия у них возможности спастись бегством или использовать иные способы избежать нападения».

В этом постановлении сказано, наконец, что «состояние необходимой обороны возникает не только в самый момент общественно опасного посягательства, но и при наличии реальной угрозы нападения. Состояние необходимой обороны может иметь место и тогда, когда защита последовала непосредственно за актом хотя бы и оконченного посягательства, но по обстоятельствам дела для оборонявшегося не был ясен момент его окончания... Суды должны учитывать не только соответствие или несоответствие средств защиты и нападения, но и характер опасности, угрожавшей оборонявшемуся, его силы и возможности по отражению посягательства...»

Наглядной иллюстрацией тут может послужить история, которую поведал читателям номера «Литературной газеты» от 14 января 1985 года Аркадий Ваксберг в судебном очерке «Обед на песке».

Жители подмосковного города Электросталь инженер-конструктор Владимир Васильевич Трубкин и его супруга инженер-технолог Инна Сергеевна Трубкина, дождавшись очередного отпуска, сели в свой юркий «Москвич» и отправились на отдых в низовья Днепра. Они облюбовали Казацкую косу. Дело шло к осени. Отдыхающие поразъехались. Побережье опустело. Трубкины безмятежно отдыхали около недели. И вдруг их отдых был прерван страшным происшествием. Когда они готовили обед «на природе», к ним пожаловали незваные «гости» — уже изрядно подвыпившие хулиганы Турков (возраст 32 года, образование среднее, слесарь, скандалист и пьяница), Скачко (32 года, образование среднее, лесник Каховского лесничества, дважды отбывал наказание за злостное хулиганство) и их сверстник, некто Артеха (прозвище — «Леха-брехун», дебошир и пьяница, тунеядец, побывавший в заключении за грабеж при отягчающих обстоятельствах). При себе они имели четыре бутылки водки.

«Гости» бесстыдно присоединились к чужому обеду. Смачно чавкая, опорожнили кастрюлю, не оставив хозяевам даже на донышке. Съели все, что возможно: без закуски водка «не шла». Похабничая и юродствуя, вели беседу друг с другом: о том, что мужа пора «порешить», а с женой — «разобраться». Трубкины молча слушали. В «беседу», естественно, не вступали. И куражиться не мешали. До предела напрягшись, Трубкин ждал «физических действий». Ждал удара, чтобы ответить.

Удара, однако, не было. У Артехи появился вдруг нож. Пока что — лишь появился. Как «фактор». Как реальная данность, с которой надо считаться. Лежал на коленях и говорил сам за себя.

— Пей! — приказал -инженеру Артеха, не тронув ножа, но выразительно на него посмотрев.

— Не могу,— возразил тот,— собираемся в Москву, а я за рулем.

— Сможешь! — шевельнул усами пьяный Артеха. Приблизился к Трубкину, тронул лезвием: «пощекотал».

Пришла на помощь жена — вызвалась выпить вместо него. Артеха поднес ей стакан.

Инна Сергеевна старалась, чтобы водка текла мимо рта.

Снова пошла «беседа бандитов». Не с Трубкиными — друг с другом. Молчание, похоже, бесило бандитов больше всего. Взорвались бы Трубкины, ответили, огрызнулись, взмолились хотя бы, даже дали в зубы — любой вариант был бы, наверное, приемлем, ибо понятен. Потому что тем самым их держали бы все же за равных. За тех, с кем можно ругаться и драться. Кого можно просить. Кого можно бояться. Возмущаться и проклинать. Упорное и глухое молчание выводило бандитов за невидимую черту. Отрезало от людского общества. Убедительно и неотвратимо, на доступном им языке давало понять: вы не люди, вы — нелюдь. Какой может быть с нелюдью разговор? Его нет и не будет.

В ход пошли анекдоты. Анекдоты «со смыслом». Про лексику не говорю, она очевидна. Содержание же всех «анекдотов» удручало однообразием: про то, как «решали» мужчин, а с женами — «разбирались».

Трубкины продолжали молчать. Обстановка накалялась все больше. Приближалась развязка.

Тщетно муж и жена оглядывали дивный днепровский пейзаж: равнодушная природа сияла своею вечной красой. Людей судьба не послала.

Теперь «гости» перешли к изложению своих взглядов на жизнь. Артеха радостно сообщил, что он «сидел», и даже не раз, и что резать курортников (пусть не волнуются) он не желает: ему милее душить. Или «замачивать» кулаком. Скачко высказал пожелание поджечь машину на месте, а хозяев раздавить сапогом, «как жаб или мух». Турков похихикивал, выражая готовность включиться. Не подействовало и это. Трубкины продолжали молчать.

Прошло уже два с половиной часа с начала «визита». Каждый раз убогая фантазия хулиганов находила все новый способ оскорбить, нагадить, унизить. Теперь, казалось, их фантазия оскудела. Исчерпалась — будет точнее. Придумать новое они уже не могли. Ползать на брюхе не сумели заставить. В слезы, увы, не повергли. И в драку не вовлекли.

Спектакль срывался. Номер не проходил.

Взмолились не жертвы, а хулиганы.

— Ну, скажи! — стонал Артеха.— Ну хоть что-то скажи! Ну, ударь! Покажи, на что ты способен. Вот сейчас я плюну в тебя. Промолчишь? Или жену оскорблю (глагол был, конечно, иной.— А. В.). Опять промолчишь? Нет, ты не мужик, ты!.. — орал Артеха, объясняя пустому пляжу, кто он, Трубкин, который молчит.

Трубкин молчал.

Зайдя за машину, хулиганы начали совещаться. Владимир Васильевич взглядом показал жене на багажник. Она молча кивнула.

Тем временем хулиганы вынесли свой приговор.

— Айда в машину и едем! — скомандовал тот же Артеха. Он явно был у них главным.

Жертвы повиновались. Трубкин сел за руль, жена рядом с ним. Туша-Скачко и двое поджарых уселись на заднее сиденье.

— Гони! — приказал Артеха.— Дорогу буду показывать я.

Было пять часов дня. Куда они ехали, Трубкины, и зачем? Что их ждало впереди? Не мчались ли они навстречу концу? Кто знает, кто знает... Но движение — это все же надежда. Всегда надежда. На пути могли встретиться люди. Могла прийти помощь.

Поднявшийся ветер успел нагнать в низину днепровскую воду, которую время от времени сбрасывает плотина Каховской ГЭС. Первую лужу кое-как миновали. Вторая была куда глубже, и Трубкин, водитель опытный, затормозил.

Инна Сергеевна вышла, тронула лужу ногой: глубоко!

— Не проедем,— промолвил водитель, обращаясь к жене, а не к ним.

       Будешь толкать! — объявил Артеха, выразительно помахав пустой бутылкой, которую держал наготове.— А за руль сядет вот он.— «Атаман» кивнул на Туркова. Тот с готовностью подмигнул.

Трубкин выскочил — и сразу к багажнику: будем толкать! Впереди показалась машина, замерла возле лужи, только с другого края: метров семьдесят или больше.

— Помогите! — закричал Трубкин.— На нас напали1

Коллега-водитель ничего не расслышал: ветер дул в другую сторону. Жестами показал: извини, мол, сами застряли.

— Вот ты как! — проворчал Артеха.

Кряхтя, он стал вылезать с бутылкой в руке.

Открыть багажник, взять туристский топорик — на это ушло у Трубкина секунд пять или шесть. Уголовник Артеха взмахнул бутылкой, но удар топорика свалил его наземь. Туша Скачко застряла в дверце машины. Новый удар — и Скачко свалился вслед за «собратом».

— Ложись вниз животом! — скомандовал Трубкин Туркову.— И не двигайся.

— Дяденька, не убивай! — залепетал тридцатидвухлетний «племянничек», плашмя падая в лужу.

Каков же финал этой кровавой драмы? Артеха умер по дороге в больницу. Скачко с тяжелой раной пролечился около двух месяцев. Турков, благоразумно легший на землю вниз животом, остался невредимым. Выздоровевшего после травмы Скачко и находившегося на лечении от алкоголизма Туркова решено было отдать под суд: они обвинялись в злостном хулиганстве.

Ну а судьба Владимира Васильевича Трубкина? По указанию руководства прокуратуры Херсонской области возбужденное было следователем районной прокуратуры дело прекращено за отсутствием состава преступления. Следственное дело проверено заместителем прокурора Украины, который признал, что прекращено оно правильно.

Инженер Трубкин — не преступник. И об этом хорошо сказали его сослуживцы в письме, направленном прокурору Херсонской области, когда следственное отделение Бериславского РОВД обратилось к ним с предложением взять Трубкина на поруки:

«Мы, 231 человек, собравшиеся для обсуждения возможности взять на поруки тов. Трубкина В. В., считаем неправомерной саму постановку такого вопроса. Наш товарищ, ведущий инженер отдела главного конструктора, один из лучших работников нашего коллектива, Владимир Васильевич Трубкин, человек высоких душевных качеств, большой культуры и воспитанности, остро реагирующий на любую несправедливость, попал в тяжелейшую беду.

Зная тов. Трубкина, работая с ним бок о бок, мы с уверенностью заявляем, что он мог поднять руку на человека, только защищаясь, спасая себя и свою жену. Такое поведение заслуживает не снисхождения, а поощрения, так как соответствует требованиям нравственного кодекса, существующего в нашем обществе. Любой честный человек, любой порядочный мужчина в подобной ситуации обязан был бы поступить точно так же.

Уважаемый товарищ прокурор! Мы просим немедленно снять с тов. Трубкина незаслуженное обвинение. Уведомляем вас, что мы будем бороться за свободу, честь и доброе имя нашего товарища до тех пор, пока справедливость полностью не восторжествуют. Принято единогласно».

Незнание законов не освобождает от ответственности в случае совершения преступления. Ведь законы опираются на мораль, и каждый человек отлично понимает, что «можно» и чего «нельзя». Однако все-таки существует ряд широко распространенных заблуждений, основанных на неосведомленности в правовых вопросах. Например, многие ошибочно считают, что состояние опьянения при совершении преступления якобы уменьшает степень ответственности. Но данным Всесоюзного научно-исследовательского института по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности, правонарушения несовершеннолетних отчасти обуславливаются плохим знанием законодательства об уголовной ответственности. Так, многие из опрошенных подростков не знали, что изготовление и ношение холодного оружия является преступлением; они полагали, что уголовная ответственность наступает не ранее шестнадцати, а многие даже думали, что она наступает только с восемнадцати лет. Вот почему ЦК КПСС считает необходимым улучшить работу по правовому воспитанию населения, более полно и эффективно использовать в этих целях культурно-просветительные учреждения.

Учитывая сказанное, коснемся некоторых правовых вопросов в связи с пьянством и алкоголизмом, прежде всего — вопроса о вменяемости при совершении преступления в состоянии алкогольного опьянения.

Проблема вменяемости теснейшим образом связана с положением марксистско-ленинской философии о свободе воли, под которой подразумевается способность сознательно принимать решения. Совершая те или иные поступки, человек сообразует их с интересами общества.

Одним из важных принципов советского уголовного права необходимо признать принцип виновной ответственности. Согласно статье 3 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, уголовной ответственности и наказанию подлежат лица, виновные в совершении преступления, то есть умышленно или по неосторожности совершившие общественно опасные действия. В статье 11 УК РСФСР говорится: «Не подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло отдавать себе отчета в своих действиях или руководить ими вследствие хронической душевной болезни, временного расстройства душевной деятельности, слабоумия или иного болезненного состояния».

Невменяемость характеризуется двумя критериями — медицинским и юридическим. Медицинский критерий включает в себя различные психические заболевания и их симптомы как причины невменяемости. А юридический определяет, как эти нарушения влияют на психику человека. Наличие психического заболевания еще не дает полного основания признать лицо невменяемым, ибо не всякое психическое заболевание и не всегда приводит человека к потере способности осознавать характер своих действий и руководить своими поступками. В тех случаях, когда душевнобольной совершил правонарушение, важно определить характер психического заболевания и степень выраженности его проявлений в момент совершения преступления. Перед судебно-психиатрической экспертизой стоит задача не только установить наличие душевного заболевания, но и выяснить, было ли лицо в момент совершения преступления вменяемо или невменяемо.

Состояние банального алкогольного опьянения, несмотря на присущие ему некоторые психические изменения, принципиально отличается от временных психических расстройств как по условиям, так и по особенностям проявлений. При простом алкогольном опьянении отсутствуют психопатические расстройства (бредовые идеи, галлюцинации, помрачение сознания). Свидетельством того, что субъект, находящийся в состоянии алкогольного опьянения, отдает себе отчет в характере совершаемых им действий и может руководить ими, нужно признать ситуации, когда, наталкиваясь на активное противодействие граждан, он стушевывается и в корне меняет поведение, пытается оправдаться перед окружающими, уйти от ответственности, считает профессор А. К. Качаев, автор книги «Судебная психиатрия».

Как бы пьяный ни терял контроль над собой, он сохраняет почти всегда долю критики своих поступков, достаточную, чтобы удержаться от преступления или, например, от того, чтобы прыгнуть в огонь. Кроме того, всякий, кто совершил преступление в состоянии опьянения, ввел себя в это состояние вполне добровольно и должен нести полную меру ответственности за все последствия.

Вот почему простое алкогольное опьянение не подпадает под перечень медицинских критериев невменяемости, предусмотренных статьей 11 УК РСФСР. «Лицо, совершившее преступление в состоянии опьянения, не освобождается от уголовной ответственности»,— гласит статья 12 УК РСФСР.

Более того, в статье 13 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 года «Об усилении ответственности за хулиганство» говорится, что «совершение преступления лицом, находящимся в состоянии опьянения, является обстоятельством, отягчающим ответственность». Правда, там же имеется оговорка: «суд вправе, в зависимости от характера совершенного преступления, не признать это обстоятельство отягчающим ответственность».

Юрист О. Ф. Шишов в одной из своих брошюр приводит следующий случай из судебной практики. Некто 3. проник в чужую квартиру, надел на себя два украденных костюма и, оставив свое ветхое пальто, вышел на улицу. Все это свидетельствовало о том, что 3. сознавал характер своих действий, не находился в состоянии патологического опьянения, а поэтому был привлечен к уголовной ответственности. Но в описанном случае суд не придал факту опьянения 3. значения отягчающего обстоятельства, так как тот не приводил себя в это состояние специально для того, чтобы совершить преступление.

Состояние опьянения считается отягчающим в тех случаях, когда лицо преднамеренно приводит себя в это состояние, чтобы облегчить совершение преступления путем разжигания мстительности, ревности, сексуального влечения и т. п. Опьянение отягчает вину также тогда, когда оно способствовало преступлению с особой жестокостью, цинизмом и коварством. Если водители транспортных средств, капитаны теплоходов, операторы сложных систем управления совершают общественно опасные деяния в сфере своей служебной деятельности, будучи пьяными, состояние опьянения расценивается как отягчающее обстоятельство.

Очень часто лица, совершившие преступление в нетрезвом состоянии и привлеченные к уголовной ответственности, ссылаются на то, что они ничего не помнят, что, будучи пьяными, не ведали, что творят, рассчитывая при этом на смягчение решения суда. Но не надо забывать русскую пословицу: «Пьян, пьян, а об угол головой не бьется!» Нет, вино вину не смягчает! Только в редких случаях совершения преступления в состоянии патологического опьянения или же в период алкогольного психоза, которые расцениваются как временное болезненное расстройство психической деятельности, лицо признается невменяемым, на него не распространяется действие статьи 12 УК РСФСР.

Новые постановления партии и правительства последних лет дают возможность проводить более жесткую и справедливую линию борьбы с нарушителями норм социалистического общежития, с нарушителями законов, с пьяницами. Не будет преувеличением утверждение, что победа в борьбе с пьянством и алкоголизмом в нашей стране приведет к практическому исчезновению и преступности.

14:10
ПОДСТРЕКАТЕЛЬ И СОУЧАСТНИК-2
Просмотров: 952 | Добавил: Александр | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]